Хранитель Мечей. Война мага. Том 1. Дебют - Ник Перумов

При виде Смерть-Ведьмы лицо у Ракота вытянулось и он прорычал какое-то проклятие – несомненно, подхваченное им во время одного из «освободительных походов». Правда, и у него оставался сильный боевой запас – стоял нетронутым, в полных силах, громадный Левиафан. Тем не менее Ведьма, применив «огненное помело», выбила с берега всех Двухребтовых, сама сделавшись, увы, после этого лёгкой добычей шупальцев Кракена. А в центре бесстрашно двинулись вперёд, напирая на мои позиции, все Ракотовы восемь Пеших Мечников. И в поддержку им из резерва пошли четверо Волколаков, не имеющие никакого оружия, кроме собственных зубов, но зато обращающие в себе подобных всякого, чью броню они прокусят; неприятная эта их особенность заставляет сосредотачивать на них стрельбу всех моих Эльфов с луками, в то время как Каменные Огры срочно принимают усиливающие защиту снадобья – центр должен продержаться, пока я не переброшу войска с до сих пор неатакованного правого фланга…

– Хаген встретил Читающего, – заметил я. Требовалась тактическая пауза, чтобы осмыслить положение. Мы играли при раскладе «3–2», то есть атакующий имеет преимущество, на три его фигурки у меня, обороняющегося, приходится только две. Защищаться Ракот терпеть не мог. Говорил, что вдосталь наоборонялся, когда рати Молодых Богов шли на штурм его последней цитадели. И я его очень хорошо понимаю.

– Неужто? – охотно откликнулся Ракот. Братец тоже не прочь был помедлить – наслаждался мастерски проведённой атакой. Размен Смерть-Ведьмы на каких-то там Двухребтовых нельзя не считать большой удачей. – Прислал вестника?

– Да, через Дикий лес. Там хватает желающих поподлизываться.

– И что же? Они теперь втроём?

– Втроём. Не знаю, зачем Хагену понадобилось посвящать во всё это Игнациуса, но, полагаю, он хочет просто держать Архимага под постоянным надзором. Сейчас они уже на подходах к Эвиалу. Пока ничего подозрительного.

– А Спаситель? – лицо Ракота потемнело. Со Спасителем у него имелись свои счёты, хотя лицом к лицу они не сталкивались.

– Пока ничего, – повторил я. – Никто не клюнул на приманку. Может, ещё не догадались. Не думаю, что им удалось бы нас перехитрить.

– Это… кому же? Ямерту и компании?

– Ему. Но не только. Есть ведь ещё Дальние, брат, не забыл?

– Этих как же, забудешь, – прорычал Ракот.

– И слуги Неназываемого. Вот уж кто бы мог подумать, что воплощение Абсолютного Уничтожения окажется на такое способна! Я долго ломал голову, как они вообще возникли, но…

– Как же, помню, – фыркнул Ракот. – От твоих формул, в воздухе плававших, не продохнуть в замке было.

– И всё зря, вот что обидно, – заметил я. – Прямо хоть к Орлангуру обращайся. Не может материя нашего Упорядоченного рождать козлоногих, никак не может! А рождает. Не понимаю. Фундаментальные принципы рушатся, и словно бы так и надо! А от вас со Хрофтом никакой помощи, – в шутку попенял я названому брату. – Вам бы лишь мечами размахивать. А думать за вас кому придётся?

– У тебя это хорошо получается, – ухмыльнулся Ракот, снова потянувшись к амфоре. – Кто что умеет, тот то и делает. Правильно?

– Правильно-правильно… У Хагена уже сколько дней прошло после встречи с Читающим – три или четыре?.. Всё никак не соберусь настоящие часы поставить. Текло бы время всюду одинаково, насколько удобнее было б…

– Ты – бог, – заметил Ракот, двигая одну из своих фигурок. – Тебе, как говорят во многих мирах, и карты в руки.

– Бог, неужели ты думаешь, что в наших с тобой силах спрямить Великую Реку? И как отзовётся на это Упорядоченное? И разве нет у нас более насущных забот? Мечи Молодых Богов, твари Неназываемого, Спаситель, Дальние… Да ещё и запропавшая где-то Ялини.

– А она-то здесь при чём? – Ракот непонимающе сдвинул брови. – Ялини отреклась от остальной шестёрки, претерпела наказание…

– Ну да. В Северном Хьёрварде. А когда искупила – исчезла. И никакими силами её не разыскать.

– А что, сейчас это так уж необходимо? Сам же говорил – у нас полно более насущных забот?

– Всё взаимосвязано. Эвиал – скрещение путей. Там многое решится. И наше противостояние со Спасителем, пусть даже пока и неявное, и попытки козлоногих проложить Путь Неназываемому…

– И ты думаешь, что мы поступили правильно? Преградили ему дорогу, хотя, быть может, правильнее было бы открыть ему коридор из мёртвых миров? И пусть бы себе убирался в свой континуум, как ты однажды выразился.

– Неназываемый не может просто уйти. Он или пожрёт всё Упорядоченное, и тогда его «прорыв» станет просто ненужен, или должен пробивать себе дорогу через «живые» миры. Козлоногие постоянно выбирали для удара именно обитаемые пространства. Пустота их не интересует.

– А если…

– Окружить Неназываемого мёртвыми мирами? Мы это сделали и так. Но ведь его Путь – это не прямая на плоскости, сам знаешь. Конечно, если бы мы точно знали, что достаточно открыть порталы и переместить всех живых из оказавшегося на Пути мира в другой… так ведь сама дорога этого создания пролегает так, что для нас там нет никакой дороги!

– Верно, – согласился Ракот. – И ты думаешь…

– И я думаю, что там есть сговор. Что Молодые Боги каким-то образом договорились с козлоногими. А быть может, что и с Дальними – ничего нельзя исключать. Им-то точно нипочём будет расстаться с половиной Упорядоченного, только чтобы вернуть власть. Я надеюсь, Хаген сумеет узнать, в чём дело. Пока мы с тобой мирно тут играем в тавлеи. И все убеждены, что мы только этим и заняты.

– Их ждёт большое разочарование, – хмыкнул Ракот.

– О да, – кивнул я. – Большое разочарование.

Конец первого тома