Повелевая Тьмой. Том 2 - Евгений Рафт

Глава 6. Хитрые пророчества

На улице уже разгорался новый день. Рассвет окрасил поля и склоны холмов ярким багрянцем. Ночные птахи затихли, уступив место жаворонкам и соловьям. По округе разлетелся аромат цветов, раскрывших свои бутоны навстречу солнцу.

В пещере, ставшей убежищем Тайхарта и Асэми, было спокойно. Вот только странный звук раздавался от рюкзака с припасами.

Хрум-хрум-хрум.

— Вкусно!

Хрум-хрум-хрум-хрум.

— О! А это что?!

Хрум-хрум-хрум-хрум-хрум.

Тайхарт приподнялся на локте и уже несколько минут наблюдал за тем, как Асэми уничтожает недельный запас провизии, заготовленный на всё путешествие. Ушастая обжорка не замечала пристального взгляда своего учителя, а потому копалась в рюкзаке без всякого стеснения.

— Вкусно? — наконец спросил Тайхарт с улыбкой.

— Ой! Я… — пробормотала Асэми набитым ртом.

Она на мгновение замерла на месте, словно пойманный на месте преступления вор, а затем потупила взор, но продолжила жевать. Только румянец на щеках выдавал нахлынувшее смущение.

— Ты жуй лучше, — подначил Тайхарт.

Он был рад, что спутница поправлялась и ей возвращался зверский аппетит. Хотя она и вчера неплохо уминала мясо за обе щеки. Наверное, даже тяжёлая болезнь не умерит эту тягу к еде.

— Повелитель, не смотрите так! — пробубнила Асэми, прижав лисьи ушки. — Я не жадина! Я вам оставила кусочек!

Она указала на землю возле себя. Там лежала промасленная бумага, на которой покоился маленький кусочек масла и хлеба. Бутерброд был настолько крохотным, что им не насытилась бы и мышь, но даже это считалось великим подарком, ведь Асэми страсть как не любила делиться едой.

— Как мило, — оценил Тайхарт. — Вот только я не голоден, доедай уже всё. А дальше сможем прожить на охоте и рыбалке.

— Правда можно?! — изумилась Асэми, вильнув хвостом. — Я думала, что вы меня отругаете. Но так кушать хотелось, что просто жуть! Спасибо, Повелитель! Вы самый-самый лучший!

— Набирайся сил, скоро отправимся дальше. Но хоть рюкзак можно будет оставить тут, чтобы не тащить его дальше просто так.

Завтрак продлился ещё несколько минут, а после этого Тайхарт и Асэми покинули пещеру и вышли к берегу речушки, чтобы направиться дальше к храму жрицы зверолюдов.

К этому моменту солнце уже приподнялось над горизонтом и залило своим светом бескрайние луга и склоны холмов. От земли начали подниматься испарения, лёгкий туман заполонил всё вокруг, делая утреннюю картину чуть более таинственной.

Асэми брела вслед за Тайхартом по берегу и внимательно смотрела себе под ноги. Её взгляд янтарных глаз становился всё более хмурым.

— Что такое? — спросил Тайхарт, увидев озабоченность на лице ученицы.

— Повелитель, здесь появились чьи-то следы, — почти шёпотом произнесла Асэми.

— Знаю, вчера ночью тут прошёл вооружённый отряд.

— И вы меня не разбудили?!

— А зачем? Они пришли не по наши души, беспокоиться не стоило.

— Да? Тогда ладно!

Асэми отбросила подозрительность и почти вприпрыжку, словно ребёнок, поспешила догнать Тайхарта. Она доверяла словам учителя. И раз он говорил, что опасности не было, то так оно и есть.

Путники брели по покрытому зеленью берегу около часа, после чего свернули к очередному холму и взобрались по его склону. С возвышенности открылся вид до самого горизонта.

Примерно в полукилометре отсюда виднелся огромный храм, он возвышался даже над окружающими холмами. Его стены были выполнены из белого камня, а кладка была так искусна, что в швы между блоками не поместилась бы даже соломинка. Но главной достопримечательностью величественного собора оставались его окна, занимающие почти половину от площади стен. Вместо простого стекла в металлических рамах красовалась изящная разноцветная мозаика, изображающая сцены из Божественного писания.

— Достаточно богато для храма в глуши, — оценил Тайхарт.

Он и Асэми спустились с холма и пошли к единственным воротам, дающим доступ на угодья возле собора. Высокий забор огораживал обширные территории вокруг храма, скрывая от любопытных глаз то, что творилось внутри.

Как ни странно, но ворота были открыты и не охранялись. Однако зайдя за стену, путники ощутили воздействие странной ауры. Магия словно окутывала всё вокруг, прогоняя врагов и диких зверей.

— Защитные чары, — проговорил Тайхарт, поморщившись. — И они достаточно сильные. Теперь понятно, почему бандиты и прочие преступники не суются сюда. Местная жрица и правда не так проста.

— Ой, Повелитель, а это приятно! — удивилась Асэми, ощутив тепло магических прикосновений. — Но если это защитные чары, то почему мы спокойно вошли? Вряд ли нас можно назвать «чистыми душой». У нас много грешков за плечами!

— Потому что мы не представляем угрозы. Такие заклинания могут «чуять» чужие дурные намерения.

Тайхарт и Асэми прошли вглубь огороженной территории, не переставая осматриваться. Помимо самого храма на окружающих землях было множество хозяйственных построек и жилых домов. Всюду виднелись небольшие огородики и загоны с курами.

— Эй, вы кто такие?! — раздался бойкий голос.

Из-за ближайшего строения выбежал юноша, по виду ему исполнилось пятнадцать лет, а потому он казался ровесником Асэми. Паренёк был из расы зверолюдов, на его голове топорщилась пара волчьих ушей, а за спиной неистово бил короткий чёрный хвост.

Тайхарт остановился и посмотрел на агрессивного юношу, тот казался взбешённым, злость буквально сочилась из его прищуренных глаз.

— Сам-то ты кто? — спросил Тайхарт, безуспешно попытавшись вложить в голос доброжелательность.

— Хик меня зовут! — выпалил зверолюд, сжимая кулаки. — И чего ты сюда припёрся? Таким как ты здесь не рады!

— «Таким как я»?

— Да! — выпалил Хик и указал на Асэми. — Я чую на ней рабскую печать! Как ты посмел прийти к храму с рабом? Матушка Ини тебя покарает, а её освободит! Вы все одинаковые — используете нас как игрушки: бьёте, издеваетесь, убиваете! Мерзкий человек!

Хик распалялся всё больше. Было заметно, что он ненавидит рабовладельцев. Возможно, на это у него были причины. На всём архипелаге зверолюды считались низшей расой, а потому чаще остальных становились рабами.

— Грязный, мерзкий эксплуататор!!! — зло выкрикивал Хик. — Всем вам место только в могиле! Сколько ещё у тебя рабов?! Скольких из них ты погубил?! Ты за всех ответишь! Гад, урод, сволочь!

Хик вдруг бросился вперёд и схватил Асэми за руку, а после попытался оттащить её в сторону.

— Бежим! — крикнул он. — На землях храма рабская печать не будет работать! Этот мерзкий человек не сможет тебе приказывать!