Тень в Зеркале - Ян Ирвин

В этот момент Лиан услышал булькающий храп и, заглянув через скамью, увидел стражника, который спал на низкой лавке. В помещении воняло прокисшим пивом. Лиан пошел дальше, в ужасе ожидая окрика, но все было тихо.

Он двигался мимо больших и маленьких камер. Главным образом в них спали узники, скорее всего верные сподвижники Мендарка. Ему пришлось снова зажечь лампу, чтобы попытаться разглядеть среди них Карану. Ее нигде не было, а несколько заключенных беспокойно заворочалось во сне, когда им на лица попал свет. Лиан миновал множество камер и добрался до следующего караульного помещения, которое пустовало. Здесь все камеры, кроме одной, перед которой на полу стояла лампа, пустовали.

— Карана! — прошептал Лиан, схватившись за решетку.

Девушка спала на куче соломы, завернувшись в драное одеяло. Лиану были хорошо видны ее босые ноги и копна рыжих волос. Карана не услышала его и даже не пошевелилась. Он снова, на этот раз громче, прошептал ее имя.

Девушка зашевелилась, вздрогнула, с трудом подняла голову и посмотрела на него, явно не узнавая.

— Это я, Лиан! Бежим!

Карана встала и, еле волоча ноги, подошла к решетке. С ее одежды на пол сыпалась солома. Она взглянула Лиану в лицо, потом с равнодушным видом повернулась и зашаркала назад к своей постели. У нее на щеке был большой синяк. У Лиана защемило сердце.

Он снова позвал ее, и она вернулась к решетке, бессмысленно взирая на него. Лиан взял ее за руку. Она посмотрела на его руку, потом на лицо. У нее в глазах на мгновение вспыхнуло осмысленное выражение, которое тут же угасло.

Лиан протянул руки между прутьями решетки и обнял Карану. Казалось, она вот-вот узнает его, но ее взгляд снова опустел. Она не сопротивлялась, словно полностью лишившись воли, но прикосновение к прутьям решетки заставило ее отшатнуться. Лиан отпустил девушку и схватился за дверь. Она не поддалась и даже не звякнула. Он бросился в пустовавшее караульное помещение, но не нашел там ключей. Тогда Лиан направился туда, где спал уверенный в неприступности крепости стражник. Но где же ключи?

Ага! Они висели на крючке в стене. Лиан подкрался к ним. Стражник зашевелился, звучно рыгнул и снова уронил голову на руки. Лиан перегнулся через него и схватил ключи. Он слишком спешил, и ключи громко звякнули. Стражник застонал, перевернулся на другой бок и чуть не грохнулся с лавки. Лиан замер, но скоро стражник снова оглушительно захрапел.

Вернувшись к камере Караны, Лиан попробовал открыть дверь первым ключом. Он не поворачивался. Не поворачивался ни второй, ни третий. К замку не подошел ни один из ключей. Карана стояла у решетки и равнодушно наблюдала за его действиями. Лиан перепробовал все ключи по нескольку раз, он в отчаянии тряс дверь, но все напрасно.

— Не те ключи, — пробормотала Карана и вернулась на солому.

Откуда ей знать! Лиан бросился обратно к караульному помещению. Стражник по-прежему храпел, шаря во сне вокруг себя рукой. Кувшин с пивом стоял на полу там, куда стражнику было не дотянуться. Наконец рука стражника безвольно повисла, он обмяк и с присвистом захрапел. Где же ключи? В караульном помещении не было ничего, кроме ряда крючков на стене, на одном из которых висел драный плащ. Под крючками были прикреплены пустые полки. Лиан встал на четвереньки. В полумраке ему почти ничего не было видно. Он прополз под скамью, шаря вокруг себя в темноте, но так ничего и не нашел. Потом стражник зашевелился, и Лиан услышал звяканье ключей.

