Тени Овидии - Нилоа Грэй

– Спасибо, Элиа. Она действительно была такой.

– Могу ли я сделать для тебя что-то еще? Возможно, твоим родным нужна какая-то помощь?

– У меня не осталось почти никого. Мама была сиротой, – ответила Овидия, складывая на коленях дрожащие руки. – Бабушка и дедушка погибли в результате несчастного случая: ей тогда едва исполнилось десять. – Ей вдруг захотелось рассказать о маме что-нибудь еще, и она добавила, – Когда мама стала совершеннолетней, то начала работать продавцом одежды в одном из самых известных магазинов в Оксфорде. Там она встретила моего отца. Остальное вы знаете.

Овидия смотрела на огонь в камине, слушая, как потрескивают поленья. И только бой часов в гостиной напомнил ей, что уже семь, и надо бы возвращаться домой.

– Не хочу показаться невежливой, Элиа. Но мне пора идти. Отец ждет меня к ужину.

– Конечно. Я дам тебе конверт, чтобы тебе удобнее было нести свои записи.

Овидия благодарно улыбнулась и встала, разглаживая подол платья. Элиа вызвал горничную. Это была уже другая помощница, не та, что встречала Овидию и обслуживала их во время чаепития. Взяв из рук Серой Ведьмы бумаги, она вложила их в конверт и проводила гостью к выходу.

– Если у тебя возникнут какие-либо сомнения или вопросы по поводу выступления, смело заходи ко мне после занятий. Я буду рад помочь. В районе четырех часов дня я всегда на месте.

– Спасибо, Элиа. Ваша помощь и доверие очень много значат для меня, – проговорила Овидия и посмотрела в глаза Лидеру. Во взгляде мистера Мурхилла читалось самое искреннее расположение.

Тут слева от них послышался грохот и крики. Овидия повернула голову. Генри и Доротеа. Дети Мурхиллов бежали вниз по лестнице. Вслед за ними спешила Натали.

– Вернитесь, – звала она. – Ваш отец…

– Папа! – закричала Доротея, не обращая внимания на слова матери, и бросилась обнимать отца. Генри, точная копия мистера Мурхилла, остановился на предпоследней ступеньке, облокотившись о перила.

– Насчет Минервы… – проговорил Элиа, бросив взгляд на Натали, которая тут же с понимающе кивнула. – Мы можем что-нибудь сделать …для нее?

Овидия знала, о чем говорит Лидер. Похороны матери проходили тихо, без лишних присутствующих. Но Элиа и его семья были рядом на протяжении всей церемонии.

– Каждый месяц, в день маминой смерти, я приношу цветы на ее могилу, и продолжу это делать. Это помогает мне исцелиться.

Натали сделала шаг в сторону лестницы и, обняв Генри за талию, нежно потянула его за собой. Юноша преодолел последнюю ступеньку и теперь все четверо стояли перед Овидией и смотрели на нее с лаской и состраданием.

– Если вы с Теодором будете не против, мы бы тоже сходили навестить Минерву, – проговорила Натали мягким голосом.

Овидия была тронута. В глазах защипало, и девушка поджала губы.

– Ты приносишь какие-то конкретные цветы? – спросил Элиа.

В этот момент подошла горничная. Она держала в руках конверт с записями Овидии и ее пальто.

– Ей нравились все цветы. Поэтому каждый месяц я приношу ей что-нибудь новое, – ответила Серая Ведьма, просовывая руку в рукав пальто и принимая из рук служанки конверт.

– Мы учтем это, – мягко произнесла Натали. И уже строже, обращаясь к детям, добавила, – А теперь, молодые люди, марш за мной! Нам надо успеть прочитать Устав Общества перед ужином.

– Скукотища! – уныло протянул Генри, направляясь по коридору в сторону гостиной, где несколько минут назад находились Овидия и Элиа.

Овидия взглянула на Доротею, ожидая, что та пойдет вслед за братом. Но девочка стояла на месте и в упор смотрела на Серую Ведьму. Голубые глаза ее поблескивали от любопытства. Натали раскрыла объятия, приглашая Доротею подойти. Изящные кудряшки на голове юной леди зашевелились от движения, и она прильнула к матери. Интерес дочери к гостье заметил и Элиа.

– Что случилось, Дори?

Воцарилась гробовая тишина. Все ждали ответа Мурхилл-младшей.

– Ей нельзя уходить, – усталым шепотом проговорила девочка, не спуская глаз сОвидии. – Она нам нужна.

Овидия нахмурилась. Слова маленькой провидицы удивили и испугали ее. Серая Ведьма почувствовала, как тени внутри нее зашевелились.

Но нет. Девочка не могла видеть ее сестер. Это было невозможно.

– Доротея, что ты имеешь в виду?

– Хочу есть! – весело произнесла Дори, отведя взгляд от Овидии и делая вид, что ее здесь нет. И с этими словами направилась по коридору вслед за братом.

Супруги Мурхилл переглянулись. Покашляли, чтобы замять неловкость.

– Трудный возраст, – извиняющимся тоном проговорила Натали. – Ты можешь приходить, когда захочешь, Овидия. Тебе здесь всегда рады.

– Спасибо, миссис Мурхилл.

Хозяйка дома кивнула и, попрощавшись с Овидией, тоже пошла в гостиную.

– Извини ее, – быстро сказал Элия. – Характер. Предлагаю взять тебе одну из моих карет, чтобы вернуться домой, уже поздно.

– В этом нет необходимости, правда.

– Так ты быстрее доберешься. Я настаиваю.

Овидия кивнула, и Элиа отдал распоряжение готовить экипаж.

Через несколько минут карета уже ждала Овидию у крыльца дома Мурхиллов.

Элиа помог своей гостье забраться внутрь. Овидия села у окна и приоткрыла шторку.

– Огромное вам спасибо за доверие, Элиа. Благодарю вас от всего сердца.

– Мне не терпится услышать твою речь. Торжество начнется в восемь вечера. Если ты не против, мы могли бы встретиться за полчаса и отрепетировать. Я хотел бы первым услышать твое послание.

– Разумеется. Буду за полчаса. Спасибо!

Мурхилл кивнул, подал знак кучеру, и карета пришла в движение. Овидия задернула шторку и откинулась на мягком сидении. Карета мерно покачивалась, преодолевая одну за другой узенькие улочки Винчестера, а Овидия теребила уголок конверта, который лежал у нее на коленях, и снова и снова возвращалась мыслями к Доротее. К ее упрямым внимательным глазам и фразе, которую она никак не могла ни забыть, ни понять до конца: «Она нужна нам».

Что имела в виду эта странная девочка? Серую Ведьму одолевали сомнения. В одном, впрочем, она была уверена. Сегодня вечером ей нужна была горячая ванна и хороший любовный роман. В этом у Овидии не было абсолютно никаких сомнений.

Воспоминание III

3 апреля 1839 г.,

Винчестер, Англия.

– Он весь урок сверлил тебя глазами.

Овидия