Я - Страж - Алина Аркади

Я не была великолепным наездником. В этом мире Стражи перемещались сквозь пространство на зов, не используя транспорт и лошадей. Нет, конечно, на лошади меня научили ездить, Адам провёл несколько уроков, но всё же, в седле я себя чувствовала неуютно. Но я умела общаться с лошадьми на ментальном уровне, эти животные были невероятно общительны и имели прекрасное чувство юмора.

— Вы можете выбрать любую из них, — Император обвёл рукой конюшни.

Я медленно шла по проходу вглубь, огладываясь по сторонам. В последнем, самом дальнем стойле заметила его: угольно-чёрный жеребец, большой, блестящий и невероятно красивый. Захотелось его потрогать. Я протянула руку к его морде, но он тихо фыркнул и отпрянул.

— Его выбирать не стоит, — Ардас подошёл и встал со мной рядом. — Это конь моего отца, Велес, после его смерти он отказывается контактировать с кем-либо вот уже почти пятьдесят лет.

— Красавец, невероятный красавец, никого красивее тебя не видела, — я опять протянула к нему руку, стараясь задобрить комплиментами. Сначала он не двигался, но любопытство взяло верх, и он, приблизившись, понюхал мою руку. А дальше… просто со всего маху ткнулся мне в плечо.

«Вот так мальчик… мы с тобой подружимся» — говорила ему мысленно.

«Подружимся, девочка» — в моих мыслях довольно промурлыкал Велес.

Я открыла дверь стойла и вывела его. Он вёл себя спокойно. Я взяла рядом висевшее седло, и начала его застёгивать, этому меня тоже научил Адам. Я делала всё аккуратно, спокойно, без резких движений, чтобы не спугнуть его и не сделать больно.

Оказывается, всё это время Ардас с двумя конюхами не сводили с нас глаз. В их взгляде читалось удивление и непонимание.

«Смотри, смотри, как палятся на нас. И что такого? Ну не хотел я ни с кем общаться, и что? У людей ведь тоже не всегда бывает настроение?» — возмущался Велес.

«Конечно не всегда, но не пятьдесят лет, это ты перегнул конечно»

«Просто ты первая, кто мне понравился за столько лет». Я улыбнулась, и пусть это комплимент от лошади, но всё же комплимент.

Взяла за поводья и вывела его из конюшни. Ардас уже ждал нас, восседая на своём чёрном жеребце. Он был почти такой же, как и Велес, но значительно меньше в размерах.

— Предлагаю прокатиться за реку, там есть красивое место с уютной беседкой, — предложил Император. — Я никогда никого туда не приглашал, но сегодня именно с вами мне хотелось бы его посетить, — в глазах дракона промелькнула грусть, я поняла, для него это место особое, связанное с важными для него воспоминаниями.

Император меня завораживал. Это, с виду сильный и непоколебимый мужчина, часто смотрел на меня грустными глазами, как ребёнок, желающий ласки и тепла. Все хотят быть любимыми. Даже самый сильный иногда имеет право побыть слабым.

Мы покинули дворцовую территорию, и теперь направлялись в противоположную сторону. Город остался у нас за спиной, и мы медленно двигались в направлении реки. Она виднелась в паре километров от нас. По пути Ардас рассказывал о городе и его создании, он любил свой край, это было понятно по тому, с какой теплотой он рассказывал о своей Империи.

«И что, так и будешь молчать? Я что, зря нарушил обет молчания?» — неожиданный голос в голове.

«О, прости, Велес. Не думала, что после стольких лет равнодушия к собеседникам, какая-то девчонка привлечёт твоё внимание» — усмехнулась я. Конь шутку понял и фыркнул. «Ты торос?»

Торосы — особая порода магических лошадей. Когда рождался жеребёнок тороса, ему завязывали глаза, будущий хозяин приезжал и становился тем, кого жеребёнок видел впервые. Так скреплялась магическая связь, остающаяся нерушимой до самой смерти хозяина. Торосов нельзя было убить, все раны автоматически залечивались, а в случае ранения хозяина, они могли подпитывать его магией. Если хозяин тороса умирал очень рано, в этом случае конь мог выбрать хозяина снова, но уже сам, обычно это были кровные родственники умершего.

«Да, торос. Ты наверное знаешь, что отец Императора нашёл свою пару, смертную, и тогда я понял, долго он не проживёт. Мы не общались ментально, двуликие не умеют, у них уже есть зверь внутри. Я служил ему до самой смерти, но очень тосковал, когда его не стало».

«Почему не выбрал хозяина снова?».

«У Ардаса на тот момент уже был свой торос. А сестра Императора смертная, так же как и её мать. А что, если я выберу тебя? Ты мне понравилась, и общаться с тобой интересно».

«Но я никак не связана кровно с Императором! Да и, знаешь, я практически не передвигаюсь на лошадях, ты снова будешь тосковать. Но ведь с кем-то же ты общался всё это время?».

«Да, с Лай. Прекрасная белая кобыла, которая скрашивала моё одиночество всё это время».

«А как же остальные лошади? Ведь вы можете общаться?

«Можем конечно. Но вот, например, Крат общаться ни с кем не желает» — и Велес мотнул головой в сторону жеребца, на котором ехал дракон.

«Это почему?».

«Потому что он конь Императора и считает, что он выше всех нас. И ещё потому, что я забрал у него Лай» — оу, даже у лошадей во взаимоотношениях не всё так просто.

«Я не выше вас всех, просто не считаю нужным тратить своё время на пустую болтовню» — неожиданно у меня в голове раздался ещё один голос, и мы с Велесом синхронно повернули головы в сторону Крата.

— Ничего себе, неужели с нами заговорил Его Величество конь Его величества!!! — и я рассмеялась, а Велес в свою очередь громко заржал. Император смотрел на меня вопросительным взглядом.

— Али, вы можете общаться с торосами? — поинтересовался он.

— Не только, я вообще хорошо нахожу общий язык со многими животными. И предугадывая его вопрос, опередила его. — Но только не со змеями!

— И что же вам рассказал Велес?

— Что его хозяином был ваш отец, и что он очень тосковал, когда его не стало, поэтому ни с кем и не общался всё это время, — я рассказала то, что поведал мне конь.

— А почему решил заговорить с вами?

— Сказал, что я ему понравилась, — я улыбнулась.

— Ни ему одному, Али… — умел Ардас вывести из равновесия. С любым другим, я непременно нашлась бы что ответить, и осадила бы наглеца парой фраз, но по отношению к дракону, делать этого совершенно не хотелось. Мне нравилось, как он на меня смотрел, мне нравилось, что он говорил — мне всё в нём нравилось.

— Мы на месте, — сказал Император, спрыгивая с коня.