Трон из костей дракона - Тэд Уильямс

— На, паренек, — сказал Таузер, подталкивая через стол новую бутыль. — Ты прав, как никогда. От них одни неприятности, всегда так было, и вряд ли когда это переменится.

Саймон искоса посмотрел на старого шута, который в данный момент казался ему вместилищем всей земной мудрости.

— Они пишут человеку письма, — сказал он и сделал большой глоток. — Лживые письма. — Он шваркнул кружкой об стол и долго смотрел, как плещется вино, угрожая пролиться.

Таузер прислонился спиной к стене своей похожей на ящик комнаты. Он был в холщевой нижней рубахе и не брился день или два.

— Они действительно пишут такие письма, — согласился он, мрачно кивая обросшим белой щетиной подбородком. — Иногда они еще лгут о вас другим леди.

Саймон сморщился, подумав об этом. Она-то наверняка именно так и сделала и рассказала всяким там высокородным дамам о глупом судомое, который плыл с ней в одной лодке по Эльфевенту. Эта история наверное развеселила весь Наглимунд.

Он сделал еще глоток и почувствовал, что кислый вкус возвращается, наполняя его рот желчью.

Таузер пытался встать на ноги.

— Смотри, смотри, — сказал старик, подходя к массивному деревянному сундуку и погружаясь в поиски чего-то. — Проклятие, я точно знаю, что это где-то здесь!

— Я должен был догадаться, — бранил себя Саймон. — Она написала мне записку. Откуда служанке знать, как писать правильно, лучше, чем я.

— Ну вот, теперь, конечно, она здесь, эта будь-она-проклята лютневая струна!

— Но, Таузер, она ведь написала мне записку — она написала: да благословит меня Бог! Назвала меня другом!

— Что? Да, это прекрасно, паренек, прекрасно. Это как раз такая девушка, какая тебе нужна, не какая-нибудь капризная неприступная леди! Уж она-то не будет смотреть на тебя сверху вниз, как та, другая! Ах, вот оно где!

— Ась? — Саймон потерял нить разговора. Ему-то казалось, что они говорили только об одной девушке — этой архипредательнице, этой притворщице Марии… Мириамель-Марии… Что же, это все не имеет никакого значения, вот так.

Но она спала на моем плече. Смутно, пьяно он вспомнил теплое дыхание на щеке и почувствовал пронзительную боль утраты.

— Посмотри-ка на это, парень, — Таузер, покачиваясь, стоял над ним, протягивая что-то белое. Саймон озадаченно моргнул.

— Что это? — спросил он, и голос прозвучал немного отчетливее, чем прежде.

— Шарф. Для холодной погоды. Видишь? — Старик показал согнутым пальцем на серию странных значков, вывязанных по белому темно-синей ниткой. Форма этих рун напомнила Саймону о чем-то, что коснулось глубоко запрятанного пульсирующего холода даже через винный туман.

— Что это такое?

— Руны Риммергарда, — объяснил старый шут, рассеянно улыбаясь. — Они читаются как Круин — мое настоящее имя. Это связала девушка, она связала этот шарф. Для меня. Когда я сопровождал моего дорогого короля Джона в Элвритсхолл. — Неожиданно старик заплакал, медленно нащупывая путь к столу, чтобы рухнуть наконец в твердое кресло. Через несколько минут всхлипывание прекратилось, и слезы застыли в его покрасневших глазах, как лужи после грибного дождя. Саймон ничего не стал говорить.

— Я должен был жениться на ней, — выговорил наконец Таузер. — Но она не хотела оставлять свою страну — не хотела ехать в Хейхолт. Боялась поселиться в чужом замке, вот оно как, боялась оставить свою семью. Она умерла много лет назад, бедная моя девочка. — Он громко шмыгнул носом. — А как я мог покинуть моего дорогого короля Джона?

— Что ты хочешь сказать? — спросил Саймон. Он не мог вспомнить, где и когда он видел руны Риммергарда, а может быть и не хотел вспоминать. Куда проще было молча сидеть при свете свечи, а старик пусть рассказывает свои истории. — Когда они… когда ты был в Риммергарде? — спросил он поспешно.

— О парнишка, годы, годы и годы. — Таузер без смущения вытер глаза и высморкался в огромный носовой платок. — Это было после битвы при Наарведе, через год после нее. Тогда я встретил девушку, которая связала его.

— Что это за битва при Наарведе? — Саймон потянулся, чтобы налить себе еще вина, но передумал. Интересно, что сейчас происходит в Большом зале?

— Наарвед? — Таузер удивленно вытаращил таза. — Ты не знаешь Наарведа? Битву, в которой Джон разбил старого короля Йормгруна и стал Великим королем севера?

— Мне кажется, я что-то слышал об этом, — смущенно отозвался Саймон. — Столько всего приходится знать в этом мире! Это была знаменитая битва?