Она чужая - Евгения Мэйз

— Выпьешь? — перебил Сэм его пьяненькую тираду.

Бармен поставил перед ней крошечную рюмку на тоненькой ножке с тут же поднятой над ней бутылкой, на этикетке которой красовалась наклейка с изображенной на ней огромной сливой и золотой надписью «Сливовица», едва початая и такое ощущение, что долго хранимая на самой дальней и старой полке для особых случаев. Он не дождался ее ответа, наполняя стеклянную стопку сиреневато-розовой жидкостью.

— Спасибо, — Кэш принюхалась к содержимому рюмки и пригубила напиток, внутренне приготовившись к тому, что настойка окажется очень крепкой.

Десертная настойка оказался сладкой с едва ощутимым привкусом алкоголя и очень явным, фруктовым привкусом сливы. Такой и упиться недолго.

— Домой?

Кэш кивнула, покатав на языке остатки напитка, послевкусие было очень приятным. Жаль, что в этом баре нет ничего, чем можно было бы перекусить. Идти в ресторан на другой конец города, пешком и по такому холоду, ей совершенно не хотелось. Кого можно попросить, чтобы довезли ее до дома? Хлою? Точно!

— Повторить?

— Да. Очень вкусно. Где ты достал это чудо?

Сэм только кивнул на это, вновь наполнив тару очередной порцией алкоголя. Он смотрел на нее из-под кустистых седых бровей, ожидая, когда она скажет что-нибудь. Кэш не выдержала, оборачиваясь к все еще молчавшим зрителям.

— Расслабьтесь! И сядьте уже! Я никуда не уезжаю, вам еще не скоро удастся избавится от меня!

— Отказалась все-таки?

— Отказалась!

— Баркер! Тот еще козел!

Кэш отвернулась, уже не слушая то, что скажут за спиной и какими еще прозвищами наградят местного монополиста, пусть гудят себе, но без нее

— Так где?

Дверь позади нее хлопнула, Сэм не ответил на ее вопрос, встречая кивком очередного посетителя, что уселся на табурет рядом с ней, перед этим коснувшись холодными губами ее виска.

— Привет, Брэд. Тебе как обычно?

28. «Ты серьезно не понимаешь, почему я сделал это?!»

— Отвези меня домой, — проговорила Кэш, пытаясь застегнуть куртку, руки немного не слушались ее, — пожалуйста!

Она возмущенно взглянула на Алекса, словно это он был виноват в обрушившемся на нее несчастье, таком, как не застегивающаяся куртка. И если хорошенько подумать, то все и в самом деле было так. Он виноват в ее текущем состоянии!

Лекс сделал вид, что не заметил брошенного в его сторону взгляда, продолжая находиться рядом и просто наблюдать за ней. Он еще не видел ее такой, такой милой, но все еще вредной. Алекс еще не видел ее пьяной, разве можно напиться с нескольких рюмок десертной настойки? Маловероятно, а вот быть подвыпившей — это как раз про нее.

Он сдерживался, чтобы не улыбнуться, но еще больше, чтобы не привлечь ее к себе и не рассмеяться ее возмущению, не начать целовать ее губы, сладкие и без десертного вина.

Он конечно же в курсе того, что Кэш поссорилась с Каллисто и Сиеной, не просто подулась немного, да и отошла, а высказала все и решила вернуться домой. Сиена не стала углубляться в подробности их ссоры, пересказывать все, но надо думать, что и его ожидает нечто подобное.

— Может для начала ко мне? Хаски заберешь?

— Кстати об этом, я не спрашиваю, как? Я хочу понять… — Кэш замолчала, отвлекшись на его действия.

Алекс все же подошел к ней, помогая застегнуть куртку, в которую она просто запахнулась, так и не справившись с тем, чтобы вдеть язычок в собачку. Мужчина получил по рукам, стоило ему только довести ползунок молнии до уровня ее груди. Ничего криминального, он даже не дотронулся до нее, но ей хотелось хоть как-то выказать свое возмущение всем происходящим. Наглость, да и только! Ведет себя, как ни в чем не бывало!

— Алекс!

— Что?

— Прекрати делать вид, что ничего такого не произошло.

— Я помогаю тебе застегнуться. Я не делаю никакой такой вид!

Девушка возмущенно фыркнула, отходя от него на два шага назад.

О чем она говорила? Хаски! Зачем он забрал их? Чтобы привезти ее к себе домой? Нет, он сделал это для того, чтобы отправиться по своим делам, в которых не нашлось места ей!

— Тогда и тебе застегнуться не помешает! Я хочу, чтобы ты отвез меня домой, пожалуйста!

Алекс только обреченно покачал головой. Все, как он и думал! Она выпила и алкоголь вскружил ей голову, но это совсем не означало того, что она что-то забыла и перестала обижаться на него.

— Хорошо, садись в машину. По дороге поговорим.

Кэш несколько раз пощелкала языком, сминая его, пытаясь таким образом избавиться от ощущения сладости на языке, во рту. Перебивать послевкусие, заказывать пиво или что-то покрепче она не стала, побоявшись за то, что быстро захмелеет. Фирменный салат заведения как ни крути тоже был сладким, но, если быть до конца честной, то было уже что-то такое в ее текущем состоянии, алкоголь ударил в голову коварно и незаметно, отвлек приятным вкусом. В мыслях немного просветлело, ее перестали одолевать тяжелые думы, настроение точно приподнялось!

— Все еще сладко?

— Да, все еще сладко. Только прошу тебя не начинай со слов: я же говорил!

Он действительно говорил, но не противно менторским или поучительным тоном, он задал ей вопрос, спросил еще в баре не слишком ли сладко и не хочет ли она чем-нибудь перекусить. Она и в самом деле проголодалась, но на тот момент отказалась от еды.

— Хорошо не буду, — Алекс отвернулся, взглянув на темную дорогу в боковом зеркале, скрывая улыбку.

Кэш молчала, также как и он отвернувшись. За окном было темно, едва-едва угадывались очертания быстро «пробегающих» деревьев по краям дороги, а также отражение профиля Алекса, что вел машину и пока ничего не говорил, изредка посматривая на нее.

Она не собиралась так просто спускать ему всего того, что произошло сегодня утром. Тишина продлилась недолго.

— Не хочешь узнать, что мне рассказал Талиан?

— Нет.

— Честно?

— Да.

Как бы не хотелось ему начинать этот разговор, но придется, потянувшись к ней, Лекс подобрал ее руку в свою перебирая и поглаживая тонкие пальчики.

— Не надо.

— Кэш!.. Ты ведь понимаешь почему я не сказал тебе…

— Нет! Мои прежние вопросы все еще актуальны.

Алекс подтянул ее руку к своим лицу, целуя ее ладонь.

— Алекс, смотри на дорогу! И отпусти мою руку, мы еще не поговорили!

Он только вздохнул на это, выпустив ее ладонь ей своей.

Алекс никогда не считал себя импульсивным человеком, также, не мог он сказать о себе, что ревнив, но теперь ему кажется, что все должно было прийти со временем, с той самой «правильной» женщиной.