Чаша и Меч - Екатерина Гордиенко

— Его зовут Гарм.

— Твой брат^[24]?

То ли девчонка еще не опомнилась после вчерашнего, то ли была безрассудно смела. Фенрир пожал плечами:

— Иногда собака — это просто собака.

— Ясно. — Она потрепала пса по голове. — Иди на место, Гарм.

На лице Фрейи двигались только губы, да и то едва заметно. Фенрир слегка поморщился — от сигареты будет больше тепла, чем от этой отмороженной. И что ему теперь с ней делать?

Сразу захотелось закурить. Он вытащил из мятой пачки Мальборо сигарету и прикурил. Заклеенная пластырем рука сразу же потянулась к его лицу:

— Дай затянуться.

— Они крепкие.

— Дай.

Он передал ей сигарету и приготовился наблюдать, как девчонка начнет давиться и кашлять. Ничуть не бывало. Она медленно выпустила дым из ноздрей, вынула сигарету изо рта и посмотрела на нее с искренним удивлением:

— И что вы все в этом находите?

— Дай сюда.

Фенрир отобрал сигарету и сделал вторую затяжку. После Фрейи ему показалось, что горький табак обмакнули в малиновое вино. А девушка допила свой кофе, вытащила из ножен на поясе маленький кинжал и процарапала на стене линию, перечеркивающую ранее сделанную насечку.

Похоже, вчера она не скучала — выпила полбутылки его лучшего виски, обрезала волосы и испортила стену. С другой стороны, больше не делала попыток порезать себя, и сейчас держалась спокойно, не демонстрируя ни страха ни попытки закатить истерику.

Возможно, все пройдет легче, чем он ожидал.

— Что это значит? — Фенрир кивнул на стену.

Вопрос Фрейю не удивил:

— Я исполнила свое желание — выкурить сигарету.

— А это? — Его палец остановился на другой перечеркнутой насечке.

— Расторгнуть помолвку с Анундом.

Девушка все больше ставила его в тупик. Может, все-таки тронулась после вчерашнего? Бьярн далеко вышел за рамки принятого в Стае отношения к самкам, когда заставил женщин смотреть, как убивают их мужа и отца.

— Ты не хотела выходить за него?

Его голос звучал безразлично, но внутри все напряглось в ожидании ответа.

— Я вообще не хотела выходить замуж.

Нет, все-таки она совсем не походила на женщин Стаи.

— А чего ты хотела?

Глупый вопрос. Список ее желаний был вырезан на стене у него прямо перед носом. Палец Фрейи погладил новую насечку:

— Учиться. Поступить в университет.

Желание, почти крамольное. Самка оборотня должна была выйти замуж, чтобы рожать и воспитывать детей. Образованная женщина становилась слишком свободолюбивой и практически бесполезной для Стаи. Во всяком случае Бьярн думал именно так.

— Ярл никогда не позволил бы. — Заметил Фенрир. — Когда ты закончила школу?

— Больше года назад.

Вот как? Значит, ему повезло, что девушку не выдали замуж сразу со школьной скамьи. Или Магнус сам не торопился со свадьбой?

— И чем ты занималась весь этот год?

Она пожала плечами:

— Получала домашнее образование.

Ну, это ему было понятно. Готовить, вести домашнее хозяйство, красиво одеваться и все такое. Особенно красиво одеваться. Происхождение Фрейи давало ей право на любом тинге стоять ближе к алтарю, чем женам ярлов. А это значило, что она всегда должна была выглядеть хорошо.

А теперь она стояла здесь, в маленькой кухне его нищего дома и осуществляла желания, об исполнении которых еще два дня назад и мечтать не могла. Правда, это были очень странные для девушки ее положения желания.

— А это что? — Его палец коснулся незачеркнутой насечки.

— Это? — Девушка чуть прищурилась, словно припоминая. — Первый поцелуй.

И в ту же секунду Фрейя оказалась сидящей на столе. Только широкий подол не позволил платью задраться до самых бедер, потому что сейчас ее колени были широко разведены в стороны, и между них стоял Фенрир. Обхватив лицо девушки ладонями, он с немым вопросом заглянул ей в глаза, а потом прижался губами к ее рту.

Почему — то дыхание у нее в груди закончилось сразу. Руки и ноги налились тяжестью, голова поплыла, и только маленькая боль не позволила сознанию отключиться совсем.

— Уыыы ооолнооо…

— Что?

Фенрир не отпустил ее и не отстранился. Просто прервал поцелуй и все так же требовательно уставился ей в лицо.

— Уши больно, — пояснила Фрейя.

Оба они дышали одинаково тяжело, и смотрели друг на друга: Фрейя настороженно, а Фенрир с каким — то необъяснимым голодом. Это было более, чем странно. Девушка помнила, как она выглядела в зеркале: бледная кожа, покрасневшие веки, больные глаза. Его жажда казалась необъяснимой.

— Тебя действительно никто до сих пор не целовал?

Его мертвая хватка слегка ослабла, и теперь Φрейя чувствовала, как твердый палец поглаживает ее щеку. Мягкий успокоительный жест. Она прикрыла глаза и слегка покачала головой. А потом затаила дыхание, и он поцеловал ее снова.

Теперь это было… неплохо. Его губы были сухими и горячими. И он не пытался залезть ей в рот, как это делали в кино. Просто прихватил слегка ее нижнюю губу и чуть-чуть потянул.

Этот поцелуй был неторопливым и уверенным. Фенрир не спешил, потому что знал: он получит ее всю целиком, и это случится скоро.

Скоро?!

Страх молнией пронизал тело девушки и заставил изо всех сил упереться ладонями в твердую мужскую грудь. Он послушно отстранился:

— Так не больно?

— Нет, — она вытерла рот и посмотрела на него с вызовом. — Было бы даже хорошо, если бы это не был ты.

Он смотрел ей в глаза пристально, словно искал в них опровержение ее словам:

— Возможно, когда-нибудь тебе это понравится. Возможно, когда-нибудь, ты даже захочешь положить мою голову к себе на колени, Фрейя.

— Возможно, — согласилась она. — Если твоя голова будет отделена от плеч.

Фенрир отвернулся и сделал вид, что берет со столешницы свой телефон. Не стоило ей сейчас видеть его лицо.

— Твои вещи в гостиной. Я привез. Если собираешься выйти из дома… — Он выдвинул один из ящиков кухонного стола и бросил ей в руки другой телефон, подержанный, старый, но исправно работающий. — … Гарм пойдет с тобой.

Вот теперь посмотреть на нее было даже приятно. Фрейя так и замерла, сидя на столе с приоткрытым ртом:

— Ты не будешь запирать меня здесь?