Первое Правило Волшебника - Терри Гудкайнд

— Я не сделаю тебе ничего плохого, — заговорила женщина. — Голос ее был приятным, но принцесса Виолетта иногда обещала то же самое перед тем, как ударить. Женщина коснулась руки Рэчел. Та вскрикнула и отскочила.

— Пожалуйста, — заплакала девочка, — не надо жечь мою Сару.

— Кто это, Сара? — спросил мужчина.

Женщина сделала знак, чтобы он молчал. Рэчел все смотрела на ее длинные волосы.

— Я не буду жечь Сару, — произнесла незнакомка своим приятным голосом. Но Рэчел знала: когда женщины с длинными волосами говорят приятным голосом, они могут врать. Хотя голос этой женщины, похоже, был действительно хорошим.

— Пожалуйста, — жалобно попросила Рэчел, — не надо нас трогать.

— Нас? — Женщина огляделась, потом взглянула на Сару. — А, так это Сара? — Рэчел кивнула, еще крепче вцепившись в куклу. Она знала: если не ответишь на вопрос длинноволосой женщины, тебя могут больно ударить. — Какая хорошенькая кукла, — улыбнулась женщина.

Лучше бы она не улыбалась. Если длинноволосые женщины улыбаются, это не к добру.

Тут к Рэчел обратился мужчина:

— Меня зовут Ричард. А тебя?

У него были добрые глаза.

— Рэчел.

— Красивое имя. Но, скажу тебе, Рэчел, я еще не видел волос, уродливее, чем у тебя.

— Ричард! — всполошилась незнакомка. — Как ты можешь говорить такое?

— Но это правда. Кто тебя так обкорнал? Какая-нибудь старая ведьма?

Рэчел захихикала.

— Ричард! — снова вскрикнула женщина. — Ты напугаешь ее.

— Ну ничего, Рэчел. У меня есть с собой маленькие ножницы, и я очень хорошо умею стричь. Хочешь, я постригу тебя? Я по крайней мере сделаю это ровно. В таком виде ты можешь напугать даже дракона.

Рэчел снова захихикала.

— Да, пожалуйста. Я хочу, чтобы у меня были ровные волосы.

— Ну так садись ко мне на колени, и мы их подровняем.

Рэчел встала и подошла, стараясь держаться подальше от женщины, насколько можно было внутри сосны. Ричард посадил ее на колени.

— Ну-ка посмотрим, что у тебя тут.

Рэчел все смотрела на женщину, ожидая удара. Он проследил за ее взглядом и указал на женщину ножницами.

— Это Кэлен. Я сперва сам ее испугался. Она ужасно страшная, правда?

— Ричард! Кто научил тебя так разговаривать с детьми?

— Научился кое у кого на границе, — улыбнулся он.

Рэчел засмеялась его словам.

— Я не думаю, что она страшная. Она — самая красивая дама из всех, кого я видела. — Рэчел, правда, так думала, но длинные волосы незнакомки все еще сильно пугали ее.

— Спасибо, Рэчел, ты тоже красивая. А ты голодная?

Рэчел боялась говорить важным дамам и господам, что она голодная.

Принцесса Виолетта твердила, что этого делать нельзя, и наказывала ее, как в тот раз, когда Рэчел ответила кому-то, что она голодна. Рэчел посмотрела на Ричарда. Тот улыбнулся. Все же девочка побоялась сказать Кэлен, что голодна.

Кэлен погладила ее по руке.

— Конечно, ты голодная. Мы наловили рыбы, и если ты разрешишь готовить на твоем костре, мы с тобой поделимся. Что скажешь? — Она улыбнулась приятной улыбкой. Рэчел снова поглядела на Ричарда. Тот подмигнул и вздохнул.

— Боюсь, мы поймали больше рыбы, чем в состоянии съесть. Если ты нам не поможешь, придется ее выбросить.

— А, ну тогда ладно. Чтобы вам ее не выбрасывать... я помогу ее доесть.

Кэлен сняла мешок.

— А где твои родители?

Рэчел сказала правду, потому что не знала, что еще ответить:

— Умерли.

Ричард перестал орудовать ножницами и посмотрел на девочку. Лицо Кэлен сделалось печальным, но Рэчел не знала, верить этому или нет. Кэлен взяла ее за руку.

— Прости, Рэчел.

Рэчел не очень огорчилась. Она уже не помнила родителей, помнила только дом, где жила с другими детьми. Ричард продолжал заниматься ее головой, а Кэлен достала сковородку и стала жарить рыбу. И правда, рыбы было много. Кэлен добавила специй, совсем как повара — Рэчел случалось это видеть. От запаха пищи у девочки заурчало в животе. Состриженные волосы падали с ее головы. Она улыбнулась, подумав о том, как бы взбесилась принцесса, если бы увидела, что волосы Рэчел пострижены ровно. Ричард отрезал локон, перевязал стебельком травы и вручил девочке.

— Можешь сохранить его. Когда тебе понравится какой-нибудь мальчик, ты ему это подаришь, а он будет носить твой локон в кармашке у сердца, на память о тебе.

Рэчел засмеялась.

— Ты самый смешной из всех, кого я знаю. Ты важный господин?

— Увы, Рэчел, я всего лишь лесной проводник. — Лицо его стало немного печальным. Рэчел была рада, что он не из важных. Тем временем он достал из мешка маленькое зеркальце и протянул ей. — Погляди и скажи, как тебе понравилось.

Рэчел взяла зеркальце, пытаясь разглядеть себя при свете костра. Это было самое маленькое зеркальце, которое она видела, и ей трудно было это сделать. Но когда девочка разглядела себя, она изумилась, и глаза ее наполнились слезами.

— О, спасибо большое, Ричард. Никогда в жизни у меня не было такой красивой прически. — Рэчел обняла его за шею. Он обнял ее в ответ, и это было так же хорошо, как когда ее обнимал Джиллер. Большая, теплая рука гладила ее по спине. Мгновение, пока это длилось, показалось ей долгим, очень долгим, и ей хотелось, чтобы оно никогда не кончалось. Но оно кончилось.

Кэлен покачала головой.

— Ричард Сайфер, ты — исключительная личность, — шепнула она. Кэлен насадила для Рэчел на палку большой кусок рыбы и сказала, чтобы та как следует подула, а то можно обжечься. Рэчел подула немного, но она была слишком голодна, чтобы долго этим заниматься. Рыба оказалась ужасно вкусной. Она напомнила Рэчел кусок мяса, который ей однажды дали повара во дворце.

— Еще? — спросила Кэлен. Рэчел кивнула. Кэлен вытащила из-за пояса нож. — Может, порежем твой хлеб и съедим его с рыбой? — Она потянулась к буханке. Но Рэчел резко отдернула руку с хлебом. Прижав буханку к груди, она отодвинулась подальше от Кэлен.

— Нет!

Ричард перестал есть. Кэлен нахмурилась. Рэчел сжала в кармане огневую палочку.

— Рэчел, в чем дело? — спросила Кэлен.

Джиллер говорил, чтобы она никому не доверяла. Надо помнить об этом.

— Он для моей бабушки. — Рэчел почувствовала, как по щеке покатилась слеза.

— Ну ладно, — сказал Ричард, — раз для бабушки, не будем его трогать, правда, Кэлен?

— Конечно! Извини, Рэчел. Мы не знали. Конечно, не тронем.