Апокалипсис для избранных - Ян Сикоревич

каких-то трудностей. А то, что они недруги- это хороший стимул для них не расслабляться, быть на чеку, чтобы в любой момент дать отпор. А чтобы ничего не случилось, за ними будет приглядывать мексиканец Ни-Зги. Он много чего умеет, даже читать мысли и временно становиться невидимым, ценнейший человек. Но его все бояться. Постоянно улыбается, на что на душе — никто не знает.

Ни-Зги — таинственная личность, палеонтолог для отвода глаз, человек, способныйна аномальные действия, растворяться в пространстве, левитация (подъем в воздух) зажигать предметы взглядом, что им пригодиться для костра. Разбирается в тайных записях древних, читает на санскрите, шумерском и других древних языках. Этот человек и может помочь в разгадывании тайных записей, когда попадут в пещеру с золотыми табличками, испрещенными записями.

Уволенных из Иностранного Легиона солдат удачи и принятых в экспедицию Пулю и Джека Самурая он уже оповестил. Этим людям он обещал высокую зарплату. Уже даже аванс выслал, спонсор оказался щедрым. Пуле и Джеку Самураю было все равно по каким джунглям ходить — африканским, камбоджийским или амазонским. Лишь бы платили прилично. Высланного аванса им хватило с лихвой чтобы расплатится со всеми долгами и они требовали побыстрее отправиться в путь, тоскливая городская жизнь уже опостыла любителям авантюр и опасностей.

Далее, перед Хьяльти, на мысленном экране всплыло женское смуглое лицо. Мелисса — чернокожая красавица двадцати трёх лет, искательница приключений, спелеолог. Она из Аргентины, но родилась в Бразилии. И поскольку энергичная и знающая горы, нужна будет своими умениями уже на конечном этапе пути. А то, что девушка интересна собой, только на пользу, — будет держать в тонусе всех мужчин экспедиции. При красивой женщине мужчины не любят расслабляться, показывать слабинку. И к тому же, красотка знала несколько индейских языков, — незаменимый человек для общения с местными туземцами Амазонии и предгорий Анд. Далее, Хьяльти вспомнил Линду. Молодая девушка тридцати лет работала корреспондентом в газете. Астроном Вагни посоветовал взять её как радистку. Будет осуществлять в джунглях (сельве) и горах Андах связь с внешним миром. Обещала репортажи для своей газеты «Майями-таймс-спринг». Американка была тоже очень энергичной, да к тому же и увлекалась спелеологией. Ползать по пещерам у нее было просто навязчивой идеей. Напряженное состояние в подборе кадров ушло как-то незаметно, на задний план. Команду он уже менять не будет. Теперь нужно было хорошо подготовиться, взять с собой всё необходимое для амазонской сельвы, — самой опасной части пути. Ну, и снаряжение спелеологов, для проникновения в гроты. Но это уже на последнем этапе, в горах Эквадора. Что касается оружия, то нескольких ружей и пистолетов вполне хватит, как и острых мачете для прокладывания дороги в джунглях Амазонки. Лекарства возьмет самые необходимые для тропической зоны, а дальше уже вверит здоровье экспедиции доктору Агилю, когда тот к ним присоединится в Эквадоре И вопрос решится сам собой.

Что касается оружия, то нескольких ружей и пистолетов вполне хватит, как и и острых мачете для прокладывания дороги в джунглях Амазонки. Лекарства возьмет самые необходимые для тропической зоны, а дальше уже вверит здоровье экспедиции доктору Агилю, когда тот к ним присоединится в Эквадоре. И вопрос решится сам собой. Нужно будет на уже месте войти в контакт с племенем шуара. Только оно единственное знало вход в тайное хранилище и только оно могло предоставить проводников. Нельзя повторять ошибки первой экспедиции.

Профессор Хьяльти вздрогнул и покачнулся в кресле. Опять на противоположной стене появилось какое-то грустное лицо… Померещилось, а может просто устал. Он посмотрел на часы. Да и без них было понятно, что вся ночь провел в размышлениях. За окном набирал силу новый день и скромное северное солнце влило первые лучи в комнату.

Ничего. Скоро это солнце сменится на обжигающее тропическое!

И если бы вы спросили профессора о картах той местности, куда он отправляется, то Хьяльти только усмехнулся. Все самые подробные карты уже выгравировались в его сознании, как письмена на табличках в пещере, навек. Но все же он возьмет карты местности для вида, чтобы не думали, что начальник экспедиции сошел с ума отправившись, как мог бы Ванька Жуков (в известном с детства произведении классика), на деревню к дедушке.

Глава 3

Тревоги Хьяльти и его жены Свен накануне экспедиции в Эквадор

Тихая завораживающая мелодия просьбы с трудом просеивается в комнату сквозь щелки в плотно зашторенных жалюзи. И вслед за ней, так и не дождавшись разрешения, таинственные блики, посланные вечерними лучами солнца, медленно заполняют все пространство комнаты.

В их свете происходит некое таинство. То появляясь в бликах, то исчезая в теневых прослойках, миллионы микроскопических пылинок исполняют таинственный танец.

Может быть он символизирует смену дня и ночи?

Возле окна, сидя на корточках, притаился, маленький белокурый мальчик на вид лет шести. В волосах его запутался растерянный солнечный зайчик.

Ребенок, раскрыв рот от удивления, с внутренним трепетом наблюдает за этим таинством, кажется несущим в себе толику необъяснимого волшебства.

Да, дети верят таким состояниям, чего не скажешь о взрослых, которые в своем прагматизме давно забыли, что это такое.

— Мама, смотри какая красивая пылинка! — воскликнул малыш, указывая пальчиком на блестящую частицу, кувыркающуюся в объятиях солнечных лучей. Он хочет хоть на миг отвлечь маму от собирания вещей, опять она куда-то собирается некстати. Как можно пропустить такое зрелище? Разве она не видит, что сказка сама пришла к ним в дом?

Ребенок тяжело вздохнул, в который раз его проигнорировали.

***

А мама пребывала в другом состоянии.

Это было похоже на солнечное затмение. Внезапно мир окутала глубокая ночь, отправив день в краткосрочный отпуск. Или ей показалось или просто день пролетел, подгоняемый ожиданием, как одно мгновенье.

Мобильный мужа был выключен, а домашний телефон издавал переменные гудки неоплаченной линии. Женщина прокручивала различные мысли в голове: «Где же он, и что могло случиться такого, что него нет ни ответа, ни звонка. Ведь ещё вчера он говорил собрать вещи к долгожданной экспедиции. А может…

Может он прощается с женщиной?! — гадала она, чувствуя как нутро

скручивается в жгут от ревности. — Нет, боже… О чём я думаю?»

Устало массируя виски,