Тень ушедшего - Джеймс Айлингтон

Все произошло мгновенно. Элосьен, взревев, прыгнул и заслонил сына, и удар пришелся ему прямо в живот. Давьян, который вместе с Ашей опередил остальных на несколько шагов, внезапно оказался рядом и вбил свой клинок в грудь Хэлу. Тот рухнул одновременно с Элосьеном; герцог с мучительным стоном, Отзвук – лишь дернувшись в предсмертной судороге.

Вирр наконец обрел способность двигаться: он упал на колени рядом с задыхающимся отцом, беспомощно попытался зажать ладонью кровь, хлынувшую из распоротого тела. Он закрыл глаза. Такая серьезная рана требовала много сути – всей, что осталась. Он надеялся только, что этого хватит.

– Нет, Торин. – На губах герцога выступила кровавая пена, но голос, хоть и слабый, словно шепот, звучал твердо. – Не смей исцелять.

Вирр в ужасе уставился на отца.

– Ты же умираешь! – вскрикнул он, с яростью утирая слезы, которых до сих пор не замечал. – Я могу тебя спасти!

Элосьен грустно, любовно улыбнулся ему, сжал руку.

– Нельзя, – пробормотал он. – Нас обманули, Торин. Они пойдут через Федрис Идри. Если одаренные не вступят в бой, погибнут все, не я один.

– Но…

– Обещай мне, Торин. – Пальцы Элосьена уже слабели, но голос настойчиво требовал. – Сознание мутится. Пока я в памяти, должен сказать, чего хочу. Измени догмы во что бы то ни стало. Поклянись, что отпустишь меня.

Вирр долго смотрел в лицо отцу, потом откинулся назад. Плечи его поникли. Слезы ручьями бежали по щекам.

– Обещаю.

Герцог успокоенно вздохнул. На миг взгляд его остекленел, он закашлялся и застонал от боли. А когда снова взглянул на Вирра, взгляд стал иным. В нем было безумие ужаса.

– Торин? – прошептал герцог. – Что случилось? Вирр в недоумении замешкался с ответом, проглотил вставший в горле ком. Отец забылся от потери крови.

– Тебя ранили, – как мог мягко ответил он. – Ты спасал меня.

Элосьен простонал:

– Ты стал старше. Не понимаю…

Вирр крепко сжимал руку отца. Элосьен быстро уходил от него.

– Все хорошо. Я буду с тобой до конца.

Элосьен в отчаянии запрокинул голову.

– Нет! Я не хочу умирать. Спаси меня!

Он сгреб Вирра за грудки, притянул к себе, и сын увидел страх в его глазах.

– Помоги мне, сын! Умоляю. Я знаю, ты можешь спасти. Не дай мне умереть.

Вирр отвел взгляд.

– Прости, – задыхаясь, выдавил он. – Ты мне запретил. – Он проглотил слезы. – Я люблю тебя, отец.

– Нет, – прошептал Элосьен. – Нет.

Руки его упали, глаза слепо уставились в ночное небо.

Вирр, всхлипнув, склонился над телом отца. Так он простоял несколько секунд, потом судорожно перевел дыхание, справился с собой и вытер лицо. Будет время горевать, а пока он должен был действовать, чтобы самопожертвование отца не оказалось тщетным.

– Ох, нет!

Он резко обернулся, услышав ужас в голосе Аши. Та рассматривала неподвижное тело Элосьена так, словно только что поняла что-то ужасное.

– Как мне жаль, Вирр, – тихо, словно в беспамятстве пролепетала девушка. И покачала головой, глядя на друзей. – Мне надо кое-что сделать. Я… мне надо идти.

Она убежала, не дав им вымолвить ни слова.

Вирр так онемел от горя, что не мог даже удивиться.

– Объявить тревогу, – глухо приказал он случившимся поблизости солдатам. – Слепцы перехитрили нас. Всем вернуться на Забрала.

Когда солдаты скрылись, принц обратился к Давьяну:

– А нам надо в Тол Атьян.

Давьян, бессильно опустив руку с мечом, разглядывал три тела на дороге.

– Зачем?

– Затем, что пора кончать, – тяжело ответил Вирр, вставая на ноги. – Пора менять догмы.