Нефритовый трон - Наоми Новик

— В этом вы ошибаетесь. Он принц и может обвинить кого пожелает.

Лоуренс склонен был принять это за шутку, но Хэммонд, вполне серьезный и даже мрачный, выпил свой бренди до половины и замолчал — а это, как вопреки их недолгому знакомству считал капитан, отнюдь не было ему свойственно.

— Я прошу меня извинить, — добавил он через некоторое время, — но даже одно-единственное необдуманное высказывание может иметь самые пагубные последствия.

Лоуренс не сразу понял, что это относится к злонамеренному пожеланию Отчаянного, но дракон оказался сообразительнее.

— Если я им не нравлюсь, тем лучше. Может быть, тогда они от меня отвяжутся и мне не придется оставаться в Китае. — Эта мысль явно поразила Отчаянного, и он добавил с новым энтузиазмом: — Может, они уберутся прямо сейчас, если сильно обидятся? Что бы такое придумать, а, Лоуренс?

Хэммонд выглядел, как Пандора, открывшая свою шкатулку и выпустившая в мир всевозможные ужасы. Лоуренс из участия к нему подавил смех. Хэммонд, несмотря на свою одаренность, был слишком молод для такой должности и по недостатку опыта чересчур осторожничал.

— Нет, голубчик, так не годится. Они сочтут, что это мы учим тебя плохому, и еще больше захотят оставить тебя на родине.

— Да? — Отчаянный взгрустнул и снова опустил голову на передние лапы. — Я, в общем, не против отъезда. Наши, правда, будут воевать без меня, зато у нас впереди интересное путешествие, да и Китай мне хочется посмотреть. Но я уверен, что нас с тобой опять попытаются разлучить, и больше такого не потерплю.

Хэммонд благоразумно не стал развивать опасную тему.

— Погрузка, должно быть, сильно затянулась против обычного? Я рассчитывал к полудню быть уже на середине Канала, а мы между тем еще и паруса не поставили.

— Думаю, они уже скоро закончат, — ответил Лоуренс. На борт как раз поднимали последний сундук. Усталые матросы смотрели угрюмо: за это время они могли бы погрузить десять драконов вместо одного-единственного аристократа с его челядью и пожитками, а их обед наверняка сильно запаздывал.

Капитан Райли поднялся к ним с квартердека, снимая на ходу шляпу и вытирая пот.

— Хотел бы я знать, как они добирались до Англии — ведь не на транспорте же?

— Нет — иначе мы, конечно, возвращались бы на их корабле. — Раньше Лоуренс не задумывался над этим и только теперь понял, что не имеет понятия, как китайцы совершили свое путешествие. — Возможно, они ехали сушей.

Хэммонд молча нахмурился, задавшись, видимо, тем же вопросом.

— Интересно, наверно, было увидеть столько разных стран, — заметил Отчаянный и торопливо добавил, глядя на Райли: — Но я совсем не жалею, что буду плыть морем, ни капельки. И это гораздо быстрее, ведь верно?

— Вовсе нет, — возразил Лоуренс. — Курьер, я слышал, добирается от Лондона до Бомбея два месяца, а мы будем идти до Кантона самое меньшее семь. Но безопасный путь по суше для нас заказан. Для начала пришлось бы пересечь Францию, а дальше полным-полно разбойничьих шаек, не говоря уж о горах и пустыне Такла-Макан.

— Я бы сказал, восемь, а не семь, — уточнил Райли, — а возможно, и больше. В судовом журнале сказано, что «Верность» делает шесть узлов при самом благоприятном ветре. — На верхней и нижней палубах кипела работа: команда готовилась выбрать якорь и поднять паруса. Прилив шел на убыль, волны слабо плескали в корпус с наветренной стороны. — Этой ночью мне придется побыть наверху, Лоуренс, — хочу посмотреть, на что способен корабль; но завтра мы, надеюсь, отобедаем вместе. Вы, разумеется, тоже приглашены, мистер Хэммонд.

— Я совсем не знаком с корабельной жизнью и прошу вашего снисхождения, капитан, — сказал молодой дипломат. — Прилично ли будет пригласить на обед послов?

— Право же… — замялся в удивлении Райли. Лоуренс его не винил: приглашать гостей к чужому столу было несколько смело. Но капитан быстро оправился и добавил: — Принцу Юнсину подобало бы первым выступить с таким приглашением, сэр.

— Наши отношения таковы, что мы придем в Кантон раньше, чем это случится. Начинать придется нам, хотим мы того или нет.

Райли не уступал, но Хэммонд, искусно сочетая уговоры с полным непониманием намеков, сумел-таки его уломать. Капитан, вероятно, продержался бы дольше, но его ждали с поднятием якоря, и прилив не позволял медлить.

— Благодарю за содействие, сэр, — промолвил Хэммонд, — и прошу меня извинить. На суше я неплохо пишу по-китайски, но в море приглашение пристойного вида займет, думаю, несколько больше времени. — И он исчез, не дав Райли возможности взять назад не совсем ясно выраженное согласие.

— Ну, а я тем временем постараюсь уйти подальше от берега, — угрюмо заявил капитан. — Если моя наглость очень уж их разозлит, то при таком ветре им при всем желании нельзя будет вернуться в порт и выкинуть меня вон. А до Мадейры, глядишь, и остынут.

Он соскочил на бак, отдал команду, и матросы, покрикивая в лад, тут же начали вращать большой, вчетверо выше обычного, кабестан. Цепь протягивалась через железные кат-балки — ведь на «Верности» самый малый верп-анкер был не меньше носового якоря любого другого судна, а расстояние между его лапами превышало человеческий рост.

Райли, к счастью для команды, не приказывал верповаться. Матросы просто оттолкнулись железными шестами от свай, да и без этого можно было бы обойтись. Прилив вместе с норд-вестом, дувшим «Верности» прямо в правый борт, помогли ей легко сняться с причала. На корабле были подняты только марсели, к которым Райли после отхода добавил нижние паруса и брамсели. Вопреки пессимистическому прогнозу своего капитана, транспорт вскоре набрал приличную скорость. Благодаря длинному углубленному килю «Верность» не слишком дрейфовала под ветер и бодро двигалась вниз по Каналу.

Отчаянный, овеваемый ветром, напоминал носовую фигуру древнего корабля викингов. Лоуренс улыбнулся, подумав об этом сходстве, а дракон ласково ткнул его носом.

— Может, почитаем? Еще пара часов, и станет темно.

— С удовольствием. Морган, сбегайте, пожалуйста, вниз и принесите книгу, что лежит на моем сундуке. Гиббон, второй том.

Большую адмиральскую каюту на корме наспех переделали под апартаменты принца Юнсина, капитанскую на полуюте заняли двое других послов, охрану и свиту разместили там же поблизости. Переехать пришлось не одному Райли, но и его первому помощнику лорду Парбеку, хирургу и еще нескольким офицерам. К счастью для них, почти все носовые каюты, предназначенные для старших авиаторов, пустовали — ведь Отчаянный был единственным драконом на борту. Места, таким образом, хватило всем. По случаю парадного обеда плотники сняли в этих помещениях переборки и соорудили одну большую кают-компанию.

Хэммонд счел, что она даже чересчур велика.

— Нехорошо, если принц подумает, что у нас места больше, чем у него. — В итоге переборки подвинули футов на шесть, и в каюте с составленными вместе столами стало довольно тесно.