Последняя ошибка Темного Мастера - Виктор Баженов

— А она?

— А она в него.

— Гансик, очнись! — Судя по звукам, Алекс стучал чем-то по лбу еще бухого Ганса, который после многодневного запоя у болотницы так до конца в себя и не пришел. — Принцесса влюбится в огра! Ха-ха и еще раз ха! Вот ты тут пишешь про утонченную натуру Шрека, который рассуждает с ослом о высоком! Да он у тебя прямо интеллектуал, а заодно красавец писаный. Ты хотя бы раз живого огра видел?

— Ну-у-у…

Острый кинжал вспорол брезентовую ткань. Края дыры расширились, и оттуда высунулся распаленный Алекс.

— Вот посмотри на этого урода, — ткнул он пальцем в Дэна. — Где тут интеллект? Он же деревянный!

Лицо вошедшего в раж сказочника накрыла могучая длань «деревянного урода», и Алекс улетел обратно внутрь фургона. Из дыры высунулась опухшая физиономия Ганса, похлопала глазами на Дениса и исчезла.

— Согласен, о высоком Шрек не будет говорить.

— Нет! Я был не прав! Пусть говорит! — Похоже, Алекса осенила какая-то идея. — Он будет прекрасный принц, которого злой колдун превратил в огра!

— И поцелуй принцессы его спасет!

— Эй, — окликнул сказочников Дэн, — вот только аленький цветочек сюда приплетать не надо. И хватит там жужжать, думать мешаете.

— Огр думает…

— Хи-хи…

— И вообще, Гаврила, тебе не интересно, не мешай.

— Вот плагиаторы, — покачал головой Денис.

— Значит, так… — Плагиаторы вновь взялись за работу. — Шрек спасает принцессу от дракона, а она его от заклятия. Целует…

— …И превращается в зелененькую огру, — тяжко вздохнул Денис.

— Гениально!

— Какой поворот сюжета!

— А потом на болоте под кваканье лягушек играют свадьбу!

— Осел с драконихой за шаферов сойдут? — поинтересовался Дэн.

— А что, идея. Осел с драконихой… — Писатели вдруг резко перешли на еле слышный шепот, а потом заржали.

— Крылатые ослята — это что-то!

— Может, в соавторы его возьмем?

— Этого громилу? Ты что, с ума сошел?

— Да, не подумал. Троих такая сказка не выдержит.

Денис посмотрел в квадратные от изумления глаза Бине и пояснил:

— Гонорарами делиться не хотят, жлобы, но я не в претензии. Сказки — не мой жанр. Ладно, пусть пишут. Главное, чтоб дали мне почитать, чтоб знать, куда потом бежать. А Вальку я все-таки убью. Ну надо же такого наворочать!

— Кто такой Валька?

— А… — отмахнулся Денис.

В шатер за сценой нырнули радостно щебечущие Аделина с Климентиной, нагруженные свертками с изделиями портных. Юноша огляделся. До представления было еще далеко, а народ уже начал прибывать. Афиши свое дело сделали. Сюрприз, обещанный Денисом в конце представления, привлек массу народа.

— Эх, площадь маловата, — опять расстроился парень. — Балда ты, а не менеджер среднего звена. Столько клиентов упустили!

— Почему упустили? — съежился Бине.

— Все зрители сюда не влезут. Намечается полный аншлаг, а мы… Ого!

Толпа все нарастала, и Денис внезапно понял, что силами только орлов Алекса ее он не удержит.

— Эй, служивый! — окликнул ликвидатор сержанта городской стражи, завернувшего на площадь со своим отрядом поглазеть на представление.

— Чего тебе, громила?

— Заработать хочешь?

— Спрашиваешь!

— Тогда иди сюда на инструктаж.

Начало представления было встречено публикой довольно прохладно. Тягающие гири силачи, жонглирующий кольцами Серж и кривляющийся на помосте Арлекин никого не удивили. К дешевым балаганам здесь уже привыкли. Все ждали сюрприз и только потому пока не расходились, настороженно поглядывая на странный шест в центре помоста, стоящий вертикально. И вот этот момент настал. На помост вышел шпрехшталмейстер:

— А теперь, уважаемые дамы и господа, новинка сезона. Гаврила Великолепный и его воробышки! Поприветствуем наших артистов, дамы и господа!

Заиграла плавная, ненавязчивая музыка, и по лестнице на помост начал медленно подниматься обнаженный по пояс богатырь с заткнутым за пояс кнутом, держа на разведенных в разные стороны ладонях симпатичных девиц в роскошных нарядах. Юные гимнастки великолепно держали равновесие с помощью вееров.

— Алле… оп! — рявкнул Денис.

Аделина с Климентиной сделали с его рук сальто и застыли в элегантных реверансах, оказавшись на помосте.

— Алле… оп!

Щелкнул кнут, грянула разудалая музыка, и девчонки сорвались в задорный танец. Лихой канкан в исполнении гимнасток толпу сразу зажег. Ножки их взлетали так высоко, что иногда из-под кучи юбок мелькали даже трусики, что было немедленно оценено радостно взревевшей публикой. На помост веером полетели монеты разного достоинства. Разумеется зрителям не раз приходилось видеть самых разных обтянутых в трико гимнасток, но это зрелище не возбуждало, а вот канкан…

— Алле… оп!

Еще один щелчок кнута, и девочки пошли отплясывать по кругу, давая насладиться спрятанными под их юбками прелестями остальной толпе. Денис опять взмахнул кнутом.

— Алле… оп!

Музыканты среагировали молниеносно, и артистки начали извиваться вокруг шеста под чувственную музыку. Первая же полетевшая в толпу юбка произвела эффект разорвавшейся бомбы. От рева напирающей толпы закладывало уши, а на помост уже летели не только медь и серебро. Мелькали даже золотые! Истины ради надо сказать, что от шоу не все были в восторге. Бабы молотили своих мужиков, швырявших кровные каким-то стриптитуткам, вытаскивали из толпы детей и мужиков, если удавалось с ними справиться, и, отплевываясь, на всех парах неслись домой. Освободившиеся места тут же занимали новые зрители, подваливающие на рев толпы со всех сторон.

Денис довольно улыбнулся и ушел со сцены. Подбадривать кнутом артисток и беснующуюся публику смысла уже не было. С каждой сброшенной юбкой (а их на девчонках было много), энтузиазм толпы все возрастал, поток монет не иссякал (какой-то придурок запустил даже полный кошель, который чуть не сбил с шеста Аделину), и страже с квадратными организмами Алекса все труднее становилось сдерживать рвущуюся на помост толпу. В конце концов, артистки остались в одних лишь узорчатых лифчиках и коротеньких, в пару пальцев длиной юбочках, едва прикрывающих их трусики. В таких нарядах частенько выступали и обычные гимнастки, но здесь было совсем не то! Какой-то господин, судя по роскошному камзолу, явно из благородных, не нашарив в карманах больше денег, кинул на помост кинжал в дорогих ножнах. Да, это был успех.

— Вы думаете, это сюрприз, господа? — опять появился на помосте сияющий Бине с веником и совком. Еще б ему не сиять. Такого успеха его труппа не имела никогда. А уж сборы просто зашкаливали! Его труппе и за десять лет не заработать того, что они получили за одно представление! — Нет господа, сюрприз впереди. Объявляются кулачные бои за право провести приятный вечер наедине с нашими артистками! Но с каждого участника турнира золотой!