Стражи земель. Доспехи демона - Маркус Хайц

Койра пожелала всем спокойной ночи и удалилась. Ничего не сказав, ушел и Балодил.

Слин перевел взгляд с Балиндара на Огненный Клинок.

— Не натвори глупостей. — Он погладил арбалет, так что эти слова вполне можно было принять за угрозу. — На поле боя я с тебя глаз не спущу и, если замечу, что ты хочешь предать законно избранного Верховного короля… — Не договорив, Четвертый вышел из зала. Арбалет покоился на его плече.

Пятый остался в одиночестве. Его ладонь лежала на рукояти Огненного Клинка, взгляд блуждал по модели поля боя.

— Я поступлю так, как считаю нужным.

Подавшись вперед, гном подхватил фигурку, чем-то напоминавшую Тунгдила. Подбросил ее и разрубил топором.

Убедившись, что его никто не заметил, Боиндил тихонько постучал в дверь.

— Боиндил Равнорукий? — удивился Илагин, выходя на порог. — Чем я могу…

— Впустите меня. — Не дожидаясь приглашения, Бешеный протиснулся мимо эльфа в комнату. — Простите мое вторжение, просто… дело очень щекотливое. Мне нужен ваш совет. — Усевшись, гном понурился. — И помощь, Илагин.

Тот закрыл дверь и, подтянув стул, уселся прямо напротив Боиндила.

— Вы же знаете, друг мой, я рад помочь. Что у вас на сердце?

Бешеный протянул ему флягу, полученную от Балодила.

— Понюхайте, и вы сами все поймете. Раньше она принадлежала одному жадару. Я случайно отхлебнул.

Приняв флягу, Илагин открыл ее и принюхался. Его лицо окаменело.

— Это же… эльфийская кровь!

— Именно поэтому альвы и охотились на вас. Им нужна была ваша кровь для зелья, которое превращает гномов в жадаров, — объяснил Боиндил. — Но я отпил это зелье случайно! Один из Незримых сказал, что только эльфы могут освободить меня от проклятья, которое я невольно накликал. — Он смущенно почесал нос.

Эльф, помолчав, позвал супругу. Он протянул ей флягу и, указав на Бешеного, что-то произнес на своем языке. Разгорелся жаркий спор. Гному показалось, что Фийея в чем-то не согласна с мужем. «О чем они говорят?»

— Простите, что перебиваю! — воскликнул Бешеный, чувствуя, что ситуация выводит его из себя. — Есть какое-то средство от этого проклятья или нет?

Эльфы разом повернулись к нему.

Илагин вздохнул.

— Дело в том, Боиндил Равнорукий, что мы не вполне уверены… — признался он. — Ваша вина слишком уж тяжела.

— Ох, Тион побери! Я же не знал!

— Это не важно, — раздраженно ответила Фийея. — Если вы убьете человека, не зная, что нельзя отнимать жизнь, то племя людей все равно будет преследовать вас, а поймав, предаст суду, разве не так?

Бешеный неохотно кивнул.

— Вы совершили преступление, а незнание об этом не освобождает вас от вины. К сожалению, с этим ничего нельзя поделать, — мягко сказал Илагин. — Но вы друг нашего народа, и потому, возможно, богиня смилостивится над вами и освободит от проклятия.

— Я не понимаю… Как это должно произойти? Что мне нужно делать?

Фийея взяла флягу и разрезала ее. Черная густая жидкость вылилась на пол.

— Вам нужно молиться Ситалии, Боиндил Равнорукий. Просите ее избавить вас от проклятия.

— Но… — Гном смотрел, как лужа крови растекается по полу.

Эльфийка опустила на нее полосу ткани, и та впитала жидкость. Затем Фийея бросила тряпицу в камин. Послышалось шипение, огонь на мгновение окрасился черным.

— Мне нужно… — неуверенно произнес Бешеный.

— Нет, Боиндил Равнорукий. Каждый новый глоток лишает вас части души, — перебил его Илагин.

Гном запустил пятерню в седые волосы.

— Но ничто другое не помогает избавиться от кошмарной жажды! Вы не представляете, насколько это мучительно!

Эльфы переглянулись, и Фийея сняла с пояса небольшой мешочек.

— Тут травы, которые помогут превозмочь жажду. Но проклятие будет снято только тогда, когда Ситалия простит вас. Молитесь ей, вот наш совет. Молитесь искренне и смиренно.

— Но я же ничего не сделал! — Боиндилу было противно оправдываться, но он не мог сдержаться.

— Скажите это Ситалии, — ответила эльфийка. — Мы же верим вам, ибо ваши дела говорят за вас.

— Убедите в этом богиню. — Илагин опустил ладонь на лоб гнома. — Она внемлет вашим словам, если ваша молитва будет искренна.

— А если это не поможет?

— Травы не смогут сдерживать вашу жажду вечно. Если Ситалия не простит вас… — Фийея поморщилась. — Вы сами понимаете, что с вами произойдет, друг мой.

Эльфы выразительно посмотрели на Равнорукого, давая понять, что разговор окончен.

Встав, Боиндил подошел к двери.

— Спасибо. — Гном перешагнул порог и вышел из комнаты.

«Молиться Ситалии! — проворчал он себе под нос. — Умолять богиню ушастых о прощении, еще чего! Я ни в чем не виноват! — Уныние Боиндила сменилось веселым упрямством. — Лучше я завтра умру героем! Вот! И останутся эти эльфы с носом! — Он решительно потопал по коридору к своим покоям. — Враккас мне поможет!»