Ангел-стажёр - Ирина Буря

— И передайте своей верхушке, — насмешливо хмыкнул собеседник последнего, — что так будет с каждым их агентом. Только возвращать мы их больше не будем.

— Разберемся, — безапелляционно заявил темный гений. — Давайте его сюда.

Макс и другой темный отпустили своего пленника и подтолкнули его в спину. Дальше события развивались с молниеносной скоростью.

Пленник темных исчез. Макс тут же метнулся в сторону и захватил воздух рукой. Затем подсек что-то ногой и приземлился на одно колено, вторым прижимая что-то к земле. Подоспевший второй темный пошарил в воздухе возле земли руками и помог Максу поднять это что-то с земли.

— От нас не уйдешь, — назидательно произнес он.

Я фиксировал в сознании весь этот фарс чисто механически, застигнутый врасплох навалившимся на меня ощущением.

С первой же секунды исчезновения пленника меня сковало холодом. Наверно, потому что это случилось второй раз за день, я особо остро ощутил разницу. В отличие от целителя, этот инвертированный пленник вызвал у меня ассоциацию в чем-то неживым. Вроде куска металла в арктическом холоде, за которой по неосторожности голой рукой схватился.

Даже Татьянины острые ножи в меня просто впивались — здесь же мне показалось, что с меня кожу содрали. Я импульсивно ощупал ладонь и потряс головой, расслышав, наконец, продолжение разговора.

— В карцер его, — скомандовал темный ангел непререкаемым тоном. — За попытку к бегству. Чтобы остыл и подумал. Пока я обговорю условия его передачи в отдел.

— Так точно, — гаркнул второй темный.

Макс с момента исчезновения их пленника не проронил ни слова.

Они поволокли невидимого светлого ангела, упирающегося изо всех сил, в сторону своей территории. Темный гений проводил их взглядом и, когда они полностью скрылись из вида, повернулся и направился ко мне.

Я подобрался, лихорадочно восстанавливая в памяти инструкции по блокированию любых попыток контактов с темными. Хоть бы одну написали, как с ними назад расконтактироваться!

— Ты его классифицировал? — негромко спросил темный гений, подойдя ко мне вплотную.

Следуя основным пунктам всех инструкций, я немедленно восстановил дистанцию между нами, воздвиг некое препятствие на пути его возможного броска и занял стратегическую позицию. Шагнув назад, ступив за пышный куст и присмотрев пару прочных веток над головой, на которые можно будет взлететь — соответственно.

— Допустим, — настороженно вгляделся я в его лицо сквозь густые колючки. — Кто это?

— О, недоверия шип, — вернулся темный гений к своей обычной манере разговора, театрально прикрыв глаза рукой, — вонзившийся мне в душу! Это один из вашего загадочного аналитического отдела.

Да ну! Это значит, темные абсолютно незаметно прокрались в наше здание, причем в его святая святых, захватили там, в этом полностью открытом всем взорам зале одного из сотрудников и совершенно беспрепятственно прошли с ним блокпост? Или рафинированный аналитик, утомившись от ударного умственного труда, прогуляться вышел?

— И где же вы его откопали? — насмешливо усмехнулся я.

— На земле, — последовал немедленный ответ. — Благодаря вашему открытию. Он обнаружился возле … одного из наших объектов.

Ага, значит, аналитик сильно утомился — на землю прогуляться вышел. Или, может, вообще сбежал? И прямиком в угодья темных, надо понимать. Где они силки на какого-то человека расставили, о чем Стас ни слухом, не духом?

— Служба внешней охраны вам уже свои полномочия передала? — перешел я к открытому сарказму.

— А ты откуда знаешь? — добродушно воскликнул темный гений. — Захватом их предводитель лично руководил, а вот доставить это загадочное создание к тебе нам доверил.

Так, легенда становится все интереснее. Стас доверился темным — я сейчас заплачу. Нет, это я потом заплачу, когда он узнает, что это я им сначала доверился, а потом и вовсе в эти дискредитирующие его сказки поверил.

— И с чего бы это? — решил я выяснить степень его дискредитации до конца.

— А чтобы его привлечь не за что было, если что, — не моргнув глазом, ответил темный гений. — Нам к обвинениям не привыкать — одним больше, одним меньше.

— А ко мне его зачем доставлять было? — поинтересовался я, наконец, своим местом в этих будущих обвинениях.

— А не надо было? — удивленно глянул он на меня. — Странно, предводитель команчей сказал, что ты хотел как-то классифицировать этих ваших секретных мыслителей.

Я нахмурился. А ведь было дело — говорил я об этом Стасу, и только ему.

— Ну ладно, классифицировал, — неохотно признал я. — Что еще от меня требуется?

— А можно? — оживился темный гений. — Тогда расскажи мне, как ты всех различаешь?

— Понятия не имею! — с удовольствием сказал я чистую правду.

— Это не удивительно, — с не меньшим удовольствием дал он оплеуху моему самолюбию. — Но вот если бы ты блок снял… Мы все его на всякий случай поставили — кто знает, на что эти ваши мыслители способны.

— Ты меня просил прийти на пару минут, — торопливо напомнил ему я, отступая вглубь леса.

— Собака ты на сене! — обиженно бросил он мне вслед.

Интересно, из медведей в собаки — это меня повысили только что или понизили? С физической точки зрения явно шаг вниз, и приличный, а вот с позиций верности и преданности — определенное повышение. На земле говорят, что собака — лучший друг человека, но только потому, что ничего по-настоящему о хранителях не знают.

Мы не просто безгранично верны и преданны своим людям — мы всю жизнь защищаем их, зачастую от них самих. А в отдельных, особо ярких случаях, усмехнулся я про себя, и после их земной жизни. Вот хоть сегодняшний случай взять, когда бледная немочь чуть опять Татьяну опасности не подверг…

Я резко затормозил. Опасность со стороны целителей устранил, а вот устранили ли они источник этой опасности — это вопрос. Который мне точно есть, кому задать.

— Слушай, я тут подумал, — воззвал я к образу поваленного дерева с тайником под ним. — Я действительно не могу надолго у тебя задерживаться. Но есть у меня другой объект для твоих исследований.

Поваленное дерево молчало. Ладно, мне еще на земле Татьяна показала, что любопытство — страшная сила.

— Помнишь того новичка, с которым я в лесу тренировался? — спросил я.

— Допустим, — натянуто вернул мне темный гений мои собственные недавние слова.

— Так вот, представь себе… — продолжил я, и тут в голове у меня возник образ больничного коридора, а в кармане зазвонил телефон. Одновременно.

— Подожди, меня сегодня что-то все на части рвут, — бросил я темному гению, вытаскивая телефон.

Макс. И Стас в голове. Святые отцы-архангелы, а можно добропорядочному ангелу премию в виде способности думать и