Люди Льда. Книги 1-47 - Маргит Сандему

— Мои родители тоже ведь были не всегда такими богатыми и знатными, — начал он. — Они тоже бедствовали, и только тетя Шарлотта спасла нас от голодной смерти. Понимаешь?

— Я стараюсь, господин.

— Зови меня Аре.

— А… Аре, — в замешательстве выговорила она. Ей было непривычно называть его по имени.

— Послушай, Мета, — он взял ее за плечи. — Если ты не захочешь… — Как же ему выразить это?.. — Словом, если ты не захочешь делить со мной постель, то мы не будем делать этого, понимаешь, — я и сам не отличаюсь особой пылкостью…

Не глупо ли это прозвучало? Наверняка, глупо, но он не мог никак найти нужных слов.

— Ты просто выходи за меня замуж, чтобы я окружил тебя… своей любовью.

Наверное, она смеется надо мной? Хотя вроде бы нет.

— Конечно же, я… да… хотел бы иметь одного или двух детей, как ты понимаешь. Да и мать все время напоминает мне об этом.

Мета наклонила голову, так что ему был виден лишь ее белокурый затылок.

— Я не такая уж бесчувственная, — прошептала она. — Только тогда, когда со мной творятся такие ужасные вещи, как сегодня.

— Ты считаешь, что я похож на Клауса?

Она с испугом взглянула вверх, на рослого и сильного Аре. Его серьезность показалась ей такой надежной и прочной.

— Нет-нет, у меня и в мыслях этого нет!

Он осторожно привлек ее к себе и поцеловал в лоб.

Ничего больше. Он радовался, что сумел сделать это. А она лишь задрожала, но не отпрянула от него.

— Подумай об этом, — шепнул он. И голос его дрогнул. — И пожалуйста, вернись домой! Матери удалось, по-моему, «обезвредить» Клауса, так что тебе больше нечего бояться.

Все это осталось неизвестным для Силье. Она да большеглазая Ирья только и увидели, как Аре привез сияющую и счастливую Мету верхом на лошади в усадьбу. По дороге домой они успели все обсудить.

— Матушка, мы поженимся! — еще издали крикнул Аре, как будто бы для того, чтобы сразу же отмести любые возражения.

Но возражений и в помине не было. И Силье, и Тенгель, и все остальные родственники Аре были счастливы за него.

А что же Клаус?

Через несколько дней после того как Силье сосватала Розу Клаусу, она заметила, как оба они тайком пробираются в амбар. Силье усмехнулась своим мыслям. Теперь-то Роза уж увидит, на что способен ее суженый.

— Разве в это время года обмолачивают зерно? — удивленно спросила Ирья.

— Пожалуй, что так, — снова улыбнулась Силье. Тенгель с Шарлоттой отписали Клаусу небольшое хозяйство, которое нуждалось в хозяйских руках. И Роза, живя вместе с Клаусом, превратилась в добропорядочную хозяйку. У них родилось двое детей: обычные дети, идущие по стопам своих родителей.

Да и у Меты дела обстояли не хуже. Она родила троих, причем одного за другим. Вот как вышло: Аре она не побоялась.

Маленькая Ирья очень привязалась к обитателям Линде-аллее. Ей нравились они все, но больше всех, конечно же, госпожа Силье.

Ирья не могла толком понять своих собственных родителей. Она по-прежнему жила у себя дома, но мать ее каждый день задавала один и тот же вопрос:

— Ты сегодня не идешь в Линде-аллее?

И тогда Ирья отвечала, что сегодня госпоже Силье помогает Суннива, а мать начинала сетовать на то, что девочка будет путаться под ногами.

Ирья была слишком слабенькой, чтобы ухаживать за младшими детьми в семье. Когда же она стала покрепче здоровьем и предлагала матери свою помощь, то родители словно бы не замечали ее.

— Ты должна беречь свою спину и не поднимать тяжестей, — отвечали они дочери. И отсылали ее заниматься тремя сыновьями Аре и Меты.

Ирья не понимала, в чем тут дело. Ей и в голову не приходило, что она главный кормилец своей семьи. Ведь все те подарки, которые она получала в Линде-аллее, а иногда и в Гростенсхольме, — она, не задумываясь, отдавала родителям. Ей самой ничего не было нужно. И родители побаивались, как бы Ирья не надорвалась дома: тогда она не сможет пойти к этим господам, а ведь то, что давала девочке Силье, было существенным подспорьем в семье.

Ирья и сама была рада почаще бывать в Линде-аллее. В ней постепенно исчезала умственная скудость, неуверенность в себе и недоразвитость — все то, чем ее наградил родительский дом. Ирья охотно воспринимала любые уроки, которые давали ей Силье, Тенгель или Мета — эти люди стали для нее настоящими наставниками в жизни.

Ее способности и чувства постепенно развивались все больше. Но девочка была всегда такой тихой и незаметной, что ее преображения никто и не заметил.

2

Юная девушка шла через аллею по направлению к усадьбе. Походка ее была не очень-то проворной, ибо рахит, перенесенный в детстве, искалечил ее ноги. И теперь она достигла того возраста, когда сама, к своему огорчению, смогла заметить последствия перенесенной болезни. Ноги ее были кривыми, и это было видно, несмотря на длинную юбку. Люди и раньше замечали это, приходя в дом к ее матери. Но девушка не могла ответить на усмешки, ибо ей были несвойственны задиристость и нахальство.

Выражение ее лица всегда отличалось какой-то просветленностью и дружелюбием, и глаза ее сияли навстречу каждому. Она была очень прилежной и никому не отказывала в просьбе.

Ирье исполнилось девятнадцать лет. Былинка выросла.

В этот день в конце августа она чувствовала себя особенно счастливой. Таральд, Суннива и она будут справлять день рождения. Это была идея Силье — объединить трех именинников и устроить один грандиозный праздник. Соберется вся большая семья. Конечно же, Суннива, такая нежная и прелестная. Она напоминала воздушного эльфа, и Ирья не уставала восхищаться ею. Сколько раз в своих мечтах она представляла себе, что хоть чуточку похожа на красивую Сунниву, не понимая при этом своей собственной привлекательности.

Сегодня она встретит и Сесилию. Жизнерадостную Сесилию Мейден, самую смешливую и остроумную на свете. Как она умеет всех развеселить! При одной мысли об этом Ирья заулыбалась.

Милая Сесилия, она была на год младше остальных и часто бунтовала против такой несправедливости. Но все вокруг признавали ее бесспорное превосходство. Сесилия отличалась острым и развитым умом.

Ирья невольно залилась краской. Таральд тоже будет там. Она не осмеливалась даже подумать о нем.

Прошло два месяца с тех пор, как она обнаружила, что любит юного наследника Гростенсхольма. Никто не должен догадываться об этом!

Кто такая Ирья? Нищая крестьянка, неуклюжее и искалеченное болезнями