Преодоление - Сергей Садов

Конечно, за ночь всю мудрость человечества Элора не усвоила, но я заметила, что она читала с экрана что-то о классовой борьбе и прибавочной стоимости. Увидев, что я встала, она закрыла крышку и устало глянула на меня.

— Знаешь, теперь я тебя понимаю, когда ты говорила про болото… — Элора задумчиво уставилась в окно. — Поразительно много книг… У нас над такими вопросами даже не задумываются.

Я пожала плечами. А что тут скажешь?

— Скажи, а эти книги у вас только в таком вот виде? На экране?

— Почему это? В книжном всякого полно. Если хочешь, пошли сходим.

— А-а-а…

— Я еще думаю, — оборвала я ее. — Не готова еще.

Элора глянула на меня исподлобья, но спорить не стала.

Книжный магазин — огромный зал со стеллажами из книг, произвел на нее впечатление. Первые минуты она только и ходила между полок.

— Бумага дешевая, печатать можно хоть миллион экземпляров, — поспешила ответить я на невысказанный вопрос.

Элора книги выбирала основательно и долго. Я не торопила. Да пусть хоть весь магазин скупает. Весь не весь, но тащили мы отсюда сумки очень объемные. Но дома читать она их не стала, свалила в угол и потащила меня на улицу.

— А теперь идем к тебе.

— Но…

— Идем, я сказала. Не хочешь показываться родителям? Боишься, что им станет плохо? Маскируйся. Но ты пойдешь со мной.

Все-таки потащила. Мы с ней вдвоем проторчали во дворе до вечера, два раза поднимались в квартиру, но никто не открыл. Хм… Только уже когда собирались уходить заметила отца, маму и брата с сестрой, которые откуда-то возвращались веселые. Папа смеялся, посадив на шею Лену, Мишка топал рядом и завидовал.

Мы стояли у самого подъезда и смотрели на них. Элора моих родителей не видела раньше, но все поняла по моему виду.

— Ну-ка, Аленка, слезай, — папа поднял девочку и спустил с шеи. Аленка?! Почему Аленка? Не Лена?

— Лена, — заявил Мишка. Папа нахмурился, переглянулся с мамой, но та сделал вид, что ничего не происходит.

— Миша, твою сестру зовут…

— Лена, — заявил мальчишка.

— Ну пусть будет Лена, — мама успокаивающе положила папе руку на плечо. — Он же еще маленький, не понимает ничего.

— Но ты же сама… — дальше я уже не слышала, они скрылись в подъезде, а дверь захлопнулась. Я устало оперлась о стену дома, тяжело дыша. Аленка… И этот мальчишка, который зовет сестру Лена… и мама так же ее называла… видно от сына набралась. Наверное, родители слишком часто обо мне вспоминали. Значит, они все же любят меня? И не пытались ни кем заменить?

Элора вдруг развернулась и прижала меня к стене.

— Ты дура и идиотка! Я бы с удовольствием поменялась с тобой местами! Но решать тебе. Можешь всю жизнь прятаться. — С этими словами Элора развернулась и ушла.

Вечером мы с ней не разговаривали. Элора привычно погрузилась в изучении интернета, а я уселась на диван, подтянула колени к подбородку и задумалась. Ненавижу себя жалеть, но в этот момент мне хотелось именно этого. А раз так, то ничего хорошего не получится точно, надо принимать какое-то решение и действовать, иначе будет только хуже.

— Я решила, — заявила я.

Элора обернулась и вопросительно подняла бровь. И как у нее получается? Я честно пыталась, но ничего не вышло.

— Завтра побуду няней у брата с сестрой. Познакомлюсь с ними поближе… и о родителях поспрашиваю.

Мой ответ Элоре явно не понравился, но и возражать не стала, была довольно, что хоть на что-то я решилась.

— И когда ты познакомишься с родителями?

— Все будет зависеть от того, что я услышу от детей.

— Дура, — печально констатировала Элора и вернулась к ноутбуку.

Свету я караулила у подъезда с самого утра и когда она появилась, быстро вышла навстречу, вызвав печать. Сделать внушение труда не составило, и я пропустила ее дальше. Дождалась, когда дом покинут родители, я поднялась на этаж и позвонила. Света открыла дверь, глядя куда-то мне за спину — внушение начало действовать. Вот она повернулась к детям, с интересом смотревшим на меня от двери в комнату.

— Сегодня, — заговорила она лишенным эмоцией голосом, — с вами посидит моя подруга Лена, а я буду занята…

— Вы не возражаете? — повернулась я к детям.

Миша с Аленой переглянулись, потом посмотрели на меня и дружно покачали головой. Миша улыбнулся.

— Тетя фея плишла.

— Какая я вам тетя? — обиделась я. — Зовите меня… ну зовите меня сестренкой. Договорились?

— Да! — вдруг крикнула Аленка.

Я улыбнулась.

— Вот и ладно. Давайте теперь проводим тетю Свету…

Няня намек поняла и скрылась за дверью. В общем, ей действительно надо было срочно сделать что-то там в институте и я ее здорово выручила, так бы она точно не успела. Пусть теперь считает, что я ее выручила.

Когда Света ушла, я огляделась… Блин! Не подумала вчера… я ведь дома… Там моя комната… Прошла по коридору, но у двери меня ухватил Мишка за штанину джинсов.

— Незя.

— Почему? — присела я перед ним.

— Незя. Там сестла живет… плосто ее сейчас нет. Мама говолит, что плидет.

Придет?

— А папа что говорит?

— Папа не говолит. Молчит.

Спорить с детьми не хотелось и я просто ненадолго их усыпила. Осторожно открыла дверь и заглянула в комнату. Все вещи на месте. Квартира у нас, кончено, трехкомнатная, но неужели родители до сих пор держат мою комнату, запрещая туда заходить кому бы то ни было? А ведь, похоже, так и есть. Только пыль протирают.

Я осторожно вошла, огляделась… мои тетради на столе, учебники… Нам задавали задачи по математике и я хотела их сделать, когда вернусь из школы. Вот учебник, тетрадь. Лежат аккуратно. Не могу. Резко отвернулась и вышла, прислонилась к стене и еще минут пять приходила в себя. Закрыла дверь. Воспоминания захватывали одни за другим, как раз сейчас тот случай, когда я не рада своей памятью мага. Нет, в квартире я оставаться не могу, слишком много воспоминаний. Только вот к родителям в комнату зайду…

Зашла… Долго стояла перед кроватью, изучая мамины вещи на прикроватной тумбочке. Если раньше у меня и были мысли, что не стоит появляться перед родителями, то сейчас они пропали. Я видела, что родителям это время с моего исчезновения тоже дались очень нелегко и оставить их в неведении дальше просто жестоко.

Вернулась к детям и привела их в чувство.

— Ну нельзя, так нельзя, — согласилась я с Мишей. — Скажи, а почему ты свою сестру Леной зовешь? Она же Алена.