Любовь, которая меня нашла - Карина Риси

В гостиную зашла Теодора. На ней было светло-зеленое платье, облегающее фигуру на груди и талии, но с пышной юбкой. Уверена, девушка натягивает на себя все те вещи, которые принесла мне гувернантка. Если судить по размерам юбки, Теодора не пренебрегает и безумной клеткой.

– Сеньорита София, – произнесла она с большим энтузиазмом, даже немного преувеличенным, – как вы себя чувствуете сегодняшним вечером?

Мы говорили с этой девицей всего час назад, почему она ведет себя так, словно не видела меня уже неделю?

– Все круто. А у тебя как? – приняла я ее игру.

– Очень счастлива снова видеть вас, – неестественно заулыбалась она.

Ой-ой!

Знаете, это как будто ты сидишь в кресле у стоматолога с опухшим ртом, когда боль от воспаленного зуба уже становится невыносимой, а доктор после осмотра говорит, гримасничая: «Это канал. Но вы не волнуйтесь. Вам ничуточки не будет больно!», и в тот же миг ты понимаешь, что это не «ничуточки», а ужасно, жестоко и невыносимо больно. Я почувствовала то же самое, когда Теодора улыбнулась мне.

– Кажется, вам намного лучше. Думаю, прогулка по дому в компании сеньора Кларка улучшила ваше самочувствие.

Ах, значит, она говорит о сеньоре Кларке!

– Он вам показал все владения? – продолжила Теодора. – Наверное, они вас впечатлили, ведь они одни из самых красивых в окрýге. Семья Кларк весьма уважаемая, сеньорита София. Даже герцог де Браганса часто навещает их.

Я попыталась ответить ей, что мне действительно понравился дом. Герцог чего? Но она не оставила мне шанса, просто продолжила свой монолог:

– Кроме того, что сеньор Кларк имеет титул, он пользуется большим уважением в нашем обществе. Когда три зимы назад скончался отец, Иэн Кларк принял на себя все обязанности, включая опеку над Элизой, которая была еще очень молода в то время. Ах, моя дорогая Элиза! Она тоже очаровательная девушка, не правда ли, сеньорита София?

– Я…

– У нее много поклонников, но сеньор Кларк держит их на расстоянии. Он хочет, чтобы она сначала достигла совершеннолетия, а потом уже принимала претендентов. Он такой заботливый брат! Вокруг много хитрецов и пройдох, которые хотят заработать состояние благодаря удачной женитьбе. – Она с намеком вскинула брови.

Я неправильно поняла или Теодора имела в виду то, что я охочусь за богатым мужем? И этот муж – Иэн?

– Но сеньор Кларк очень благоразумен. Конечно, он может заметить нехорошие намерения людей дурного нрава, – продолжила девушка.

Эта девица начинала нервировать меня!

– Вы знали, что он ищет себе жену? О да, ему следует жениться как можно скорее. Желательно, чтобы у молодого человека с младшей незамужней сестрой была супруга. Многие девушки хотят удостоиться чести стать новой сеньорой Кларк. Но, на мой взгляд, он заботится не столько о себе, сколько о своей сестре.

Теперь до меня дошло!

– Послушай-ка, дорогуша…

– Сеньорита София, я вас ищу. – В гостиную зашла Элиза, помешав мне сказать парочку правдивых слов этой злобной девице.

– Как вы себя чувствуете?

– Хорошо. – Неужто люди из девятнадцатого века умеют задавать лишь один вопрос?

Я глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Эта веснушчатая рыжеволосая грубоватая особа действительно выводила меня из себя. Я начинала закипать!

– Надеюсь, вы уже голодны. Ужин как раз на столе. Надо лишь дождаться Иэна.

– Конечно, – ответила я. Значит, она может называть его по имени.

Безусловно, глупая, они же брат и сестра!

– Не хотите ли сливовой настойки, сеньорита София? – спросила эта милая девушка пятнадцати или шестнадцати лет с черными, как и у брата, волосами. Глаза же были такие ярко-голубые, что казались сапфирами. Красивые! И не столь грубые, как мои карие, словно цвета грязи.

– Нет, спасибо, Элиза. – С некоторым ужасом я осознала, что с самого утра ничего не ела. Сделала лишь глоток вина, которое мне принес Иэн. И почувствовала сильный голод. – Возможно, после ужина.

Если не смотреть на черные волосы, в лице Элизы было нечто ангельское. Может быть, сказывался юный возраст, но она мне понравилась. Казалось, Элиза, как и ее брат, постоянно улыбается. Вот и теперь улыбка сияла на ее лице.

– Значит, потом.

– Добрый вечер, сеньориты! – поприветствовал всех Иэн, заходя в гостиную.

На нем были черный камзол и брюки пепельного цвета, рубашка, жилет, галстук и те самые сапоги, которые он носил весь день. Черные волосы до сих пор не высохли, и он казался одним из сказочных принцев. Мне подумалось, что ему, должно быть, очень легко найти невесту. Красивый, с хорошим чувством юмора, обходительный, вежливый, с улыбкой, от которой захватывает дух… Какая девушка не заинтересовалась бы? Точнее, какая девушка из этого века не заинтересовалась бы? Он был героем не моего романа.

– Добрый вечер, – сказали вместе Элиза и Теодора, тогда как я произнесла:

– Привет.

Элиза с Иэном улыбнулись, Теодора – нет. Но какая она все-таки невыносимая змеюка! Говорит слишком много, делает поспешные выводы, сплетничает за спинами друзей (кроме того, она, по-моему, хочет стать больше, чем другом) и сидит с хмурым лицом. Однозначно мы с ней не поладим.

– Пойдемте ужинать? Я очень голоден. Сегодняшний день был долгим, – поспешно сказал Иэн.

Мне стало неловко от таких его слов. Ведь я не хотела, чтобы мое присутствие нервировало его (я не хотела!), кроме того, не желала причинять неудобства. Еще больше неудобств.

– Он вернулся из путешествия, сеньорита София, – объяснила Элиза. Возможно, она заметила мое замешательство. – Дальнего путешествия. Ты же выехал из поместья «Надежда» вчера ночью, Иэн? – спросила она брата.

– На рассвете. Я не останавливался, пока не приехал сюда. – Иэн взглянул мне прямо в глаза. – Конечно, если не учитывать спасения сеньориты Софии. Это был единственный раз, когда я спешился. И очень устал, – на его лице появилась кривая улыбка.

Я отвела глаза, смущенная такими словами. Когда Иэн встретил меня этим утром, не очень понимала, что происходит. Возможно, и сейчас тоже, если честно.

– Ну что ж, пойдемте! Запахи из кухни сводят меня с ума! – сказал он, протягивая руку, чтобы пропустить нас вперед.

Мне понравилась его последняя фраза. С того момента, как я попала сюда, это были слова, которые можно часто услышать в моем мире.

– Пойдемте, – согласилась я и последовала за девушками.

Иэн шел за мной по пятам.

Когда мы переступили порог столовой, я увидела огромный стол и насчитала двенадцать стульев. Наверное, обычно у них много гостей.

Я села на стул рядом с Элизой, Иэн – во главе стола, а Теодора, конечно же, с другой стороны. Заметив фарфоровую посуду, я удивилась. Не знаю точно, что ожидала увидеть, но и понятия не имела, что к 1830 году фарфор уже изобрели. Тарелки были изящными, расписанными вручную, круглыми, как и привычные для меня. Но когда я присмотрелась, то заметила некоторую асимметрию в окружности, что делало их уникальными и совершенными в собственном несовершенстве. Большой подсвечник на столе и два маленьких на буфете освещали комнату.