Хроника Третьего Кризиса - Сергей Мусаниф

— Достаточно точен, сержант, — сказал Полковник. — Я вижу, что ты хорошо помнишь пятый параграф. Так какого черта ты ему не следуешь?

— Аль-Махруд на тот момент был уже мертв, — начал я вяло оправдываться, понимая несостоятельность собственных аргументов.

— Ну и что? — резонно спросил Полковник. — Разве системы защиты умирают вместе с человеком, который их устанавливал?

— Нет, сэр.

— Ты знаешь, что нашли на месте наши саперы?

— Догадываюсь, сэр. — Я не успел связаться с группой зачистки. И, честно говоря, не очень-то и хотел. Улик там явно не осталось, а технические подробности меня не интересовали.

— Они нашли взрывчатку и биологические вирусы в количестве, которого было бы достаточно, чтобы превратить все Южное полушарие Пола в безжизненную пустыню на следующие триста лет, а также столько проводов защитных сигнализаций, что хватило бы на тысячу авалонских рождественских елок. Так что вы поставили под угрозу не только собственные жизни, но также и жизни миллионов людей, которых призваны защищать. И вы с рядовым Такаги должны отправиться к Кубаяши, упасть им в ноги и молиться на их киборгов, которые, устроив на вас, или кого еще они там ждали, засаду, предварительно все эти провода отключили.

— Да, сэр.

— Я бы посоветовал тебе извлечь из случившегося хороший урок, но не буду этого делать, поскольку долгий жизненный опыт мне подсказывает, что полевые агенты прислушиваются к чужому мнению только на смертном одре, да и то не всегда, и уж совершенно точно не следуют ничьим советам.

— Э… Да, сэр.

— Пойми, сержант, что исключительно забота о твоей безопасности и безопасности других людей подтолкнула меня к этому разговору. Ты умен, сержант, но это еще не означает, что ты все знаешь. Умные люди ошибаются гораздо чаще дураков, так как дураки редко проводят свои собственные исследования.

— Да, сэр.

— И еще некий политический деятель, канцлер Коль, живший в докосмическую эру, говорил, что только дураки учатся на своих ошибках, а люди умные — на чужих. Мне все равно, на чьих ошибках будешь учиться ты, сержант, но пора уже начинать.

— Я учусь, сэр.

— Недостаточно быстро, как я посмотрю. Постарайся научиться раньше, чем тебе нанесут «критические телесные повреждения».

— Так точно, сэр.

— Но вернемся к вопросу, что же ты намерен делать дальше? — спросил он, дав понять, что экзекуция подходит к концу.

— Направлюсь к Кубаяши и вытрясу из них душу… То есть найду мисс Шаффер и спрошу у нее, не будет ли она так любезна оказать мне честь и сопроводить меня в корпорацию Кубаяши. Не волнуйтесь, сэр, я не унижу Гвардию подобным визитом, я не буду падать дзайбацу в ноги и молиться на их киборгов. Мне просто хочется задать им пару вопросов.

Место действия: Фудзияма

Время действия: шестой день Кризиса

Если бы у вас хватило храбрости назвать корпорацию Кубаяши террористической организацией, то Фудзияма была бы для нее базовой квартирой, из которой корпорация действует по всей Галактике.

Когда корпорация приобретала планету у первых поселенцев, заплатив отступные в размере десяти миллионов кредитов каждому — к счастью для дзайбацу, их было не так уж много, — планета обладала практически нетронутой девственной природой. Три материка, составляющие около семидесяти процентов поверхности, были покрыты вечнозелеными лесами, на суше практически не было гор и пустынь. Несколько небольших океанов были полны рыбы, отсутствие спутников исключало неприятные заморочки в виде приливов-отливов, атмосферные явления в виде смерчей и ураганов были явлением достаточно редким.

Но воротил бизнеса интересовала не чудесная природа, а крайне выгодное расположение планеты чуть ли не в центре торговых путей Лиги, что уменьшало затраты на транспортировку.

Леса вырубили, часть океанов осушили, дичь отстреляли или вывезли на другие планеты. Вся поверхность Фудзиямы и около пяти километров в глубину были отданы под производственные площади.

Сейчас это самая технократическая планета Лиги. И на ней же базируется само дзайбацу, сотня полубогов, служащих могучему и великому Молоху корпорации. Естественно, что для руководства сохранили часть здешней первозданной природы, и центральный офис верных последователей Джозефа и Чарльза Кубаяши утопал в зелени. На территории парка, помимо офиса, размещалось только несколько лабораторий, ведущих новейшие секретные разработки. Наверняка на этом настояла охрана. Защищать одно место гораздо проще, чем два, если учесть, какого уровня секретности требовали и то и другое.

Правда, ходят слухи, что руководство корпорации уже облюбовало себе небольшую райскую планетку подальше от собственного производства. Однако я с трудом представляю себе сам процесс перетаскивания огромного бюрократического аппарата с планеты на планету.

Как только я выложил Диане Шаффер свою идею, она без лишних слов согласилась отправиться со мной, покинув архивы, где сама себя похоронила. Ничего другого я и не ждал, ибо в обычном порядке проникнуть в святая святых дзайбацу для журналиста просто невозможно.

Преследуя собственные цели и заодно предоставляя мисс Шаффер прекрасную возможность полюбоваться окрестностями, я высадил нас в центре этого парка. И теперь мы степенно прогуливались по асфальтированной дорожке, с правой стороны которой цвели роскошные апельсиновые сады, а с левой стояли серые приземистые здания лабораторий. Возможно, Ди, как я теперь ее называл, ожидала увидеть здесь скорее сакуру, чем апельсины, но я здесь уже бывал, и местная флора не представляла для меня сюрприза.

— Эклектичное местечко, — вынесла свое суждение молодая и очень талантливая журналистка с Новой Москвы, обозревая окрестности.

— Ага, — туповато кивнул я, всецело поглощенный обдумыванием предстоящей беседы с дзайбацу.

— Как это интересно — путешествовать с одной планеты на другую.

— Ага, — снова согласился я. — Каждый грузчик, получающий стандартный оклад, готов подписаться под этим заявлением.

— Я не имела в виду космические корабли. Путешествовать вот так, одной лишь силой мысли, мгновенно, меняя по несколько планет за час…

— Вы переоцениваете силу мысли, мадам. — И откуда эти идиотские замечания на уровне необразованной домохозяйки? Настроилась на интеллектуальные способности своей аудитории, что ли? — Телепорт стоит в двадцать раз дороже, чем каюта первого класса на пятизвездочном лайнере.

— Деньги. — Она фыркнула. — Как ты прозаичен. Кстати, а почему «вы» и «мадам»? Ведь в прошлый раз мы перешли на «ты».

Я не стал выяснять с ней отношения. В конце концов, не она заставила меня бросить ее на Колумбии.

— Привычка, — объяснил я. — Хорошее воспитание не позволяет говорить «ты» малознакомым мне женщинам.

— Я даже спрашивать не хочу, что ты в таком случае подразумеваешь под «знакомством».