Когда взойдёт солнце - Лена Савченко

— Я могу прибыть в лабораторию раньше? Мне бы осмотреться, привыкнуть к

рабочей среде, настроиться. — пришлось заставлять себя не смотреть в ту сторону. Не сдавать же его — иголки у ёжика и правда крайне полезные, пригодятся.

— Да, конечно.

Теод поднялся сам, галантным жестом помог Касандре выбраться из-за стола и зону они покинули. Девушка ещё раз оглянулась: мужчина в белом никуда не делся, но внимания на неё больше не обращал. Полностью погрузился в свои заботы, совершенно отгородился от внешнего мира и из-за газеты была видна только красная макушка волос. Попытка напрячь память, постаравшись вытащить из её недров хоть кого-то похожего, провалилась.

Дворец жил своей жизнью как и обычное. Туда-сюда сновали служащие, едва мы попали на его рабочую сторону. Людей, шагающих неспешно, были единицы. Девушка заинтересованно оглядывалась, спрашивала иногда пая о той или иной картине, восхищалась — конечно, разумеется, как не восхищаться портретами сволочей! — и старательно запоминала обстановку.

Ей сказали из комнаты без сопровождения носа не казать, но кто их станет спрашивать? Нужно было выяснить какие заклинания стоят на двери и, возможно, действительно податься в маги… От воспоминаний Сана почти вздрогнула, но успешно задавила всё в себе. Теод даже заметил. Ещё  Касандра упорно старалась понять, как к нему относиться. С одной стороны мужчина казался  довольно миролюбивым и обходительным, не перешагивал рамки приличий, объяснял всё мягко и не смотрел как на глупую мышь, выбравшуюся из глуши. А с другой — на кой чёрт он вытащил Касандру раньше времени? Уж явно не потому, что беспокоился за её желудок. Еду бы и без того принесли, убедились, что я девушка получила… Голодной, в общем, не осталась бы. И Сана поняла бы желание служивого к флирту — но она ведь лаух! Пусть и будущий — для него. Ей нельзя ни под какими предлогом, Теод должен был это осознавать! Или с этой стороной точно так же, как о со всем остальным? Выходило совсем паршиво.

— Что вы можете рассказать о людях, что здесь живут? — решилась спросить Кайнейро, — О том, какие они? Есть ли те, кого стоит остерегаться?

— Вы ещё со всеми успеете познакомится, — отмазался Теод, — Не торопите события.

Так ей всё и выложили на блюдечке с голубой каёмочкой. А было бы неплохо, на самом деле. Разбираться самой кто есть кто не хотелось. Не всё же время пай будет таскаться подле неё, придвигать стулья и интересоваться моральным состоянием. На самом деле Касандра уже несколько раз почти открыла рот, чтобы рассказать о ночных похождения Стража, но что-то каждый из этих разов останавливало. От части — разговоры о Тьме, от части — не понятная причина, пугающая ещё больше первого аргумента. На опыты не пустят, конечно...

Хотя, кто их тут знает.

Лаборатория находилась на этаже десятом, если Касандра не сбилась со счёта. Широкий коридор, в котором не висело картин, не стояло статуй. Только одни голые стены, нагоняющие жути и холод, так Светлому дворцу не свойственные. Да, подноготная у него не самая приятная, но тёплые оттенки в интерьере преобладали, создавали видимость уюта. А тут даже бежевые стены не спасали.

— Вот зараза! — шипел мужчина, — Да вы шутите?! Я всё понимаю… Нет,этого не понимаю! Решено! После всего вернусь и устрою взбучку всей знати,чтобы веками помнили, поганцы… Тьфу, не выругаться ведь даже! Дуэлей хватит?.. Нет, не хватит! Она же ребёнок!

— Эти лаборатории почти всегда открыты для тех, у кого есть сюда доступ, — пояснил невзначай  Теод, — Принадлежат лаухам высшего звена. Таким как Барнеус, например. Всего подобных ему пятнадцать. Остальные либо приближены к этому званию, либо же находятся на несколько ступеней ниже.

— А… Они все будут наблюдать, как и Его Величество?

— Не могу сказать точно, но несколько алхимиков проявили неподдельный интерес.

Нет, Касандре точно нужно ведро. Она здесь второй день, а черту юлить, выкручиваться, ходить вокруг, да около, нашла у всех, кого встретила. Разве что прислуга отвечала по делу, но это прислуга. Это их обязанность. Есть тут вообще хотя бы один здравомыслящий человек? Ехидное подсознание подсунуло Владислава и было тут же послано лесом — говорил по делу, но до здравомыслия ему было как до луны…

«О, помянешь чёрта! Лёгок на помине!»

Наёмник стоял у одной из дверей, что-то обсуждая с Барнеусом, но едва заметили нас, тут же прекратили дискуссию. Сана успела заметить, как лаух сгонял с лица недовольство и натягивал доброжелательность. Передёрнуло.

— Вы прибыли раньше? — едва сумела различить хорошо скрываемое удивление, — Что ж, это похвально.

— Пунктуальность — одна из моих главных черт. Даже если я не спала всю ночь, занимаясь делами, буду точно в срок или раньше.

У Влада дёрнулся глаз и, тем самым, убедил девушку — не такой уж он и непроницаемый. Потом можно будет придумать, как использовать информацию против него, а пока нужно сосредоточиться на предстоящем опыте. Как бы ей эта “информация” боком не вышла…

Одарив мужчин в меру очаровательной улыбкой, я вопросительно посмотрела на дверь рядом. Широкий створки дерева украшали ряды вырезанных алхимических символов, даже выстраивались в единую картину — Дань Жизни. Старая-престарая пектакля, которую могли применять истинные профессионалы своего дела.

—Я бы хотела осмотреться перед началом, если вы не против.

—Да-да, — Барнеус кивнул, — Я, собственно, потому и прибыл раньше — желал убедиться, что все подготовлено…

— Да кому ты чешешь! — раздосадованно простонал мужчина в белом камзоле, стараясь не дышать над заполняемой колбой, — Хотя, с другой стороны—не врёт даже..

…— Его Величество прибудет через полчаса. Прошу вас, миледи, зах... — он будто запнулся о слова, взгляд на мгновение помутился, — Выслушать меня. Редмин может производить впечатление молодого мужчины, но настоятельно рекомендую вести себя рядом с ним, как подобает.

Касандра растерянно захлопала глазами. Что за бред только что сморозил герцог? Какая разница сколько ему лет? Хоть семь, хоть семьдесят — он остаётся, в первую очередь, королём! А лаух, тем временем, был, кажется, сам в шоке от своих слов. Сане захотелось в комнату, исколоть все руки, пока будет гладить ежа, раскачиваясь на кровати. Происходила какая-то жуть .

— Разумеется. Мне кажется, это даже не может обсуждаться,— подметила Кайнейро, — Его Величество в первую очередь — король.

Лаборатория была огромной. Раза в три больше, чем в Нихау — пустое пространство, единственный стол по центру, на котором ровно стояли колбы в декоративных ящиках. Некоторые пустые, некоторые — заполненные, с подписями. Посреди стола зелёная ткань с явными магическими свойствами. Намертво прикреплена к самой столешнице, на таких мелом рисовали дополнительные символы для завершений реакций, а потом всё той же магией их стирали. Больше ничего необычного в глаза не бросалось. Место явно было создано для показательных представлений — иными словами такое количество лишнего места, ничем не занятого, Сана объяснить не могла.