Теперь стражник сгорбившись сидел на лавке и хрипло дышал во сне. Ну да, конечно! Вот и ключи! Они висели у стражника на поясе, едва выглядывая из-под огромного, как пивная бочка, брюха. Лиан потянулся за ними, но стоило ему прикоснуться пальцами к рыхлому пузу, как стражник застонал и сгорбился еще больше. Лиан едва успел отдернуть руку, которая могла бы оказаться навсегда погребенной в складках дряблой плоти. Потом стражник, не открывая глаз, стал снова шарить вокруг себя. Лиан подставил поближе кувшин с пивом, стражник схватил его и с закрытыми глазами сделал огромный глоток. У него по подбородку потекло пиво, он хрюкнул, рыгнул и свалился на бок. Его брюхо качнулось в сторону, обнаружив ключи. Лиан мгновенно сдернул их у него с пояса и бросился прочь по коридору.

Второй ключ подошел к замку камеры Караны, и Лиан очутился внутри. Он бросился к девушке и обнял ее. Она повисла в его объятиях, как тряпочная. Лиан почувствовал, как девушка похудела.

— Пошли!

Карана следовала за ним до двери, но отказалась выходить из камеры, показывая пальцем куда-то в коридор. Лиан уже хотел взвалить ее себе на плечо, как вдруг услышал голос стражника, тот начал горланить какую-то песню. До него донеслись грохот разбитой посуды, проклятия, шлепанье ног по каменному полу и нечленораздельные звуки песни.

Лиан испытал почти панический страх, поняв, что стражник проснулся. Он заметался по камере, не зная, что делать.

Карана, до этого тупо смотревшая перед собой, внезапно встрепенулась, словно в нее вонзилась раскаленная игла. Ее совершенно не интересовала собственная судьба, но угрожавшая Лиану опасность расшевелила ее. Она закатила глаза, и ее сузившиеся зрачки расширились.

— Это ты, Лиан! — прошептала она, и Лиан начал узнавать в стоявшем перед ней изможденном существе прежнюю Карану. — Неужели ты пришел за мной!.. — Она обняла Лиана за шею и начала целовать его лицо, но так же внезапно отскочила от него, услышав голос стражника, горланившего какую-то заунывную песню.

— Беги отсюда, пока тебя не схватили! — воскликнула она, глядя на него, как на бесценное сокровище. — Умоляю тебя, беги! Он убьет тебя!

Лиан потянул ее за руку:

— Бежим! Мы успеем. Он же в стельку пьян!

— У меня нет сил… Скорее! Прячься в солому!

В жалкую кучку соломы… Это было невозможно! Тем не менее Лиан стал лихорадочно зарываться в солому, которую на него нагребала Карана. Потом она легла, набросила на солому одеяло и прикинулась спящей. Ее холодная рука нашла руку Лиана и вцепилась в нее.

Они едва успели. К камере подошел стражник, размахивавший лампой и заглядывавший в камеры на другой стороне коридора.

— Двенадцать… Тринадцать…

Стражник быстро миновал пустые камеры напротив, дошел до самого конца и двинулся вдоль той стены, где была камера Караны. Вскоре он оказался уже у ее решетки. Нетвердо держась на ногах, он пытался вспомнить номер узницы.

— Четырнадцать! — наконец воскликнул он торжествующим голосом, поднес было пивной кувшин к губам, чтобы отпраздновать завершение осмотра, обнаружил, что у кувшина отлетело дно, и отшвырнул его в сторону. От этого усилия он пошатнулся и схватился за дверцу камеры, которая распахнулась, больно ударив его по ноге.

Стражник выругался и захлопнул дверцу, стараясь протрезветь и понять, что происходит. Запирал он дверь или нет? Разумеется запирал! Он никогда не забыл бы этого сделать, несмотря на то что камера и так была заговорена. Стражник посмотрел на маленького черного Стража, похожего на помятую высокую шляпу, которого поместили у самой стены возле решетки. В прорези шляпы светился бдительный желтый огонек. Увидев его, стражник немного успокоился, хотя его и предупреждали, что от этой узницы можно ожидать всего, чего угодно.