Парень из Колорадо - Стивен Кинг

– Как тебе известно, я не курильщик и никогда им не был, и это одна из причин, благодаря которым я дожил до такого солидного – шестьдесят пять лет – возраста и нахожусь в столь блестящей форме…

Винс что-то буркнул и отмахнулся, а Дейв продолжил, не обращая на него внимания:

– Короче, я прогулялся по улице до газетного киоска «Бэйсайд ньюс» и попросил разрешения взглянуть на пачку сигарет. Взял пачку и увидел, что акцизная марка чернильная и совсем не напоминает почтовую. После этого я позвонил в управление генерального прокурора и поговорил с неким Мюрреем в Архиве вещественных доказательств. Разговаривал с ним как можно дипломатичней, Стефф, потому что эта парочка тупых детективов по-прежнему работала…

– И они проглядели потенциально важную зацепку, так? – спросила Стефани. – Она могла сузить поиски Джона Доу до одного штата. И лежала у них под носом.

– Да, – кивнул Винс, – и они никоим образом не могли возложить вину на своего стажера, потому что приказали ему не соваться в пакет с уликами. Плюс к тому времени, когда стало ясно, что он их ослушался…

– …они уже не могли его достать.

– Золотые слова, – согласился Дейв. – Но им в любом случае ничего не грозило. Помни, они расследовали реальное убийство в Тинноке – два трупа на пожарище, а Джон Доу всего лишь подавился куском мяса.

– Но… – В голосе Стефани слышалось сомнение.

– Но они протупили, не стесняйся так сказать, ты среди друзей. – Дейв широко ей улыбнулся. – Однако «Еженедельник» не собирался никоим образом досадить этим детективам. Я первым делом довел это до Мюррея, также отметив, что это не криминальный вопрос. Просто мне хотелось выяснить, кто этот бедолага, потому что где-то родственники, скорее всего, сбились с ног, разыскивая его и не зная, что с ним случилось. Мюррей ответил, что свяжется со мной, как только появится какая-то ясность. Чего я, собственно, от него и ожидал, но день у меня все равно прошел в тревоге. А вдруг я что-то сделал не так? Я ведь мог обратиться к доку Робинсону и попросить его позвонить в Огасту. Мог даже уговорить на это Кэткарта, да только таскать каштаны из огня чужими руками – не по мне. Наверное, это банально, но я искренне верю: в девяти случаях из десяти лучше честности ничего нет. Просто я волновался из-за того, что этот случай может оказаться десятым.

– В итоге все получилось как нельзя лучше. Мюррей перезвонил мне, когда я уже не ждал звонка и начал собираться домой. Так ведь обычно и бывает?

– Кто над чайником стоит – у того он не кипит, – подтвердил Винс.

– Господи, это же афоризм, дайте мне бумагу и ручку, чтобы я смог это записать. – Дейв улыбнулся во весь рот. Эта улыбка скинула с его лица не один десяток лет, буквально превратила старика в мальчишку. Потом он вновь стал серьезным, и мальчишка исчез.

– В больших городах улики постоянно теряются, это я понимаю, но Огасту нельзя считать большим городом, пусть это и столица штата. Сержант Мюррей без проблем нашел пакет с уликами и описью, подписанной Полом Дивейном. По его словам, нашел через десять минут после нашего разговора. Оставшееся время ушло на то, чтобы добыть разрешение ознакомить меня с содержимым пакета… и ему это удалось. Джон Доу носил с собой пачку сигарет «Винстон», и на донышке имелась акцизная марка, как и запомнил Пол Дивейн, напоминающая почтовую, с надписью «Колорадо» крохотными черными буквами. Мюррей сказал, что передал эту информацию помощнику генерального прокурора, и они попросили сообщить до публикации, если нам удастся продвинуться в опознании Парня из Колорадо. Так он его назвал, поэтому, как я понимаю, автором прозвища является сержант Мюррей из Архива вещественных доказательств управления генерального прокурора. Он также выразил надежду, если с опознанием все получится, увидеть в нашей газете упоминание о том, что управление генерального прокурора оказало нам всяческое содействие. Знаешь, я подумал, что это очень мило.

Стефани наклонилась вперед, со сверкающими глазами, полностью захваченная рассказом.

– И что вы сделали после этого? Как поступили?

Дейв уже открыл рот, чтобы ответить, но рука Винса коснулась его полного плеча.

– И как, по-твоему, мы поступили, дорогуша?

– Опять учеба? – спросила она.

– Именно так.

И поскольку по выражению глаз и строго поджатым губам Стефани понимала, что он хочет услышать от нее правильный ответ, она задумалась, а когда заговорила, тщательно подбирала слова.

– Вы… Вы сделали копии «фотографии спящего»…

– Ага. Сделали.

– А потом… м-м-м… Вы разослали их вместе с вырезками статей… Сколько колорадских газет их получили?

Винс улыбнулся, кивнул, поднял руки с оттопыренными большими пальцами.

– Семьдесят восемь, миз Маккэнн, и не скажу за Дейва, но я удивился, как дешево нам это обошлось, учитывая количество писем, даже для восемьдесят первого года. Мы не потратили и сотни долларов, включая почтовые марки.

– Разумеется, мы списали их на производственные расходы, – вставил Дейв, который выполнял еще и обязанности бухгалтера. – Каждый цент. Имели полное право.

– И сколько газет опубликовали фотографию?

– Все до единой! – воскликнул Винс и хлопнул ладонью по худому бедру. – Ага! Даже «Денвер пост» и «Роки-Маунтин ньюс». Благодаря только одному неизвестному и крепкой связующей нити. Ты понимаешь?

Стефани кивнула. Просто и красиво. Она понимала.

Винс кивнул в ответ, сияя как медный таз.

– Неопознанный мужчина, возможно, из Колорадо, найден на островном пляже Мэна, в двух тысячах миль! Ни слова о куске стейка, застрявшего в глотке, ни слова о пиджаке или куртке, которую взял неизвестно кто и унес неизвестно куда (а может, этого пиджака/куртки вообще не было), ни слова о русской монете в кармане! Только Парень из Колорадо, классическая нераскрытая тайна, и, конечно же, фотографию опубликовали все газеты, даже бесплатные, в которых обычно можно найти только купоны.

– Через два дня после того как в конце октября восемьдесят первого года боулдерская газета опубликовала фотографию, мне позвонила женщина, Арла Коган. Она жила в Нидерленде, городке, расположенном в горах, чуть выше Боулдера, и в апреле прошлого года у нее пропал муж, оставив ее с шестимесячным – на тот момент – ребенком. По ее словам, звали его Джеймс, и, хотя она понятия не имела, как он мог оказаться на острове у побережья Мэна, мужчина на фотоснимке, опубликованном в «Камере», очень походил на ее мужа. Ага, очень походил. – Он помолчал. – Предполагаю, она знала, что дело не просто в сходстве, потому что больше ничего сказать не смогла и расплакалась.