Виолетта. Белый единорог - Алина Багазова

Мы вернулись на пирс. Сердце у меня заныло отчего-то, тревожно и тягостно. Я до последнего не верила, что Волька решится. Неужели ему и в реальности нечего терять?

Глаза парня сверкали, как безумные. Некоторое время он молчал, глядя в воду, а потом стянул с пальца кольцо Школы и протянул мне.

— Возьми, отдашь Стефану.

— Но он же меня начнёт расспрашивать! — испугалась я, — и мне придётся говорить правду. И о Лине тоже…

— Как же вы, девчонки, подчиняетесь ему! — саркастически проговорил Волька, — как собачонки! Вилка, научись, наконец, врать. Как подобает Тёмному Воину. Это пригодится. Не будь ты марионеткой Стефана, как остальные… Возьми кольцо!

Сжав зубы, чтоб на разораться на него, я послушно подставила ладонь. Что-то в глубине души мне подсказывало, что Волька прав. Сердце отчаянно сопротивлялось, не хотело обманывать Учителя, но разум на сей раз одержал победу. Кольцо легло на ладонь приятной тёплой тяжестью. Я упёрлась взглядом в чёрную птицу, обвивающую меч. А потом её очертания вдруг поплыли…

— Не реви, — Волька взял меня за подбородок, поднял моё лицо, заглянул в глаза, — помнишь, что сказала вельва? Я не умру. Ещё увидимся, Вилка! Выпьем пивка вместе где-нибудь на просторах Невского проспекта, погуляем по Набережной…

— Я не люблю пиво, — всхлипнула я.

— Ну, значит, что ты там любишь, — голос его стал мягче и, вроде бы, постепенно терял решимость.

Я отчаянно ухватилась за это.

— Воль, пожалуйста, не надо… Уйдём отсюда… Всё будет хорошо!

— Вилка… — покачал головой он, и я поняла, что подобрала не те слова.

А в следующую секунду он, без предупреждения, сделал шаг к краю, оттолкнулся от дощатого настила пирса, и нырнул вперёд.

Я даже не успела вскрикнуть, как он исчез под стеклянной гладью. Без всплеска, вода, словно плёнка, нелепо потревоженная, в одну секунду сомкнулась над ним. Я вглядывалась в омут, но вода — абсолютно непрозрачная — светилась лениво, отказывая в успокоении моему отчаянно колотящемуся сердцу… Через секунду всё выглядело так, словно ничего и не было. Как во сне. Я некоторое время надеялась, что Волька вынырнет, но надеждам было сбыться не суждено. Видимо, Мёртвое озеро — всё же билет в один конец…

Медленно и уныло поплелась к берегу. Пирс поскрипывал под ногами, Тёмный лес, словно радуясь, хищно скалился со всех сторон.

Уже стоя на твёрдой земле, я бросила последний на непоколебимую гладь Мёртвого озера и, ошеломлённая осознанием произошедшего, потёрла своё кольцо.

Из сна выпрыгнула, как пробка из бутылки под напором. В голове застряла одна мысль. Вот это да! Не ожидала от Вольки такого поступка.

Я села и раскрыла ладонь. Вот оно — его кольцо. Ночью я передам его Стефану, а пока… Я заозиралась, раздумывая, куда его спрятать, чтоб мама не обнаружила.

Потом вздохнула, нашарила на шее цепочку с буквой «В», расстегнула её и добавила к своей буковке ещё и колечко. А потом заправила их обратно под майку.

Встала, потягиваясь. Сна было достаточно, я чувствовала себя отдохнувшей, несмотря на пережитые события, и прошедшей ночи с её боем — как не бывало!

Честно говоря, из комнаты выходить не хотелось. В квартире стояла мёртвая тишина и, кто знает, какие сюрпризы ожидают за моей дверью?

Сюрпризов оказалось два: на столе ещё горячий обед: зелёный борщ со щавелем и отсутствие мамы дома. Радуясь одному и не зная, как реагировать на другой, памятуя о высказанном ею желании побыть сегодня одной семьёй, я пожала плечами и села за стол. А может мама и правда к бабушке уехала? Хотя это вряд ли — она бы записку оставила. О других вариантах не стала размышлять, чтоб не портить себе аппетит.

После еды привычно ушла в комнату и скоротала вечер с книжкой. Мама так и не вернулась ещё, когда я без пяти десять закрылась в своей комнате и нырнула под одеяло.

На этот раз я перенеслась в Школу поближе к учебной части. Побрела к дому Воинов, прокручивая в голове, как сообщу всем, а в особенности Учителям, о Вольке. Может. сначала стоит поговорить со Стефаном тет-а-тет?

Поддавшись спонтанной мысли, круто развернулась на ходу и побежала к домику Учителя. Взбежала по ступенькам и тут моя решимость разом меня покинула. Надо собраться с силами, иначе он тут же раскусит ложь! Обругав себя мысленно за слабость, постучала.

— Входи, Вилка! — услышала тут же дорогой сердцу голос.

— Здравствуй, Учитель, — пролепетала я, переступая через порог, сердце гулко колотилось где-то в висках.

— Здравствуй! — кивнул он ласково, отходя от полок и отчего-то вытирая руки, — ну как ты? Восстановилась?

Я молча кивнула и, вытащив цепочку, непослушными пальцами довольно ловко сняла с неё кольцо Воина. Шагнула к Стефану и протянула ему на ладони.

— Что это ещё? — нахмурился Учитель, прекрасно видя кольцо.

— Это…Вольдемара, — я постаралась, чтоб голос не дрогнул, — сегодня он отдал его мне, чтоб я передала тебе. Он ушёл из Школы.

— Мальчишка… — покачал с досадой Стефан головой, забирая кольцо, — не хватило духу самому…И при каких обстоятельствах это произошло?

Он смотрел мне не в глаза, а прямо в душу.

— Я пришла пораньше. Ещё ночью, то есть днём там… в реальности… Заглянула…

Стефан нетерпеливо мотнул головой, побуждая меня говорить быстрее.

— И встретила его здесь. Он бы отдал тебе сам, но увидев меня, попросил передать. Он не хотел тут больше задерживаться.

— И это всё? — с нажимом смотрел Учитель.

Под его взглядом я ощущала себя, как на горячей сковородке. С невероятным трудом я кивнула, сглотнув слюну.

— Ничего не утаила?

Я кивнула снова, и этот кивок стоил мне миллиона нервных клеток.

— Хорошо, — от стального голоса учителя я поёжилась. Он заметил это, — не переживай, милая, всё нормально. Не все выдерживают испытания боем, но гораздо труднее мирное испытание на прочность, когда требуется взглянуть в глаза друзьям и объяснить, почему поступил так, а не иначе. Беги, детка, в свой домик, сейчас я приду на урок. Все уже собрались.

Я опрометью ринулась за дверь. Насколько он мог быть нежен и ласков, настолько и пугал иногда, до дрожи, одним взглядом, одной интонацией.

За минуту я добежала до домика Воинов и взбежала по ступенькам. Все и правда были в сборе, Стефану не нужно было лично приходить, чтоб в этом убедиться, он нас всех ощущал.

Ребята, сидя за столом, гомонили, шумно переговаривались, о чём-то спорили.