Вьюга теней - Алексей Пехов

Нет Тьмы, нет Зла, хотя нет и Добра. Но это не значит, что исчезли нравственные устои, они просто стали другими, изменились. Куда-то делись незыблемые Социалистические Ценности. Их пытались было заменить на столь же незыблемые Православные, однако в результате естественного отбора победило: «Контракт подписан, не выпить ли нам чаю „Липтон“?» (С. Красиков). Да, современные ценности во многом функциональны, потому что находить их приходится долгим опытным путем и собственной шкурой: надо пройти полмира, чтобы понять кое-что. Но от этого они не перестают быть абсолютными, то есть — выше жизни. Чтобы спасти друзей, королевство, дело, милорд Крыса повел за собой орков, зная, что умрет. И Смерть немного задержалась, оценив стремление Алистана Маркауза умереть воином и героем.

Спасти мир Гаррету все же приходится — мир Хаоса, Изначальный. «Спасаем мир и занимаемся другой бесполезной и совершенно дурацкой ерундой» — так он сам иронично отзывается о своих поступках. Интересно, однако, что делает это вор потому, что таким образом оплачивает личный долг перед тремя тенями, живущими в Изначальном мире: они спасли ему жизнь. Однако своим путешествием Гаррет спасает и собственный мир: он участвует в Игре, а «игрой и борьбой мир проходит проверку на жизнь».

В фантастике основной темой всегда было определение человеком своего места в мире. Литература фэнтези больше ориентирована на решение «вечных» и нравственных вопросов, потому что лишена злободневной, бытовой окраски, налета преходящих, внешних проблем, позволяя делать акцент на глубинных процессах отношений человека и мира, хотя постановка и решение вопроса остаются современными и своевременными. Мир, перманентно находящийся в состоянии войны. Парадокс всего человеческого существования: «Хочешь мира готовься к войне». Однако в современном нам мире война становится опасной для всех, и Третья мировая, которая висит над миром как дамоклов меч, может стать последней войной в истории человечества, ибо после нее, возможно, писать историю станет некому. «Хроники Сиалы» довольно точно передают настроение, дух нашей эпохи: переоценка «всего святого» в преддверии великой резни. Чем так опасен Неназываемый? Против его армии найдется у Валиостра своя армия. Но он обладает силой, человеку почти неподвластной, неизвестной, непостижимой. Поэтому так необходим древний артефакт — весь ход Войны, существование мира зависят от одной небольшой вещицы, своеобразной «красной кнопки» И разные силы вступили в схватку за обладание ею.

Гаррет-тень. Тень — не свет, не тьма, а их смешение. Герой отказывается от выбора, он живет в тени, в буквальном и переносном смысле. Он просто человек, который хочет жить, то есть есть и пить и… Тень лейтмотив всей эпопеи: мир создавался из тени, главный герой — тень, она же его подруга, любовница, напарница. Тень «является убежищем для всех: для мирных горожан, в страхе прячущихся в ней от опасных людей; для грабителей, которые сидят в тени, скрывая ножи под плащами, ожидая добропорядочных граждан; для существ, которые живут в тени и охотятся по ночам на тех и других». Почему именно она? Потому ли, что она не свет и не тьма? Потому ли, что скрывает от других — людей и нелюдей? Однако не было бы тени, если бы не было света и тьмы. Значит, все же есть из чего выбирать?

Но мир — всего лишь тень, а значит, вопроса выбора просто нет — живи и делай свое дело. Вот закончилась война, победа за нами, и что дальше? А дальше жизнь продолжается — «весна как-никак!» — и каждый занимает в ней свое место. Остатки отряда Диких уходят к Одинокому Великану продолжать нести охранную службу, гоблинша, задержавшись в Авендуме, «пока нужна», возвращается в леса Загреба шаманить.

Герой ли Гаррет? «Я уже начинал ловить на себе вопрошающие взгляды. Наверное, некоторые из присутствующих здесь предположили, что, раз я путешествую с такими отчаянными и уважаемыми личностями, как Халлас и Делер, значит, и я легендарный герой и по меньшей мере голыми руками скрутил шею Неназываемому». Однако героичность Гаррета остается такой же предположительной и условной, как и спасение им мира, которое он совершал в снах. Он видел сны, и нельзя достоверно утверждать, что то, что ему снилось, было на самом деле, что бы ни твердили гоблинские шаманы. Гаррет не герой, он персонаж. Если он и совершил подвиг, то это был подвиг верности себе, честности перед собой и людьми, собой — человеком, обычным ни большим, ни маленьким-человеком, который во все времена остается в тени истории.