Я - сталкер. Рождение Зоны - Андрей Левицкий

Тем более, аборигены настроены дружелюбно и кажутся неплохими людьми.

– Значит, вы – не люди? – взял быка за рога старейшина.

– Почему же? – опешил я. – Люди. Ничем не отличаемся от вас.

Старик слегка улыбнулся, склонив голову к плечу.

– Не в том значении. Есть мы, люди из леса. И есть горожане – люди из летающего города.

– Летающий? – удивился Пригоршня, Головня торжественно кивнул. – Он прямо-таки по воздуху летает? Целый город?

– Народ? – перевел я беседу в другое русло: местные должны видеть в нас людей.

Головня вскинул седые брови:

– Не понимаю. Люди. Те, кто живет в лесу, и те, кто живет в Небесном городе.

Настала моя очередь улыбаться и кивать. Значит, «люди» – самоназвание. Наверное, последняя война уничтожила большую часть населения и размыла границы между отдельными племенами.

– Вы пришли из другого мира, но вы близки нам, поэтому будьте нашими гостями. Вы же спасли Искорку. Хорошая девочка, пусть и зимняя. Но и мой брат, достойный муж, – из зимних детей… Впервые вижу пришедших издалека и не знаю, о чем вам рассказывать, а вас наверняка терзают вопросы.

– Да, – оживился Никита, – терзают. Где у вас отхожее место?

– Мила! – гаркнул Головня.

Бабушка появилась в комнате, как джинн – моментально и незаметно.

– Проводи иномирца в нужник!

Никита встал и вышел следом за Милой, а Головня уставился на меня. Глаза у него были черные, но с золотистыми крапинками, и вправду напоминали угольки.

– Ты главный у вас? – спросил старейшина.

– Нет, – вздохнул я, – просто более осмотрительный и вежливый… Скажи, Головня, на гобеленах – прошлое вашего мира? Что-нибудь уцелело с той поры? Пока мы шли к лесу, видели развалины древнего черного города…

Головня загрустил.

– В степи и холмах сейчас плохо. До сих пор грязно, следопыты возвращаются больные, и даже в Небесном городе нет лекарств. Говорят, пройдет еще много лет, прежде чем там можно будет жить. Нас хранит лес. Все города, кроме Небесного, были разрушены Войной.

– А кто и с кем воевал? – осторожно поинтересовался я.

– Воевали люди и нечисть. Мы всегда воюем. Невозможно жить рядом с ними. Они истребили сотни тысяч, миллионы людей. Они погубили нашу цивилизацию и почти угробили наш мир!

– То есть… ядерную войну начали манипуляторы?! Нечисть? Они разумны?

– Не в нашем смысле этого слова, – отчеканил старик. – Они лишены созидания, лишены милосердия, любви, ими движет лишь страсть к разрушению. И так было всегда. Они не просто жестоки, они бессмысленно жестоки! Если нечисть может убить кого-нибудь, пусть и погубив себя и соплеменников, – сделает это. Они не образуют семей, у них нет друзей. Они рыщут по лесу и уничтожают людей. Говорят, в древние времена они овладели разумом людей, контролирующих ядерное оружие. И боеголовки полетели в мирные города…

В «мирные города», в которых установлены ракетные комплексы, я не очень верил, но тактично промолчал. Наверное, это было оружие сдерживания, которым люди отгородились от манипуляторов.

– А нечисть может жить в зараженных городах?

– К счастью, нет, – отрезал Головня. – Пусть наша цивилизация погибла, но проклятый враг не удержался на краю пропасти! Их становится все меньше, к тому же нечисть не может проникнуть в Небесный город. Скоро они вымрут, и люди вновь станут хозяевами этой земли.

Оптимистично, однако. Вернулся Пригоршня, сел на место, с интересом покрутил головой. Я решил поубавить интерес, и с исторической справки перешел к насущным проблемам.

– Головня, мы бы хотели вернуться домой, – сказал я.

Старейшина не удивился.

– Чем я могу вам помочь, гости?

– Искра сказала, у тебя есть телепорт…

Головня недоуменно вылупился на меня. Черт, как бы объяснить так, чтобы он понял?

– Помещение за железной дверью, связь с другими местами!

– А как же, есть, – старейшина почесал в затылке. – Рубка связи. Там я веду переговоры с Небесным городом – надо же о поставках условиться, об обмене…

У Никиты вытянулось лицо. У меня, кажется, тоже. Ладно, уговаривал я себя, ничего страшного не произошло. Вряд ли сюда можно было попасть, а отсюда – никуда. Выход наверняка найдется. По крайней мере, мы не умрем с голоду. Об этом не следует забывать: не наткнись мы на Искру и Мая, наши дни были бы сочтены. И неизвестно, холод ли, жажда или манипуляторы прикончили бы нас быстрее.

– Значит, из деревни нам не попасть в другой мир?

– Нет, – покачал головой старейшина. Он выглядел расстроенным. – Вам Искра сказала, что можно? Она ошиблась. Молодым не положено знать, где у нас что. Если они попадут в лапы врага, то не смогут хранить секреты, нечисть придет и уничтожит нас. Потому все знаем только мы, старейшины, и мы не покидаем поселок. Но я слышал, что в Небесном городе есть такое устройство. Предки умели перемещаться между мирами, и, когда был создан Небесный город, все достижения науки были представлены в нем. Наверное, и врата в другие места… Конечно, не исключено, что это легенды, как многое, что рассказывают о горожанах, но я сам был там и видел вещи, которые объясняются лишь чудом.

– А далеко до Небесного города? – спросил Пригоршня.

Он не умел долго унывать и наверняка уже прикидывал, хватит ли нам патронов и сколько нужно взять с собой еды.

– Два дня пути – через Великую топь и Серую пустошь. Следопыты знают дорогу. Они ходят к Небесной пристани каждый год, чтобы передать продукты и забрать необходимое. Ходят и когда нужно что-то срочное – лекарство или оружие. Правда, они никогда не поднимались в Город – порядки строги, строг карантин. Но вас, пришельцев из другого мира, могут пустить. Я свяжусь с горожанами.

– Так ты дашь нам провожатых? – обрадовался Никита. – А можно, чтобы пошли Искра и Май?

Вряд ли он так быстро забыл Энджи, скорее, просто хотел отправиться в путь с уже знакомыми и симпатичными ребятами.

– Сейчас не могу, – вздохнул Головня. – И вы не можете выйти в путь.

– Но почему?! – опешил я.

– Потому что, – старейшина смотрел в пиалу, где остывал целебный отвар, – сегодня утром стало известно: на деревню движется стая нечисти. Мы уже потеряли много людей, и теперь каждый боец на счету.

– Нас посчитай, – внезапно сказал Никита. – Мы тоже – бойцы.

* * *

Теперь стало понятно, почему внизу, под деревьями, никого нет: деревня готовилась к бою. Головня перепоручил нас заботам Искры и Мая, переодевшихся в серый камуфляж. Ребята были сосредоточенны и казались старше, серьезнее. Май оглядел нас с Пригоршней и вынес вердикт:

– Отдохнуть и переодеться.