Пардус. Жаждущие мести - Евгений Гаглоев

– И давно ты тут сидишь? – тихо поинтересовалась она.

– Это ты мне? – удивился Никита.

– А с тобой там еще кто-то есть?

– Нет, – улыбнулся парень. – Просто я удивлен, что ты меня заметила.

– Нужно просто знать, на что обращать внимание в первую очередь, – ответила Татьяна. – Спускайся, на нас никто не смотрит.

Никита тут же спрыгнул с ветки и легко приземлился рядом с девушкой. Без каблуков она оказалась одного с ним роста.

– Привет! – смущенно сказал он. – Запах твоих духов валит с ног.

Татьяна усмехнулась:

– Мне подарил их Павел Васильевич. Я не в большом восторге, но приходится иногда пользоваться, чтобы не обидеть его. Так ты тоже видел, что здесь произошло?

– Нет. Я вышел из школы с остальными, когда все уже случилось. Кривоносов-старший считает, что кто-то пытался его убить.

– Может, он и прав. Его корпорация натворила столько всего, что у них врагов хватает.

Татьяна вдруг поежилась.

– Замерзла? – поинтересовался Никита. – Могу одолжить тебе свой пиджак.

– Нет, – покачала головой девушка. – Просто мне не по себе от всего этого. Это ведь Холод, вернее, Влад Гордон. Больше некому. Я сталкивалась с подобным раньше, поэтому Панкрат и привез меня сюда. Он считает, что я могу помочь в этом деле. Как и Антон. Холод замораживал машины на ходу, превращал людей в ледяные статуи… Как вспомню, страшно становится.

– Но я считал, что он погиб!

– Я тоже. А теперь выходит, что он скрывался где-то все это время и сейчас снова вышел на сцену.

– С чего ему желать смерти Эдуарду Кривоносову? – поинтересовался Никита.

– Холод – наемник. Он выполняет чье-то задание. Наверное, после гибели Ирмы Морозовой нашел себе другого покровителя.

– Изначально Холод, Мебиус, Тень и Сладкий Яд работали на профессора Штерна. Может, теперь, когда профессор вернулся в город, Холод снова служит ему?

Татьяна как-то странно на него взглянула.

– Насколько мы знаем, Штерн и Кривоносов в очень хороших отношениях, хоть и тщательно это скрывают. С чего профессору желать смерти своему благодетелю?

На это Никита не нашел что ответить.

– «Экстрополис», Штерн, «Черный Ковен»… Они как клубок ядовитых змей, – подумав, сказал он. – Постоянно соприкасаются друг с другом и постоянно норовят укусить друг друга побольнее. Кто знает, что происходит сейчас у них в головах.

Со стороны машины раздался громкий треск ломающегося льда. Полицейским удалось открыть дверь водителя. Татьяна снова поежилась. Никита хотел положить ладонь ей на спину, он уже поднял руку, но тут же передумал. Неизвестно, как она к этому отнесется. Татьяна нравилась ему, как нравилась и Ксения. Но вот испытывает ли она к нему подобные чувства?

– Как ты вообще поживаешь? – спросил он, скрестив руки на груди.

– Хорошо, – ответила девушка. – Павел Васильевич сейчас в командировке, так что я предоставлена сама себе. Сижу в офисе большую часть времени и с ума схожу от скуки. По правде сказать, сегодня я с радостью поехала сюда. Хоть какое-то разнообразие. Несмотря на такую жуткую причину…

– Без Гордея моя жизнь тоже стала несколько спокойнее, – признался Никита. – Но все же мне его не хватает. С ним я мог поговорить о происходящих со мной переменах.

– Твои способности продолжают расти?

– Ты себе даже не представляешь, – мрачно произнес Никита.

– Ну а оборотни?

– От них я сам стараюсь держаться подальше. Мы общаемся только с Тессой, но с ней я как-то не очень хочу откровенничать. Она же девушка.

– Ты всегда можешь позвонить мне, хотя я тоже девушка! – Татьяна насмешливо прищурилась.

– Могу, – согласился Никита. – Но ты постоянно занята…

– Глупости, – отрезала Татьяна. – Для тебя у меня всегда найдется время.

Никита только собрался спросить, раз уж всплыла такая тема, не сходит ли она с ним куда-нибудь этим вечером, но в этот момент к ним подошел Антон Василевский. Никита скорчил недовольную физиономию. Принесла же его нелегкая именно сейчас!

Василевский, похоже, тоже не особо обрадовался встрече.

– Никита, – хмуро произнес Антон, – ты разве не знаешь, что посторонним здесь нельзя находиться?

Никита сначала не понял, о чем тот говорит, но потом сообразил, что присутствует на месте преступления.

– Да ладно, – отмахнулся он. – Мы стоим далеко от машины, я никому не помешаю.

– Ничего не ладно, – серьезно сказал Василевский. – Хочешь, чтобы у нас из-за тебя возникли проблемы с начальством?

– Да чего ты взъелся-то? – спросил Никита.

– Произошло убийство, а тебе лишь бы шутки шутить. Не отвлекай нас от работы.

Никита недовольно прищурился. Похоже, Василевский был абсолютно серьезен. Но он никогда раньше не разговаривал с Никитой таким тоном, и это звучало очень странно. К тому же и взгляд его не сулил ничего хорошего. Но и Никита не собирался отступать просто так.

– Ничего плохого не случится, Антон, – произнесла Татьяна. – Мы всего лишь разговариваем. Может, я решила опросить свидетеля? Панкрат ничего не заподозрит.

– Зато заподозрит Гордуновская, – возразил Антон. – Мы все еще под колпаком. Сама знаешь, она радуется каждому арестованному метаморфу! Она постоянно следит за всеми нами… А ты тут стоишь и любезничаешь с оборотнем!

Никита невольно начал заводиться. Что этот болван о себе возомнил?

– У меня на лбу написано, что я оборотень? – выдохнул он. – С каких это пор ты начал с таким рвением относиться к своей работе?

– С тех самых, когда мне пригрозили тюрьмой или исследовательской лабораторией, где меня будут держать в качестве подопытной свинки! Выбора у меня нет, в отличие от некоторых. Приходится хорошо делать свою работу.

– На меня намекаешь?

– А на кого же еще?

– Ты не попал бы в такой переплет, если бы не занимался воровством, – буркнул Никита.

Василевский шагнул к нему, сжимая кулаки.

– Хочешь об этом поговорить? – процедил он. – Я ведь и о твоих проделках могу вспомнить!

– Решил подраться? Давай! – Никита злорадно усмехнулся. – Я к твоим услугам.

– А ну довольно, – прошипела Татьяна. – Что на вас нашло? Готовы вцепиться друг другу в глотки на глазах у всего Департамента безопасности!

– Пусть он меня не задирает! – сказал Антон.

– Он первый ко мне полез! – не остался в долгу Никита.

Татьяна втиснулась между ними.

– Никита, тебе сейчас на самом деле лучше уйти, – сказала она, упершись ладонью ему в грудь. – Не время для разборок. Пожалуйста!