Ладья - Дэниел О’Мэлли

Какое-то мгновение Мифани раздумывала, успеет ли привести прическу в более официальный вид – сейчас ее волосы были просто собраны сзади и заколоты. Но было слишком поздно.

«К тому же, – рассудила она, – фингалы сводят на нет любые намеки на деловой внешний вид. И, кто знает, в каком виде обычно ходила Томас?»

Когда вошла Ингрид, чтобы звенящим голосом объявить о прибытии ладьи Гештальта, Мифани мысленно пожала плечами и отбросила свои осторожности.

«Все равно здесь никто никого толком не знает».

– Ладьи Гештальт, собственными персонами! – воскликнула Мифани с видимым восторгом. Два идентичных блондина изумленно посмотрели на нее. – Джентльмены, прошу, присаживайтесь. – Она указала на стулья, стоявшие перед ее столом, а потом добавила: – Вы оба отлично выглядите.

– Благодарю, – произнес один из них.

Стоило признать, это была правда. Как бы ни выглядели остальные тела, эти два были великолепны. Густые светлые волосы, голубые глаза, бронзовая загоревшая кожа.

«Они вообще в Британии были на выходных? Как им, во имя всего святого, это удается? Неужели их странная генетика позволяет еще и загорать без солнца?»

Они явно были близнецами, но приняли некоторые меры, чтобы отличаться друг от друга. У близнеца справа были более короткие волосы, искусно взъерошенные гелем, тогда как у близнеца слева – более стандартная аккуратная прическа. Костюмы на них были разные. Один близнец сразу развалился в кресле, второй – сидел сосредоточенно, хотя ни один из них, казалось, не ощущал себя комфортно. И один смотрел задумчиво, а второй – уделял все внимание тому, чтобы разгладить свои брюки. Про себя она окрестила их Дерзким и Опрятным.

Мифани стало откровенно не по себе, когда она вспомнила, что эти две головы делили общий разум. И потом даже больше не по себе, когда вспомнила, что где-то еще странствуют два тела, управляемые им же.

«Сохраняй спокойствие, – думала она, – и постарайся не пугаться того, что говоришь с коллективным разумом, кто пугает всех в Шахах. И не думай сразу, будто это оно стоит за нападением на Томас. А если даже и так, в твоем кабинете оно вряд ли станет что-либо предпринимать».

– Мы только что вернулись с операции в Эссексе, – рассказал Дерзкий. – Ты выглядишь, э-э, немного иначе, Мифани.

– Это из-за фингалов, – предположил второй близнец.

– Нет, – возразил его брат. – Дело не в этом.

Мифани старалась выглядеть загадочно, но, похоже, у нее не вышло. Она видела, как близнецы ерзают на своих стульях.

– Так что случилось с твоими глазами? – спросил Опрятный.

– О, э-э, кто-то пытался меня ограбить, – ответила она.

– Но ты же в порядке? – продолжил он.

– В порядке, – заверила Мифани. – Немного побаливает, но в целом ничего.

– Любопытно… – проговорил Дерзкий.

«Черт, это не очень в духе кроткой и мягкой Мифани Томас», – поняла Мифани. Она думала притвориться, будто получила более тяжелые травмы, чем на самом деле, но вместо этого выбрала неверное направление.

– Так куда направились ваши брат с сестрой? – спросила она. Среди записей Томас не оказалось их фотографий, но ей было интересно посмотреть на брата, в которого была влюблена их предшественница.

– Элиза в Абердине, руководит группой, которая занимается оленьим культом, – сообщил один из близнецов снисходительно. – Роберт уже вернулся в кабинет.

– Что ж, надеюсь, у них все хорошо, – проговорила она любезно.

«А Гештальт и вправду хорош, – подумала она. – Будто в самом деле трое братьев и сестра».

Мифани заметила, что один из близнецов что-то говорил, а она все прослушала.

– Прошу прощения, что вы сказали?

– Алекс как раз рассказывал, что мы знаем, что у них все хорошо, – объяснил Опрятный.

– А, конечно, конечно, – поспешно согласилась Мифани, вдруг почувствовав раздражение из-за его покровительственного тона. – У них все хорошо. И у вас хорошо. У меня хорошо. У нас у всех все хорошо. Не желаете ли чего-нибудь выпить? – предложила она. Один попросил кофе, второй – апельсиновый сок. – Без проблем. Ингрид? – Секретарь, которая, должно быть, все слышала через открытую дверь, чудесным образом возникла с подносом. – Спасибо.

– Как я понимаю, ты сегодня утром немного опоздала, – произнес Дерзкий.

– Что? – удивилась Мифани.

– Ну, обычно вы приходите в Ладейную второй, после вашей помощницы, – пояснил Опрятный.

– Да? – переспросила Мифани.

«Эти ребята что, следят за тем, когда я прихожу и ухожу?»

– Ну, у меня… была назначена встреча. – Они смотрели на нее выжидающе, и ей вдруг захотелось заставить эти надменные взгляды исчезнуть с их лиц. – Я была у гинеколога. – Она победоносно улыбнулась близнецам и добавила: – Нужно было проверить вагину.

Они одновременно кивнули и – к ее удовольствию, которого она, конечно, не выдала, – вроде слегка растерялись.

«Ну конечно, у них тоже есть женское тело, – вспомнила она, немного огорчившись. – Вряд ли их можно испугать женскими делами».

– И… она… по-прежнему на месте. Все нормально.

– Это… хорошо, – проговорил Опрятный.

– Да, но давайте перейдем к делам. – К счастью, Томас оставила ей план встречи с Гештальтом, и Мифани могла теперь пройтись по списку. – Так, посмотрим… – Она покопалась в бумагах.

– Я полагаю, у вас есть кое-какие документы, которые нам нужно подписать, – сказал Дерзкий.

– Ага, – коротко подтвердила она и нашла стопку именно там, где ту для нее оставили. – Так, э-э, вам нужно подписать эти… бумаги… которые я сама, кажется, уже подписала. – Она быстро их пролистала и увидела подписи Мифани Томас. – Да, я уже подписала, теперь вы. Так, а вот это письмо… премьер-министру… Великобритании, где говорится, что у нас нет никакой информации, которую ему следовало бы знать.

Мифани передала документы близнецам, и те принялись их подписывать. Она завороженно наблюдала, как они одновременно выводили одинаковые подписи, один левой рукой, другой – правой.

– Ты здесь пропустила, – заметил Опрятный, вручая ей контракт.

Она приняла его, и ее охватил ужас от осознания своего положения.

«Черт. Правда надо подписать. Какая же была подпись у Томас?»

Она видела ее минуту назад, и эта же подпись стояла по меньшей мере на одном письме Томас к ней, но она не особенно ее рассматривала и не пыталась запомнить. Теперь это представлялось серьезной ошибкой.

«О боже».

Сделав глубокий вдох, она заметила, что Опрятный не сводит с нее глаз. Она натянуто улыбнулась и вывела подпись.

«Вроде так? Выглядит похоже».

Но ни одного из близнецов, похоже, не интересовала ее подпись. Ни один не пытался сравнивать ее со старыми.