Айн, цвай, драй, полицай! - Ульяна Тюмень

Красавицей себя не назову, хотя на маму похожа, вот она-то была удивительно красива, абсолютно гармонична, статуэтка. И тем не менее, что мы имели в сухом остатке? Где семейная идиллия, позвольте спросить. Маму только жалко, она отца искренне любила и, прилично зарабатывая, подкидывала ему денег, даже когда он нас бросил.

Зато я знаю силу своей улыбки, мне вообще не отказывали, мама все время удивлялась.

Но ведь подлость какая, мальчишки группы, а позже и напарники, так активно меня оберегали, что девушкой и осталась. «Девица я…», и глазки можно в пол.

Кто только не пытался ко мне подойти, и старшие курсы, и командиры. Где там! Разбитые носы, даже пара переломов очень наглядны, а когда на «дело» выходит вся группа без «женского состава», а в составе только я… командование улыбалось, и дисциплинарных последствий драчунам не было ни разу.

А сами парни ко мне не подходили, не один!

Сговор, без сомнения.

Но никогда меня собственная девственность не угнетала. Ну, нет и нет. Одно знаю твердо, парня моложе меня не выберу отцом своего ребенка. И даже ровесника. Может, правда, мне не хватало собственного отца все подростковые годы, а ребята в группе всегда были братьями, но случилось, как случилось.

Роман у меня получился сказочный.

Встречались мы три года, как правило, несколько дней в месяц или два. Мне дарили лучшие модели айфонов, и я сразу получала зашифрованную смс, где и когда увидимся. Допускаю мысль, что мои командиры тоже получали указания, и меня отпускали на это время.

Чаще всего бывали на море или в горах, хотя самые красивые города нашей страны тоже повидала, и даже пару раз была за рубежом. Сноуборды и лыжи, юркие катера и дельтапланы, лучшие гостиницы и рестораны — все успевало вместиться в эти дни. И ночи, полные ласки и заботы. И его признания — он чувствует, когда даже подхожу к двери, а я его так не понимаю. А потом он исчезал. На месяц, или на два, на три, один раз на полгода. В последнюю встречу предупредил, что его не будет долго, очень долго, и мысленно с ним попрощалась. И действительно, через год окончила академию, а еще через год на одном из заданий погибла.

И все.

Себя я перестала обманывать.

Рег, магистр Регис, меня волновал. Почти никогда его не видела, но всегда знала, где он, а когда понимала, что вот сейчас мы можем столкнуться — быстро находила дело в другом месте.

Вот о чем мне говорили, вот о чем!

Но…раз предатель — всегда предатель. Лопата, мотыга, а когда не справлялась, то и трактор были мне в помощь. Ростки пробивались, но я четко разъяснила своей дурацкой любви, что ядерное оружие уже изобретено, и иногда спала без снов.

Глава 8

Следующий выходной день получила опять через месяц, а по возвращению удивилась огромному плакату рядом с расписанием: поздравляли нашего декана-бытовика с серьезным вкладом в теорию магии. И даже скопировали рисунок с достижением — мою схему, которую он взял посмотреть на досуге и переписал своей рукой, не поменяв ни слова. На большой перемене нас, курсантов, пригласили в зал, декану торжественно вручили патент и позвякивающий тугой кошель. Магистры искренне радовались, академии увеличили финансирование в надежде на следующие достижения, о чем сообщил лысый лорд.

Я про себя удивилась, спрашивается, почему только в теорию магии, и поморщилась: поняла, что среди преподавателей ищу магистра Региса. Раз пробежалась глазами, два. Нет его! И магистра Леонтия не было. Как же они не разделили радость-то такую, такой вклад.

Шла на последнее сегодня занятие и хихикала.

Курсанты потихоньку подтягивались, группа собралась, а преподов еще не было. Вытащила учебник боевиков третьего курса, открыла и отключилась.

Искренне не понимаю, почему препятствуют обучению нетитулованных курсантов на других факультетах. Понимаю, что следственные органы — тоже власть, а делиться ею не хочется. Но в команде следователей есть и воины, охрана. Правда, принципы магии одни и те же, знаешь часть — и можешь перейти к общему, а там опять к нужной части. В учебнике так доступно написано, а в белом архиве, самом защищенном от магического воздействия помещения академии, сразу проверяла новые заклинания — вполне по силам любому.

Дверь открылась, я убрала учебник, насторожившись.

Вот и магистр Регис, вместе с группой преподов. Что у них, эйфория закончилась?

— А здесь проходят занятия бытовиков первого курса, — соловьем разливался ректор перед лысым, — курсанты, и где ваш преподаватель?

Тут по лбу себя стукнул наш декан:

— Простите, ваша светлость, я… отвлекся, должно быть мое занятие.

— Ничего, магистр, мы понимаем, — снисходительно бросил лорд, и взгляд его упал на меня каменой плитой, — кстати, а когда у вас промежуточные экзамены?

— А когда вам удобно! — вставил декан, — мы всегда готовы!

— Завтра, — решил лысенький, — и вы успеете с формальностями. Договорились?

— Договорились, — подтвердил ректор.

Декан взглянул на меня мельком, но с такой торжествующей ухмылкой.

Вот же гаденыш! Что ж ему неймется, или правда у него роман с гномкой, как намекнул мне магистр Леонтий, предупредив быть осторожнее. Да люби, кого хочешь, чтоб тебя приподняло, опустило и перекосило, я-то при чем?

Декан подпрыгнул, схватился за свою щеку, обвел глазами всех курсантов в классе и медленно направился ко мне. Глазки он прищурил, он всегда так делает, переходя на магическое зрение.

— Попалась, — прошипел он, — кроме тебя, некому! Остальные слабее!

— Вы о чем? — рядом оказались магистр Регис и лысый лорд.

— Это она наложила на нас летом проклятие! В отместку!

— И за что? — небрежно поинтересовался Регис, — есть за что?

— Да, хотелось бы знать, — скучно согласился лордик, — предлагаю поговорить вне класса. Курсантка, следуйте за нами!

И меня под конвоем повели с уроков к ректору.

В приемной усадили на диванчик и передали стакан морса, велев ожидать.

Помощник ректора, посмотрев на мою гневную физиономию, невзначай вытащил блокнот и ручку.

В кабинет зашли декан-боевик и магистр Леонтий. Следом закатили столик с двумя кастрюльками и стопкой тарелок.

Вот тут я окончательно разозлилась! Они, значит, тут и отобедают не спеша, между делом, а я безвинно худей?!

Дверь испугалась моего напора, даже не успела ее коснуться, она распахнулась:

— Ваша светлость, магистры, у меня есть несколько минут?

— Да, — кивнул наивный лорд.

Дверь прикрылась сама, пару слов помощник все-таки успел законспектировать, а я тоже успела. В столовую.

Как ни странно,