Внеземное притяжение - Анна Романова

Мы с ней толком не знакомы, но я уже точно знаю, какая фраза крутится на её остром языке.

– Можно, но не отвлекай его от работы, – стиснув зубы, отвечаю я, пытаясь сохранять маску безразличия.

– Я не отвлекала. Он вводил меня в курс дел относительно вашего мира.

– Как? Таская на руках? – зараза, получилось слишком злобно.

Мне срочно нужен Торвальд с решением проблемы. Возле этой девушки я превращаюсь в кого-то другого, и этот мужчина мне не нравится.

Луна замолкает, опускает глаза в пол и облизывает пересохшие губы. От этой картины в голове мгновенно рождается рой неуместных мыслей, и я отворачиваюсь, растирая лицо руками.

В комнате больше нечем дышать, воздух сжатый, почти искрится от перенапряжения. Открываю окно, впуская необходимую прохладу, но это не спасает. Я не могу не думать о её губах и о том, какие они на вкус.

– Мне нужно домой. Пожалуйста, позволь мне помочь найти книгу с ответами. Я не уверена, – она запинается, слышу её тяжелое дыхание и медленно разворачиваюсь, – что смогу ждать вашего старца так долго.

– Хорошо, – отвечаю, спустя долгие мгновения раздумий, во время которых я неотрывно изучаю взглядом каждый изгиб девичьего тела.

Сейчас правильнее прогнать её и остаться одному. Но одна лишь мысль о том, что выйдя из библиотеки, Луна первым делом помчится в объятия Уильяма, приводит в бешенство. Не хочу, чтобы она проводила время с ним. Не хочу, чтобы она вообще общалась с кем-либо мужского пола.

– Я сам не особо знаю, что именно нужно искать, поэтому проверяй все книги с той полки, а я займусь этой, – обуздав внутреннее возмущение, указываю девушке на стеллаж, который находится возле нее, а сам начинаю проверять книги, лежащие рядом.

– Но не вздумай уехать в лес! – меня вдруг осеняет, что чужеземка ускачет с Уиллом при первой же возможности.

– Почему? Просто позволь мне попробовать отправиться домой тем же путем, что я пришла! – поворачиваясь и делая несколько быстрых шагов навстречу, взывает ко мне гостья.

– Учти, я специально не стану запрещать Уиллу сопровождать тебя. Но, если ты ослушаешься и покинешь особняк, то он будет наказан за вас обоих, – произношу сердито, сохраняя зрительный контакт, чтобы она понимала серьезность сказанных слов.

– Разреши мне хотя бы покидать особняк, я не стану выезжать за пределы твоего «королевства», – её голос полон обиды, но просит Луна искреннее, что ещё больше злит.

– Куда ты торопишься? Подожди старца! Он скоро вернется, тогда и решим, что делать!

– Я не хочу, я просто не могу находиться… – резко замолкает, делает глубокий вдох и только после этого озвучивает: – здесь так долго.

Смотрю в зеленые глаза и понимаю, что она намеревалась сказать совсем другое. Не хочет находиться возле меня. Это до умопомрачения странно, мы чужие люди, но наша связь так сильна, что я почти чувствую все её настоящие переживания на каком-то подсознательном уровне.

– Ищи книги, – коротко командую и отворачиваюсь, пытаясь сфокусироваться на поиске рукописи с ответами.

– Просто разреши мне, – никак не может угомониться, обращаясь ко мне молящим голосом.

– Нет, – тихо, но строго.

– Да почему нет, просто отпусти меня?! – произносит настойчивее, инстинктивно хватая меня за плечо.

– Я не могу! – отвечаю громко и отчаянно, поворачиваю к собеседнице голову.

В комнате повисает тишина. Это не тот ответ, который я должен был произнести, и точно не тот, который Луне нужно было услышать. Я ничего не могу с собой поделать, не знаю почему, но я просто не в силах отпустить её на физическом уровне.

Разворачиваюсь к девушке, обхватываю хрупкую шею руками и притягиваю к себе. Закрываю глаза, наклоняюсь ниже, пока наши лбы не соприкасаются. Её дыхание отражается на моих губах. От ощущения нежной кожи все моё мужское нутро пробуждается, и я лишь чудом сдерживаюсь. Ладони Луны ложатся поверх моих рук, мы молчим, наше сбившееся дыхание сливается в единый поток, и даже мое сердцебиение подстраивается под удары её сердца.

– Генри, – шепот срывается с чужих губ, и я жмурюсь сильнее, так как голос разума настойчиво приказывает отстраниться, но не могу оторваться от неё.

Почему? Потому что не хочу. И это открытие пугает меня страшнее всех лесных тварей вместе взятых.

– У тебя жена… – её пальцы начинают дрожать, и я медленно отклоняюсь.

– Да, – произношу с тяжестью, заглядывая в зеленые глаза. После убираю руку от манящей, но запретной кожи, и делаю несколько медленных шагов назад. – Тебе лучше уйти, – перевожу дыхание, пытаюсь успокоить бой сердца.

Сейчас не до поиска книги, не до поиска ответов, и это осознание настигает нас обоих. Луна без лишних слов пятится назад, а затем молча выходит из комнаты, застыв с той стороны двери. Я понимаю это потому, что не слышу звука удаляющихся шагов.

Подхожу к двери, прикладываю руку к гладкой деревянной поверхности и закрываю глаза. Я не могу ощущать её на физическом уровне, потому что это невозможно, но готов поклясться всеми известными богами, что чувствую её тепло даже сейчас, когда между нашими телами преграда толщиной с кулак.

– Уходи, – произношу тихо, зная, что Луна меня не услышит. Но, если она ещё хоть на мгновение задержится, я не смогу сдерживаться. Рука тянется к ручке и в этот момент до слуха доносится звук поспешных шагов.

Правда, нужно срочно найти эти треклятые книги и… сжечь?

Нет! Что за ерунда? Что вообще со мной творится? Ещё пара таких дней – и я выжгу или срежу это родимое пятно вместе с кожей. Все равно, главное, чтобы это проклятое притяжение исчезло.