Солнце полуночи - Стефани Майер

- Нет, нет, нет, - шептали мои губы бессознательные мольбы. Хотя разум подсказывал, что они не помогут, все было кончено. В этот момент я чувствовал себя бесполезным и беспомощным как никогда. Я опоздал.

Осознание того, что Беллы больше нет в нашем мире, заставило мое тело окаменеть, стать бесчувственным, а потом... потом оно разлетелось на миллионы осколков слепящей боли.

Мои пальцы забегали по лицу, рукам, волосам любимой, тут же став ярко-красными от ее крови. Когда они коснулись шеи, под ними робко и нерешительно отозвался ее пульс. Сквозь всепоглощающую панику я различил еле заметные, как трепет крыльев бабочки, удары сердца, такие же мягкие и неуверенные. Период между ними был очень большой, я понимал, что следующего могло и не быть. А потом ее грудь приподнял легкий вдох.

Я боялся, что каждый из этих признаков жизни может стать последним, и ловил их, как утопающий последний глоток воздуха.

- Нет, Белла, нет! – продолжал молить я.

И каждый раз, когда ее сердце давало о себе знать, казалось мое мертвое сердце, ударяло след за ним, и только поэтому оно еще билось. Что стоит Беллиному остановиться и мое тело покинет всякая жизнь, и никакое бессмертие не сможет этому помешать.

- Белла, пожалуйста! – рыдал я без слез, не в силах исправить что-либо.

А сердце разрывалось внутри в предсмертной агонии и снизошло на крик:

- Только не умирай! Ты со мной, в безопасности. Останься со мной, молю, не умирай.

Жуткое предчувствие, что все может закончиться здесь и сейчас, и Белла угаснет навечно, парализовало безотчетным ужасом. Нет, не думать об этом! Она сильная и выживет, несмотря на весь этот ад.

Дыхание любимой прерывалось, и было видно, что каждый вдох дается ей с трудом. Разум подсказывал, что нужно что-то делать. Ей срочно нужен врач!

- Карлайл! – позвал я, не в состоянии оторваться от Беллы. - Ну, пожалуйста, Белла, прошу тебя!

Отец опустился с другой стороны тела и начал быстро и методично осматривать повреждения.

Тут Белла дернулась, с ее губ сорвался стон, и она вскрикнула.

- Белла! – позвал ее я.

Весь мир сейчас сжался для меня до имени Изабеллы. Мне хотелось думать, что до тех пор, пока я ее зову, она не сможет заснуть вечным сном, она останется здесь, со мной, ведь она так мне нужна.

- Она потеряла много крови, но рана на голове неглубокая, - проговорил Карлайл. Как всегда в экстренных ситуациях он хранил выдержку и спокойствие. Я же не был способен на нечто подобное.

- Осторожнее с правой ногой, - сломана, - добавил он.

Отчаяние накрыло меня, и я взвыл.

- Кажется, ребра тоже повреждены, - самообладание отца дало сбой, и на последнем слове его голос дрогнул. Но он приказал себе собраться, эмоции сделают сейчас только хуже.

Вдруг ее губы разомкнулись, и я услышал свое имя.

- Эдвард… - скорее выдох, чем слово. Она пришла в сознание!

- Белла, все будет в порядке! Ты меня слышишь? Я люблю тебя, Белла!

Мои руки заметались по ней. Я быстро коснулся волос, лица, не веря, что это происходит со мной. Белла здесь, она меня слышит!

Карлайл начал накладывать тканевые жгуты на порезы.

- Эдвард! - вновь выдохнула она, но уже громче.

- Да, я здесь!

- Больно! – застонала Белла, и одинокая слезинка прочертила дорожку по ее окровавленной щеке. Я смахнул ее пальцами. Если бы также легко я мог унять ее боль!

- Знаю, Белла, знаю! – постарался успокоить я ее голосом, но он сорвался от волнения: - Неужели нельзя ничего сделать, Карлайл?

Элис все это время стояла у стены. Я чувствовал, как она пытается уловить, хоть что-то хорошее в будущем, но ее дар молчал. Вероятно, парализованный шоком ее разум не мог пробиться через толщу эмоций, которые заполонили ее мозг. Пребывая в состоянии ступора, сестра очень боялась, что ее оплошность станет причиной смерти Беллы, а она так ее любила.

- Элис, где мой чемоданчик? – спросил отец, и сестра возникла как по волшебству и поставила сумку рядом с ним.

- Элис? – произнесла Белла, так и не открывая глаз. Понимает ли она, что происходит?

- С ней все в порядке, это она подсказала, где тебя найти, - я снова провел рукой по ее локонам, перепачканным кровью, боясь прикоснуться к чему-то еще, чтобы не причинять еще больше боли.

- Будь со мной! - кричало сознание.

- Рука болит! – застонала Белла, и опять дернулась, как от спазма. Отец в это время искал обезболивающее.

- Знаю, Белла, Карлайл тебе поможет, - я же мог поддерживать ее только словами.

Ее тело скрутила сильнейшая конвульсия, и она неожиданно громко закричала:

- Горит, моя рука горит!

Я смотрел на нее и до моего сознания как в замедленной съемке доходил смысл ее крика. Видимого огня нет, но это может значить только одно... яд вампира! Джеймс успел укусить ее, она превращалась.

Я быстро провел пальцами по ее рукам и, найдя след укуса, перевернул ее и показал Карлайлу.

- Белла! – голос отца я не сразу узнал, настолько испуганно он прозвучал. Он так и замер с ампулой морфия в руке.

Я же, смотря на отпечаток зубов ищейки, ощущал, как мое тело тоже начинает гореть, но только от безграничного отчаяния. Меня окатило понимание, что уже ничего нельзя поделать, а потом остатки разума захлестнула испепеляющая боль от этого осознания.

- Огонь, погасите огонь! – взвизгнула Белла и заметалась.

- Карлайл, ее рука! – я не мог отвести от нее взгляд и не мог до конца поверить, что это происходит в действительности.

- Он ее укусил, – отец встретился со мной взглядом и в его глазах я видел приговор. Мы проиграли!

Я пылал! Чувство вины и потери накрыло меня с головой. Я не успел, не сдержал ни одного из данных Белле обещаний. Пусть раны, нанесенные ей, не смертельны, но она умирает у меня на руках от яда, и я не мог этому помешать. Каждый удар ее сердца разносит токсин, который убивает, трансформируя клетки и вызывая адский огонь. Я мог только наблюдать, как тело Беллы меняется и становится камнем.

Того выбора, что был в видениях Элис полтора месяца назад, здесь и сейчас не существовало. Все складывалось в такую простую и логичную цепочку, что становилось не по себе. Если бы мы опоздали, то ищейка осушить бы Беллу до смерти, но мы успели – и вот она становится одной из нас, что равносильно смерти. Такое ощущение, что судьба придумала идеальную ловушку, в которой Белле суждено было или погибнуть, или выйти из нее в иной ипостаси.

- Эдвард, все именно так, как и должно быть – Элис мысленно привлекла меня к себе и показала видение, своей яркостью гарантирующее точность исполнения.