Королевские милости - Кен Лю

Мальчик рассмеялся.

– Нет нужды беспокоиться. Король Куни и премьер-министр Йелу приказали прислать нам зерно из Гэфики, так что никто не голодает.

– Значит, вам нравится король? Несмотря на то что он не из Ксаны?

– Мы больше не говорим о Ксане.

– Но это твоя страна!

Мальчик покачал головой.

– Это Руи, остров Дара.

В далекой долине, расположенной за горами Даму, где зазубренные вершины поднимаются выше облаков, точно корабли, дрейфующие в туманном море, далеко от жилищ смертных, вновь собрались боги Дара.

Простая трапеза из фруктов, нектара и дичи была разложена на мягкой траве, а боги расположились вокруг.

Луто, Рапа и Руфиццо, хозяева, выглядели расслабленными и довольными и, казалось, излучали радость.

– Конечно, вы выглядите счастливыми, – сказал Фитовео. – Ваши фавориты победили.

– Брось, – сказал Руфиццо. – Новая эра у смертных приведет к началу новой эры у нас. Братья и сестры, давайте выпьем вместе и постараемся забыть о наших ссорах.

Он поднял кубок с медом, Рапа и Луто последовали его примеру.

– Я всегда говорила, что нам следует выпивать, а не сражаться, – заметила Тутутика, поднимая и свой кубок.

– Мне наплевать, сражаются смертные или нет, – с усмешкой заявил Тацзу, поднимая кубок. – Во всяком случае, до тех пор пока за ними интересно наблюдать. Я с удовольствием следил за Мата Цзинду, когда он воевал; думаю, не менее любопытно будет смотреть на Куни Гару, который попытается поддерживать мир.

Но остальные трое, Фитовео, Кана и Киджи, сидели с каменными лицами и даже не пошевелились.

– О, предстоит нечто интересное. Я рад, что пришел. – Тацзу залпом выпил мед, не дожидаясь остальных, и снова наполнил кубок.

– Война закончена, – сказала Рапа. – Неужели мы не так добросердечны, как смертные?

Поскольку недовольная троица никак не отреагировала на ее слова, она повернулась к сестре-близняшке:

– Перестань, Кана-тика! Как ты можешь сказать «нет» мне, своей половинке?

– Не играй со мной! – воскликнула Кана. – Мне не следовало слушать тебя, когда мы с Фитовео отправились забирать тело Мата. «О, сестра, – сказала ты, – позволь нам с Киджи сопровождать тебя. Будет хорошо, если смертные увидят всех наших пави: пусть поймут, как сильно мы о них тревожимся».

– Да, ничего другого я не хотела! Мы могли принимать разные стороны в этой войне, однако все мы боги Дара.

– Возможно, это звучит красиво, – заговорил Фитовео. – Однако ты использовала и Кану, и меня! Ты сделала так, что все решили, будто мы поддерживаем Куни Гару!

– И не забывай при Киджи, – добавила Кана. – Он в равной степени ненавидит Мата и Куни, так что из него ты и вовсе сделала клоуна.

Они посмотрели на Киджи, но повелитель воздуха молчал, и на лице его застыло задумчивое выражение.

– Ты неправильно меня поняла, – запротестовала Рапа. – Смертные совсем не так интерпретировали танец, который я устроила для наших пави. Я хотела показать, что боги находятся на разных сторонах…

– Так вот почему наши с тобой вороны были рассортированы по цвету, – закончила, как всегда, за сестру Кана.

– Совершенно верно. А потом я предложила волкам Фитовео встать против соколов Киджи, чтобы у смертных не возникло ощущения, будто Киджи простил Мата Цзинду, осквернителя гробницы Мапидэрэ и величайшего воина Дара.

– Но твой план сорвался, – сказал Фитовео. – Этот Кого Йелу все исказил, и получилось, будто все мы оказались там, чтобы показать, что поддерживаем Куни Гару.

– И все ему поверили! – пожаловалась Кана. – Неужели люди не в состоянии думать самостоятельно?

– Мы так тщательно выбирали свои знамения, но они будут записаны в анналах Дара в неверной интерпретации одного человека, – заявил Фитовео.

– Смертные никогда не умели правильно понимать происходящее, – сказала Тутутика, и ее голубые глаза наполнились слезами. – О, моя Кикоми.

Все боги почтительно помолчали, вспоминая принцессу, которая пожертвовала всем, чтобы спасти свой народ, даже местом в истории.

– Младшая сестра, Кикоми любила Аму так же сильно, как Джидзу любил Риму или мой Намен – Ксану, – наконец прервал молчание Киджи. – Мое сердце рыдает о Кикоми. Ты выпьешь со мной? «За величие королей»! Она заслужила эти слова даже больше, чем корону или поклонение смертных.

Он поднял свой кубок. Тутутика после коротких размышлений кивнула и выпила вместе с ним.

– Слишком многие, кто любил свою страну так же сильно, как Кикоми, Джидзу и Намен, погибли.

Фитовео и Кана удивились. Из всех богов именно Киджи должен был возмущаться больше остальных тем, как разрешились конфликты на Дара. Империя Ксана уничтожена.

– Время движется циклами, – между тем продолжал Киджи. – Народ Дара был единым, когда заселил эти острова, и лишь позднее они разделились на королевства Тиро. Но даже тогда у них была разная внешность, из чего следовало, что ано произошли от многих племен. Теперь все острова Дара снова объединились, и люди смогут любить их все, как когда-то любили свои королевства Тиро. Не следует забывать: мы обещали нашей матери, что будем богами всего Дара.

Боги задумались над последними словами Киджи, а потом лица Фитовео и Каны разгладились.

– Если смертные решили, что мы помирились, нам следует так и сделать. Пока к народу Ксаны будут относиться хорошо, я не стану говорить о войне, но, если Куни Гару окажется не таким, каким представляется, я не останусь в стороне.

– И я, – добавил Фитовео.

– И никто из нас, – хором выпалили Рапа и Кана.

И боги принялись есть, пить и беседовать о более приятных вещах, а потом согласились на несколько дней стать гостями Тутутики на прекрасном острове Аралуджи.

Они ушли, но Луто и Рапа немного задержались.

– Ты все время молчал, пока другие произносили речи, – заметила Рапа.

– Мне было нечего добавить, – с улыбкой ответил Луто.

Рапа понизила голос.

– Мой хитрый брат, это была отличная идея – устроить танец пави, но откуда ты знал, что смертные его «неправильно поймут» – именно так, как хотели мы?

– А я не знал. Существовал шанс, что они все интерпретируют именно так, как ты сегодня сказала. Смертные непредсказуемы, что и делает работу с ними такой трудной. – Он немного помолчал, а потом добавил: – И такой интересной.

– Ты решил сделать рискованную ставку?

– Я предпочитаю говорить об обдуманном риске. Игра с высокими рисками больше подходит для Тацзу.

– Мне кажется, ты провел слишком много времени, наблюдая за одним королем-разбойником.