Долг и желания - Влада Крапицкая

Нет. Проблем станет ещё больше. Для того, чтобы обратить человека в вампира, надо разрешение Лорда, иначе её сразу убьют. Но даже если я наплюю на это правило, и воспользуюсь своим правом голоса, как будущий Лорд, это мало что изменит. Когда отец поймёт, что я собираюсь с ней жить, он может пойти на крайности, и сам может приказать убить её. Был один вариант, при котором отец смириться с моим выбором, но этот вариант не примет Майя, или примет? Отец ясно дал понять, что не потерпит её в нашем доме. Можно, конечно, купить отдельный дом для неё и поселить её там, но мне всё равно надо жениться, чтобы узаконить следующего Лорда. Если я пообещаю отцу, что женюсь на одной из девушек нашего клана, то взамен могу потребовать, чтобы Майю оставили в покое. Тогда отец получит внука и будущего Лорда, а я жену, которая устроит всех и наследника. Вот только Майя наврятли обрадуется моей женитьбе и рождению ребёнка у моей жены. Вполне возможно, она попытается понять меня и смириться, но это причинит ей боль.

Хм, ребёнка… Ведь если Майя станет вампиром, то сможет иметь детей от меня. Интересно, а какие у нас могут быть дети? Если родиться девочка, с таким характером, как у мамочки, моя жизнь превратиться в праздничный ад. Я улыбнулся, представляя кроху с глазами и характером Майи. «Вот только мою кроху и её мать все будут считать изгоем, потому что Майя была человеком» — у меня с лица моментально сошла улыбка.

Мы редко обращали людей в вампиров, и к обращённым всегда относились с презрением. Для Майи и своего ребёнка я не хотел такого отношения. Значит, она должна стать моей законной женой, и никак по-другому, но тогда отец не примет её, и может сделать что угодно. Я опять оказался в тупике. Хотя… Есть один вариант — отказаться от титула, уехать и просто радоваться тому, что Майя рядом со мной. А отец пусть ищет Евсея и передаёт ему бразды правления кланом.

Стоп! Куда меня уже понесло? Я ещё точно не определился, люблю я Майю-человека или саму Майю, а уже мечтаю о детях от неё, и отказываюсь от титула. И потом, захочет ли сама Майя становиться вампиром?

Когда на часах было уже восемь утра, Майя наконец-то проснулась.

— Как ты себя чувствуешь, — спросил я, наклонившись к ней и глядя ей в глаза.

— Нормально, — она смущённо улыбнулась.

— Мы уезжаем.

— Куда?

— Пока не знаю. Есть место, где бы ты хотела побывать?

— А место должно быть уединённым, или людным?

— Желательно, уединённым.

— Поехали в Карпаты. Я всегда мечтала туда съездить.

— Карпаты, так Карпаты, — улыбнувшись, я поцеловал её. — Тогда собирайся.

Майя вылезла с кровати и, накинув халат, вышла из спальни. Я прошёл в зал и, включив ноутбук, стал прокладывать оптимальный маршрут по карте. Предстояло преодолеть за сегодняшний день восемьсот километров, потом лучше остановиться на ночёвку, и уже после этого искать себе дом.

— Гера! — из кухни раздался голос Майи. — Помоги мне, пожалуйста.

Я вышел на кухню, и она протянула мне какой-то рулон.

— Обмотай мне гипс, а то у меня не получается.

— Что это?

— Пищевая плёнка. Хочу принять душ, а плёнка не даст намочить гипс.

— Может тебе спинку потереть? — улыбаясь, спросил я и стал обматывать вокруг гипса плёнку. — Или вообще могу тебя помыть.

— Спасибо большое, но как-нибудь сама, — чопорно ответила она.

— Хм, почему? А впрочем, мы сделаем по другому — снимем себе дом, в котором будет огромная ванна джакузи, и там я тебя уже не только помою…

— Ты….

— Иди в душ, — перебил я её. — Нам за сегодняшний день надо проехать восемьсот километров, — и шлёпнул её по ягодицам.

Она только открыла рот, чтобы высказаться, но я приставил палец к её губам.

— Тссс! — а потом поцеловал и, развернув, подтолкнул в сторону ванной комнаты.

Через час мы уже выехали из города. Я всё время посматривал в зеркало заднего вида, пытаясь определить, следят за нами или нет, но судя по всему, «хвоста» за нами не было.

— И опять в дорогу, — Майя невесело усмехнулась. — Всё вернулось на круги своя, и мы опять бежим и прячемся.

— Да, — тоже усмехнувшись, ответил я, а потом не думая, произнёс, — Есть вариант это прекратить — обратить тебя в вампира, но…

— Даже не думай! Я лучше умру, чем буду из людей кровь пить, а потом их убивать! — с ярость произнесла Майя.

Меня как будто обдали ледяной водой. Она не хочет становиться одной из нас, и от сознания этого внутри образовалась пустота.

— Да, это одна из сторон нашей жизни, но зато ты сможешь быть со мной всегда, и тебе не будет грозить опасность…

— Нет! — перебила она меня. — Я предпочитаю прожить столько, сколько мне Бог отмерял, и буду радоваться каждой минуте проведённой с тобой, но становиться мерзким кровососом…

— Значит, я для тебя всего лишь мерзкий кровосос? — меня самого стала охватывать злость. — Значит, так ты ко мне относишься?

— Не к тебе, а к вампирам…

— А один из них!

— Не волнуйся, я помню об этом! Ты ведь тоже больше не стал любить людей после того, как мы с тобой познакомились!

— Да тебе-то, откуда знать, как я отношусь к людям и что я чувствую!

— Вот именно! Я вообще не знаю, что ты чувствуешь к ним, и ко м… — она осеклась и замолчала.

Но я прекрасно понял, что она имела в виду себя. И я был отчасти благодарен ей, что она не задала этот вопрос, потому что я и сам не знал на него ответ. Люблю ли я её или нет? И если люблю, то кого — Майю-человека, с её горячим телом и вкусной кровью или буду любить и Майю вампира.

— Знаешь, если в твоём имени Герион поменять местами буквы «и» и «о», то полученное слово будет полностью отражать твою суть! Приносишь удовольствие, но смертельно опасен тем, что верно и медленно убиваешь!

— Я тебя постоянно защищаю!

— Но ты меня во всё это втянул!

— Да пошла ты! Меня достали твои постоянные перепады настроения!

Я уже не на шутку разозлился, но не слова Майи о моём имени, а на то, что она не хотела становиться вампиром. И если ещё этой ночью я и сам не знал, хочу ли я этого, то сейчас я уже точно знал, что хочу обратить её. «Стоп, стоп, стоп! Обращать её только для того, чтобы она поняла, какого это быть одним из нас — аморально. А если окажется, что мне нужна Майя-человек, я обреку её на адское существование. Для начала я должен для себя понять, что я к ней чувствую, и хочу знать, что она чувствует ко мне. Её слова, про мерзкого кровососа меня здорово задели».

В течение дня я два раза пытался заговорить с Майей, но она отвечала холодно и сдержанно, а после того, как мы остановились покормить её, вообще пересела на заднее сиденье и, выпив таблетку заснула. Разбудил я её уже в городе, в котором я запланировал ночёвку. Ещё раз накормив её (причём, мои попытки заплатить она сразу отвергла, чем меня только рассмешила), я снял квартиру.