Капитан. Наследник империи - Виктор Дубчек

Хотя ты и провалился… чёрт ногу сломит в этом всём.

— Кави! — снова окликнул капитан. — Молодой!

Молодой Кави подчёркнуто проигнорировал обращение.

— Я и сам далеко не стар, — заметил Кави-старший таким тоном, словно сомневался в необходимости этого замечания.

— Ты уверен, что прошло сорок лет?

— Ему… мне… однако же! ну да пусть «мне»; мне сейчас сорок один. По людским меркам это… — принц поколебался, — около шестнадцати. Да, полагаю, сия оценка верна в достаточной мере.

— Тогда понятно.

Хотя и до этого было понятно.

Вообще — всё было понятно.

Непонятно было, что с этим «всем» делать.

— Куда его понесло-то? — спросил Немец.

— Он идёт к гробницам.

Ответ прозвучал уверенно, — правильно: принц-то явно помнит, чем занимался сорок лет назад, — но непривычно просто, как будто Кави-старшему сейчас было не до словесных выкаблучиваний.

Капитан покосился на спутника, потом на эльфёнка. Оба вышагивали как-то по-особенному горделиво.

«Ага», подумал Немец, но, секунду поколебавшись, решил всё-таки зайти издалека.

— Зачем через лес-то? Там понизу нормальная дорога, я так понял.

— Он же эльф, — снова совсем просто объяснил Кави-старший. — Кроме того, на северную дорогу ему… нам соваться нынче всяко не след.

— Это почему? — спросил капитан, со смиренным мысленным вздохом отмечая вероятность новых осложнений.

Кави зябко повёл ушами.

— Боюсь, принц Содара сочтёт подобную беспечность слишком щедрым подарком, — заявил он довольно мрачно.

Капитану показалось, что при этих словах и младший Кави как-то неуютно дёрнулся.

— Ещё один принц?

— Увы, сударь капитан, отнюдь не «ещё». Принц Содара — наследник императорского трона, Лорд-Хранитель Варты. И родной брат принцессы Севати.

— Ты тоже принц.

— О, но ведь я принц-консорт — супруг императрицы. Ни равновысокого социального положения, ни права престолонаследования не имею… да, правду молвить, и не особенно стремлюсь. Примогенитура в Варте полусалическая.

— Полу?

— Полу.

— Что ж ты сразу не сказал.

— Кроме того, — продолжил Кави, очевидно игнорируя насмешку, — я всего лишь эльф. Принц же Содара — как легко догадаться, человек, младший сын Адинама Доброго.

Последнее слово было произнесено с еле слышным, но на редкость многозначительным вздохом. Капитану стало ясно, что если этот Содара чего от папашки и унаследовал — то уж точно не доброту.

— Это он гвардию послал?

— Безусловно, — кивнул эльф, легко перепрыгивая очередное поваленное дерево.

Лес понемногу редел, самую чащу уже миновали. Капитан очередной раз отметил, что Кави-младший движется не наобум, а почти по прямой, обходя лишь самые упрямые овражки и загогулины.

Хотя теперь мальчишка шёл медленнее и явно прислушивался к разговору. Имя Содары явно заставляло эльфёнка нервничать.

— А ты-то ему чем насолил?

- «Насолил»?.. впрочем, понимаю. Пожалуй, ничем не насолил. Он всего лишь застал нас с принцессой Севати, когда Ваш покорный слуга обучал её искусству целоваться по-эльфийски.

— Горжусь тобой, — восхитился Немец, благоразумно не уточняя деталей эльфийского искусства. — Принцессе сейчас сколько?

— Шестнадцать.

— А. Ну, тогда нормально.

Капитан указал на эльфёнка:

— Это ведь на самом деле он учил?

— Безусловно, — согласился принц, — однако же в известном смысле и я тоже. Вынужден признать, я по-прежнему нахожу ситуацию, в которой мы очутились, несколько…

— Значит, ты принцессу целовал, а Содара вас застукал. Дальше что?

— Я бежал в лес.

— Погоди, забыл спросить: откуда здесь принцесса-то?

— О, в это время делегация членов императорской семьи, а также родовитого дворянства во главе с Лордом-Хранителем совершает традиционный осенний выезд к местам поклонения и возвышенной скорби. К гробницам, иначе говоря. В глубине леса, на краю северной дороги разбиваются шатры, в коих знать Варты постится, предаётся еженощным бдениям и благочестивым размышлениям о природе собственного и всеземного несовершенства, а тако же и очистительным омовениям в водах близлежащих ирин.

— Выездной корпоратив, — сказал капитан, наблюдая за эльфёнком. Уши Кави-младшего выражали глубочайшее презрение к родовитому дворянству, бдениям и размышлениям. А тако же и омовениям.

— Вполне вероятно, — согласился принц. — Так или иначе, мне пришлось бежать в лес… и, позвольте заметить, именно к гробницам мы в настоящее время и возвращаемся!..

— Я уж понял. Что, крепко принцесса зацепила?

На этот раз эльф промолчал, и капитан даже почувствовал неловкость.

Ладно, не суть. Если уж эльфёнок шашкой по балде словил, под суд пойдёт, а всё равно туда же ломится — выходит, зацепила.

Даже завидно. «Така любовь, ну така любовь!..»

Хотя в шестнадцать… оно иначе и не бывает.

Ладно, не суть.

— Содара твой совсем зверь, или есть шанс договориться?

— Сур весть, — пожал плечами Кави, — теперь судить об этом сложно: мне не выпало счастия сделаться другом или хотя бы близким знакомцем Его высочества.

— Так и не помирились?

— Я убил Содару.

Мальчишка впереди ощутимо вздрогнул и сбил шаг. Он уже даже не пытался скрывать своего внимания к разговору.

Ай да Кави, подумал капитан. Матёрый эльфище.

Это как же это оно вырастает из таких-то вот влюблённых дураков?.. Ну да, лук охотничий, лёгкий, но если втихаря — запросто. Выследил, подкрался… небось, ядом наконечник смазал… ну да, правильно.

— Отомстил?

Принц медленно качнул головой.

— Я убил Содару в честном поединке. На мечах.

Кави-младший резко повернулся на носках и так стремительно шагнул им навстречу, что кто другой мог бы, пожалуй, и отшатнуться.

— Ты врёшь! — яростно раздувая ноздри, закричал он в лицо принцу. — Содара — первый мечник империи, ты не мог его убить! А я меча в руках не держал, ты всё врёшь!

— Увы, — очень спокойно сказал принц, — увы. К великому моему сожалению, я не лгу.

Капитан видел, что мальчишка поверил сразу, — не словам — интонации; так же окончательно, как до этого не мог поверить, — и сразу же поник.

— Неужели я вырасту таким подлецом?!. - пробормотал он.