Витчхантеры. Книга 3. Инкарнация Вики - Антон Соя

– Вы уверены, что не ошиблись квартирой, деточка? Пройдете или предпочитаете стоять на площадке?

– Я к Гавриилу. – Вики замялась, сообразив, что она не знает отчества Тругота.

Но отчество не потребовалось. Джозефина, шаркая тапками по растрескавшемуся паркету, удалилась внутрь квартиры, откуда до Вики донеслось:

– Гаврик, посмотрите, какое прелестное создание к вам пришло!

Внутри мастерской белого мага все было как всегда – знакомо и незнакомо. Каждый раз, когда Вики попадала сюда, в преддверии Астралии, пространство квартиры играло с ней в странные игры. Сейчас квартира мага прикинулась более-менее обычной мастерской со стенами, полностью завешанными картинами и фарфоровыми тарелками, расписанными мастером. Из тесной темной прихожей двери на две стороны вели в большие комнаты с высоченными готическими окнами. На этом все. Никаких бесконечных темных галерей, никаких тронных залов, да и над головой метрах в пяти белел потолок в трещинках и паутинках, а не синело высокое небо Астралии.

Словно два фрагмента отсутствующего волшебного неба, на Вики уставились вечно молодые, любопытные глаза Тругота. Художник, в отличие от жены, снова выглядел роскошным франтом. Ярко-красные бархатные штаны, черный бархатный же пиджак, неимоверной длины шарф, лихо закрученный вокруг морщинистой шеи, и облачко седых волос над худощавым лицом.

Тругот остался тот же, и он был белым магом, это у Вики не вызывало ни малейшего сомнения.

Вот только смотрел он на нее, как будто видел в первый раз.

– Добрый день, магистр. Я – Виктория Адамсон, дочь глав ордена Уробороса. Вы меня не узнаете?

Вики прекрасно помнила, что белый маг не умеет говорить и все свои слова рисует в воздухе руками в виде символов, и очень ждала повторения этого волшебства. Но в этот раз вечно молчащий Тругот заговорил с ней скрипучим старческим дискантом:

– Уробороса? Ух ты! Красиво придумано. Простите, не узнал вас. Мы, что же, знакомы? И что за дело у такой красавицы к моей скромной персоне? Я думал, вы – журналистка. Много в последнее время приходит. Или из издательства. А вы из Уро-бо-ро-са. Чем же я могу быть полезен вам?

Увидев слезы в глазах замявшейся гостьи, добрый старик расстроился:

– Ну вот! Что ж это такое? Немедленно перестаньте разводить сырость, милочка. Давайте сюда ваше пальтецо, обувь снимать не надо. Пойдемте чаевничать. Заодно расскажете, что привело вас ко мне. Джози, дорогая, сделайте нам с Викторией чаю, пожалуйста.

Тругот под ручку проводил Вики в комнату и усадил на скрипучее кресло за длинным столом, целиком покрытым тонкими листами бумаги с акварельными эскизами. Маг сгреб их в сторону, к старой настольной лампе, тускло поблескивающей медной головой, и, словно извиняясь, пояснил:

– Заказали Данте. Так что я, извините, с головой в аду.

Вики взяла себя в руки, перестала плакать и с любопытством смотрела по сторонам: кругом на столиках, софе, стульях и креслах лежали кипы, пачки и стопки рисунков Тругота, полки вдоль стен были заполнены книгами по искусству и несчетным количеством книг с иллюстрациями мага. На старинных подставках стояли и смотрели на нее слепыми глазами бюсты Пушкина и Петра Первого. Со стен глядели яркие необычные картины Тругота: синее солнце, зеленые люди, откровенно обнимающиеся в малиново-желтом небе. Вики отвела глаза. Солнечный свет в высоких окнах потихоньку угасал.

«Ко мне же ребята скоро придут, – вспомнила она. – Надо торопиться».

– Простите, магистр. Я что-то совсем перестала держать себя в руках. У меня к вам очень важное дело.

– Я весь внимание, – кивнул Вики художник.

– Помогите мне найти Анжело. Я попала в странную ситуацию. Боюсь, что только он может мне помочь. Анжело, он сейчас не у вас?

Тругот изменился в лице, словно услышал несусветную глупость. Но через мгновение в уголках его синих глаз снова залучились добрые морщинки.

– Анжело? Ах да, конечно, Анжело. И правда, есть у меня такой дальний родственник. Вагабондо! Болтается по всему свету. Сто лет уже не проявлялся. У меня, к большому сожалению, нет никаких его координат. Но вы, милочка, как вы могли с ним познакомиться? Хотя теперь с этой вашей глобальной сетью…

– Анжело есть в интернете? – встрепенулась Вики.

– Не знаю. Я никогда не пользовался интернетом. Меня пугает слово «сеть». Боюсь, что меня ею поймают.

Джозефина, отчаянно шаркая, принесла Вики большую кружку чаю и вазу с овсяным печеньем. С ней пришел пудель. Он сел рядом с Вики и положил расстроенной девочке голову на колени, пытаясь ее утешить. Услышав слова мужа про сеть, Джозефина включилась в беседу:

– А паутина? Как вам нравится «глобальная паутина», милочка? Если есть паутина, значит, должен быть и паук?

– Джози, любимая, я тоже жду чай. И мое любимое клубничное варенье принеси, пожалуйста!

Вики ничего не ела с утра и очень проголодалась. Еще немного, и она могла бы бухнуться в голодный обморок. Поэтому овсяное печенье с горячим сладким чаем оказались настоящим спасением. Она доедала уже третью печенину, мучительно соображая, что же делать дальше? Кровь отлила от головы к желудку. Стало гораздо спокойнее. Захотелось спать. Анжело здесь нет. Искать его через белого мага бесполезно. Да и какой он белый маг? Только не здесь и не сейчас. Тругот искренне ее не узнает и ведет себя как обыкновенный добрый старый петербургский интеллигент. Даже не заигрывает с ней в этот раз.

Джозефина принесла чай себе и мужу, варенье, розетки, ложечки и присоединилась к ним за столом, бросая на Вики любопытные взгляды.

– Спасибо! Все очень вкусно. Значит, вы не знаете, как мне найти Анжело? И ничем не можете мне помочь? – отвалилась Вики от стола, отодвинув пустую чашку.

– Ума не приложу, – вздохнул Тругот. – А вы знаете, что вы прекрасны, юное дитя? Я хочу писать ваш портрет. Немедленно. Садитесь сюда. Милая, принеси девочке еще чаю с бисквитом. Я буду писать ее. Не бойтесь, это займет пять-десять минут от силы.

Полусонная Вики очень удивилась, обнаружив себя сидящей у окна на старой продавленной софе и снова пьющей горячий черный чай, почему-то пахнущий лыжной мазью.

«Боже, – подумала она, – я позирую Труготу, вместо того чтобы искать выход из западни. Совсем рехнулась! Эта квартира – портал в Астралию. И мне просто необходимо туда попасть!»

– Что-что? Австралия? Это на вас лапсан-сушонг так подействовал, деточка? Больше не пейте его. Это Джози его любит, а я всегда говорил, что эту гадость надо закусывать мухоморами.

«Я что, сказала это вслух?» Вики испугалась и стряхнула с себя остатки дремы. Во всяком случае, ответ про Астралию она получила четкий и ясный. Спросит еще раз, и Тругот вслед за родными объявит ее крэйзанутой.

– Простите за глупый вопрос, Гавриил. А вам никогда не казалось, что вы живете не в своем мире? Что это не ваша жизнь? Что вас и всех вокруг заколдовали и они забыли про себя что-то очень важное? Никогда?