Замок Белого Волка - Андрей Белянин

– Я тебя не сильно ушибла?

– Не-не-не-не-не… Не волнуйся. Мне было даже приятно. Плечо не выбила, и уже огромное спасибо! Хочешь, ещё в реверансе поклонюсь, я ж дрессированный?..

– Да ладно тебе дуться. – Хельга протянула руку, и конь с превеликой осторожностью коснулся её плюшевым храпом. – Извини, я не хотела. Просто… в первый раз вижу говорящую лошадь, вот и… Я думала, животные не разговаривают.

– Ну при твоих физических данных легко отбить желание говорить у кого угодно. Ты полегче с кулаками, подруга, и мы подружимся.

Он поднял голову и через ноздри дунул тёплым дыханием ей в нос. Хельга сморщилась и хихикнула. Когда я выходил из конюшни, они уже стояли в обнимку и болтали, как самые закадычные подружки после годовалой разлуки. На выходе меня ждала любопытная Ребекка, пытавшаяся вырвать повод из рук седого конюха и подсмотреть, чем это мы там все так весело занимаемся. Я похлопал её по крутой шее, отвёл в сторону и, как мог, прояснил ситуацию. Умная кобылка не стала впадать в крайности или изображать корсиканскую ревность, а весьма разумно признала, что присутствие молодой госпожи явно пойдёт на пользу болтуну Центуриону, он в последнее время практически всех достал своими умствованиями, а тут свежие уши…

– Куда поедем, Белый Волк?

– Я хотел показать ей горы, немного пройти вдоль западной границы, отдохнуть у озера и через пару часов назад.

– У озера таки неплохо. Там хорошая трава, но девочка не будет это кушать. Кто-нибудь позаботится взять ей что-то на предмет перекусить на свежем воздухе?

Хм… Ребекка права. Чистый воздух с гор и конные прогулки всегда вызывают зверский аппетит, а моя когда голодная, то очень нервная. Я попросил конюха передать приказ кухарке, и едва он ушёл, как на мою бедную голову полновесно свалилось следующее стихийное бедствие – леди Мелисса…

– Лорд Белхорст, вы меня игнорируете?! – В оконном проёме башни показалась чопорная худая старуха, лет семидесяти пяти, с пергаментным лицом, в напудренном парике, с розовыми щёчками и нарисованными углем бровями.

– Я надеялся, что вы присоединитесь к нам за обедом.

– А я, лорд Белхорст, уже не раз говорила вам, что никогда не буду есть за одним столом с челядью, и не одобряю вашу странную привычку опускаться до одного стола с простыми слугами! – Она скрестила руки под грудью так, чтобы красное платье обрисовало два клубка шерсти, подложенные под корсет. – Я велела дуре-кухарке приготовить нам достойный завтрак в отдельной комнате, но вы не явились!

– Война… – неопределённо пожал я плечами, не зная, куда деться. Эта старая карга ведёт себя в моём замке, как в личном будуаре, а гнать её в шею нельзя, на меня просто ополчатся все ближайшие бароны. Добрая половина моих соседей – её кузены и дальняя родня…

– Куда вы направляетесь?

– Намерен совершить конную прогулку.

– Хорошо, я прикажу заложить экипаж, и вы поедете в моей карете.

– Э-э… я еду не один.

– С кем же?! – грозно выпрямилась она, вперив орлиный взгляд мне за спину. – Ага! Наверняка вон с той молоденькой вертихвосткой! О небеса святые, да она даже не в дамском седле! У неё коленки видны, что за ужасающее бесстыдство!!!

– Па-а, а чё это за грымза в окошке?

Голос у Хельги хороший, а вот манеры… иногда прихрамывают.

Леди Мелисса на миг превратилась в каменную статую. Горгулью с собора Нотр-Дам. Но миг быстро кончился, и её прорвало…

– Мерзавка! Исчадие ада! Дьявольское подобие! Чёртово семя! Да как ты только посмела поднять на меня…

Я вовремя успел накинуть свой плащ на голову Хельге, потому что в ту же секунду посреди чистого неба прогремел гром, и бешеная молния шарахнула прямо в то окно, где надрывалась старая дура. Грохнул нехилый взрыв! Вниз посыпалась каменная крошка, оконный проём заволокло дымом. Когда он слегка рассеялся, мы смогли какое-то время полюбоваться чёрной от сажи физиономией леди Мелиссы и весёлыми огоньками, доедающими её высокий парик. Минутой позже она свела глаза к переносице и, выдохнув струйку чёрного дыма, рухнула навзничь, словно корабельная сосна.

– Что это было, папа? – высунув нос из-под плаща, спросила Хельга.

– Мама, – так же тихо ответил я.

– В каком смысле?

– В прямом.

Я оставил плащ на плечах дочери, шепнув на ухо Центуриону:

– Увози её отсюда. Мы догоним.

Чёрный конь со вздохом покосился на всё ещё горящее окно, потом на невинные небеса, потом сделал круглые глаза и увёз Хельгу со двора молча; оба находились под впечатлением.

Любопытная Ребекка положила умную морду мне на плечо:

– Не волнуйся за неё, Белый Волк, эта девочка сумеет за себя постоять.

Я рассеянно кивнул. Физически Хельга очень сильна, у неё твёрдый характер и хороший багаж знаний. Книжных знаний. О реальной жизни, её тёмной стороне, о предательстве, измене, боли, страданиях, бесстыжей лжи, ударе в спину, гибели ближних, голоде и неволе она не знает ничего. Я, как мог, берёг её от всего этого, и в том мире мы жили без особенных стрессов. Не без проблем, конечно, без них, увы, никак, но всё-таки избегая каких-то глобальных трагедий и великих бед. Смогу ли я защитить её здесь…

– Седрик!

– Да, сир? – Он мгновенно появился из-за конюшни.

– Пошлите Метью, пусть приведёт в порядок гостевую комнату.

– Там, кажется, был небольшой пожар?

– Да, молнией садануло. Но леди Мелисса жива…

– Могу ли я как-то выразить вам своё сочувствие, сир? – участливо поклонился старый воин.

Я махнул рукой, мы оба прекрасно понимали, что если старая метёлка что-то вбила себе в голову, то обратно и кирпичом не выбьешь. Либо она будет плясать на нашей свадьбе, либо я на её похоронах. Второе, гарантированно, веселее, да и соберёт большую кучу народа. Её многочисленная родня, потеряв главный стержень в лице самой деспотичной мегеры, тут же пустится в разгул, драки и междоусобицы. Про наши маленькие, но вольные земли вспомнят не скоро. А мы и не склонны так уж активно о себе напоминать. Выпячиваться в Средневековье – самый верный способ получить стрелу в спину или яд в бокал. Как выражается Ребекка, облезут, парнокопытные…

Мы довольно быстро догнали Хельгу с Центурионом. Болтливый конь как раз объяснял своей визжащей наезднице, как надо правильно приподниматься на стременах во время лёгкой рыси, чтоб не отбить попу и само желание последующей верховой езды. Не буду врать, что у неё всё это отлично получалось, до синяков, быть может, не дойдёт, но все мышцы завтра будут болеть так, словно не она ездила, а на ней. Хотя в целом девочка держалась молодцом. Щёки раскраснелись, жемчужная сетка на волосах сбилась на затылок, а глаза горят сумасшедшей жаждой приключений!

– Почему ты раньше никогда меня сюда не привозил?