Золотая империя - Шеннон Чакраборти

Нари знала, что это ненадолго. Когда она вскочила на Мишмиша, Дара рычал и вырывался, а камень уже начинал крошиться.

– В сад, живо!

Они помчались над заросшим зеленью сердцем дворца. Что-то с металлическим звоном просвистело над ухом Нари, сверкнуло серебром и пропало в подлеске. Опять что-то пронеслось мимо, а в третий раз – на лету задело ее голень, вызвав резкую боль.

Стрелы. Он стрелял в нее.

Мишмиш взревел от боли и дернулся в сторону, когда ему попали в крыло. Следующая стрела едва не задела горло льва и руку Нари. Она обернулась, заметив Дару на краю парапета. Он снова натянул тетиву…

Нари обрушила крышу.

Дара пропал во взрыве дерева и камня, проглоченный грудой падающих кирпичей. Нари не стала смотреть дальше. Это его не убьет. В глубине души Нари знала, что Дара будет преследовать ее до тех пор, пока она не пронзит его сердце кинжалом.

Но Мишмиш был ранен, а она выиграла немного времени.

– Снижайся, – сказала она, махнув рукой в сторону деревьев.

Ее шеду выл от боли, когда они приземлились, проломив лиственный полог. Нари скатилась с его спины и попыталась осмотреть его крыло.

– Все хорошо, – сказала она, когда Мишмиш забился в агонии. Нари схватила его за гриву, пытаясь успокоить. – Я помогу тебе!

Шеду немного утих, позволив ей взяться за его крыло, и Нари выплеснула в него немного магии, чтобы облегчить боль. Но наконечник был металлический, древко нерушимое, и каждое перышко на конце стрелы по-прежнему резало остро, как бритва.

– Прости, Мишмиш, – прошептала она, стараясь по возможности унять его боль.

Затем она пропихнула стрелу насквозь, выдернула и отбросила на землю. Шеду издал птичий вопль, хотя Нари сразу стала его успокаивать, прижимая руку к ране и приказывая той исцелиться.

В крови закипело тревожное чувство.

Нари не успела обернуться, как из-под рыхлой земли под ногами вырвался корень, обвился вокруг ее лодыжки и дернул вниз, в тот самый момент, когда над ее головой просвистела стрела.

– Сдайся! – Дара стоял на груде обломков, некогда бывших беседкой, направляя в нее еще одну стрелу. – Нари, сдайся, пожалуйста!

– Я так не думаю, любовь моя.

Он подстрелил ее шеду, и теперь она ранит его в ответ. И судя по безумной боли, вспыхнувшей в его глазах, у нее это получилось. Нари снова воззвала к магии, горящей в ее крови, и ближайшее к Даре дерево сильно закачалось и с размаху сбило его с ног.

Она поплатилась за это. В следующее мгновение сад вспыхнул, и их с Мишмишем окружило кольцом огня. Из клубов черного дыма на них ринулись зыбкие фигуры: гигантская гадюка, птица рух, остророгий каркаданн и визгливый заххак.

Мишмиш оттолкнул Нари в сторону, вставая между ней и чудищами. Но это был неравный бой, ее шеду не мог сражаться сразу против четверых, и, когда он избавился от гадюки, разорвав ее надвое, заххак вгрызся в его золотой бок. Лев взревел от боли, едва увернувшись от бросившегося на него каркаданна.

Рух приземлилась между ними, шипя и щелкая острым клювом. Нари попятилась назад. В отчаянии она призвала дворцовую магию для защиты, но гигантская птица с легкостью уклонилась от дерева, норовившего ее ударить, а затем вцепилась в Мишмиша своими когтями.

– Нет, стой! – воскликнула Нари.

– Сдайся, и я его освобожу. – Дара снова был на ногах. Он прошел через кольцо огня, как демон через адское пламя. – Продолжай сопротивляться, и мои звери разорвут его на части.

По сравнению со всеми предыдущими угрозами… Нари предпочла бы погибнуть от стрел и ударов его бича.

– Ты снова сделаешь это со мной? – спросила она. Кто бы мог подумать, что Дара продолжит находить все новые способы разбивать ей сердце. – Разве первого раза было недостаточно?

– Я должен повиноваться своим приказам.

– Да к черту твои приказы!

На сей раз Нари бросилась на него.

Этот в высшей степени глупый ход застал Дару врасплох. Как раз на это она и делала ставку: у нее буквально не было ни единого шанса победить легендарного Афшина в рукопашном бою, но для того, чтобы выбить его из равновесия, этого оказалось достаточно. Они повалились на землю, и Дара с легкостью пресек ее притворные попытки выхватить меч у него из-за пазухи.

– Нари, прекрати, – сказал он раздраженно. – Я не хочу причинять тебе боль!

– У тебя и не выйдет, – прошипела она. – Оказывается, у этого сада – хорошие защитные инстинкты.

На этих словах из-под земли поползли корни деревьев, хватая Дару за руки.

Нари откатилась в сторону и поднялась на колени. Мишмиш вырвался из лап рух, но продолжал отбиваться от других заколдованных чудищ Дары, и серебряная кровь хлестала из его ран. Дара бранился, пытаясь освободиться, в то время как его тело оплетали все новые корни.

Сделай это. Сейчас же! Она все задумывала иначе, но в эту минуту Дара находился в ее власти, а его звери собирались убить Мишмиша. У нее не было выбора.

Нари вытащила кинжал пери.

Яркие глаза Дары расширились, застыв на ледяном клинке. Корни, удерживающие его, уже дотлевали и с треском опадали, но на их место спешили новые, продолжая гонку, которую Нари в конечном итоге обречена была проиграть.

Он спас ей жизнь на каирском кладбище. Он шутил, ухмылялся и украл ее сердце, когда они летели через весь мир в путешествие, взятое из басни. Он любил ее.

Нари дрожала.

– Отпусти моего шеду.

Дара дернулся в своих растительных путах.

– Я не могу ослушаться бану Манижу.

– Перестань так говорить! – Нари сжала холодную до боли рукоять кинжала. – Отзови этих тварей, или я убью тебя!

Он встретился с ней взглядом. Когда-то эти ярко-зеленые глаза пугали ее. Когда-то они щурились от его улыбки и смотрели на нее нежно и томно в пещере над Гозаном. Это были глаза первого живого существа, которому она доверяла в своей жизни.

Дара взглянул на нее – и еще дюжина зачарованных зверей вышла из дыма, окружая Мишмиша. Нари едва не задохнулась.

– Почему ты так со мной поступаешь?

– Потому что я не могу ослушаться ее, – повторил Дара с мольбой в голосе. – Я немогу пойти против нее. Ты меня понимаешь? Нари, мне нужно, чтобы ты поняла!

Мишмиш взвизгнул от боли.

Ты заключила сделку. Он сделал выбор.

Нари сократила расстояние между ними и занесла кинжал.

Прогремел раскат грома, а затем ярко вспыхнула молния, ударив в ближайшее дерево, высокий кипарис. Жар опалил ее лицо, ствол дерева раскололся…

Нари бросилась на Дару, призывая свою магию, когда кипарис рухнул на землю. Он превратился в пепел прежде, чем раздавить ее, который просыпался на обоих, как снег.