Истинная для Грифона - Алекс Найт

Пришла в себя я уже в кровати своих покоев. За окном занимался закат. Возле меня сидела Вилья, мягко поглаживая мою ладонь.

– А, очнулась, – просипела она.

– Что случилось? – я приподнялась и села в кровати, ощущая, как тело отзывается тупой болью на каждое движение. Вилья взяла с прикроватной тумбочки кувшин и подала мне. Я начала пить терпкую жидкость мелкими глотками, ощущая, как начинают возвращаться силы в тело и ясность в мысли.

– Все нормально, не переживай. Ты ослушалась покровителя, и он наказал тебя. Разве тебе не говорили, что ты должна беспрекословно слушаться покровителя? – женщина неодобрительно помотала головой, цокнув языком. – Ты должна радоваться тому, что не попала в тюрьму, а в услужение к самому сюзерену.

– В услужение? – на выдохе переспросила я, выронив опустевший кувшин из рук. Вилья подхватила его и вновь положила на тумбочку.

– Что же это делается, – запричитала она. – Красивая ты, необычная, вот мужик и не выдержал. Или ты сама соблазнила?

– Никого я не соблазняла, – зло выплюнула я. – Он обманул меня, сказал, что поставит печать сюзерена.

Вилья недоверчиво вскинула брови. В этот момент в комнату вошел вит Дрейсон. Негодовал он, судя по мелькавшим в глубине глаз молниям, не меньше моего.

– Выйди.

Вилья, чуть склонив голову, кивнула и молча покинула комнату, подчиняясь приказу вита.

– Что ты себе позволяешь? – пророкотал он, приблизившись к кровати. Солнце тенями играло на его хищном лице.

– Я позволяю? Вы обманули меня. Только для чего, не понимаю. Вокруг вас полно женщин, даже та девушка.

– Ты – моя пара. Истинная пара способна дать сильнейшего наследника двуликому.

– Вы хотите, чтобы я родила вам ребенка? – я просто задохнулась от изумления. Сердце колотилось как бешеное.

– В том числе.

– Вы собираетесь женится на мне?

– Так не терпится замуж за сюзерена? – с холодной усмешкой спросил он.

– Нет, я бы хотела оказаться от вас как можно дальше, – произнесла эти слова и сразу пожалела о своей честности. Лицо Дрейсона потемнело от гнева, черты лица совсем потеряли схожесть с человеческими.

– Не волнуйся, замужество тебе не грозит, – приглушенно ответил он, казалось даже человеческая речь уже давалась ему тяжело. – Ты родишь мне наследника.

– Потом вы меня отпустите?

– Ты – моя пара. Зачем мне тебя отпускать?

Хотя бы честно. Расслабилась ты Настя, глядя на роскошь вокруг. Роскошные покои оказались золотой клеткой, а все подарки лишь красивым облачением для редкой птицы. Дрейсон выжидающе смотрел в мои глаза. Ждал слез и истерик. Но я молчала, лишь отвела взгляд от мужчины. Знала, чем чреваты вспышки его гнева. Пусть думает, что я смирилась и приняла его позицию. Но я сбегу, обрету свободу, чего бы мне это не стоило.

– Если будешь слушаться, твоя жизнь станет сказкой.

Да я уже в сказке! Магия, двуликие и рабство у одного из них. Чем не сказка?

– То есть нужно слушаться вас и исполнять любую прихоть? – отозвалась я, почти рыча, сразу мысленно дав себе по губам, приказывая своей гордости замолчать.

– Именно, – хмыкнул Дрейсон, но предпочел не обращать внимания на мой тон. Зашуршала одежда.

– Я сегодня не могу. У меня месячные, – взглянула умоляюще на Дрейсона. Просто не представляла, как сейчас, после состоявшегося разговора позволю к себе прикоснуться.

– О чем мы только что говорили? – Дрейсон сбросил с себя сюртук и рубашку. Громкие удары сердца отсчитывали мгновения пока он приближался ко мне. Нечеловеческие глаза двуликого смотрели на меня хищно, как на добычу. – Когда я говорю, что хочу тебя, ты спрашиваешь: «в какой позе?».

– Но я не могу, – дрожащим от страха голосом прошептала и зажмурилась, боясь, что он ударит меня.

– Напомнить, где я тебя подобрал? – вкрадчиво спросил Дрейсон, отбрасывая с моих ног одеяло. Вопреки угрозе его руки почти нежно легли на мои плечи, одна ладонь скользнула к горлу, чуть сжала. – Как же тогда ты удовлетворяла клиентов, пока хранила девственность?

– Это неправда! – горячо возразила я.

Дрейсон надавил сильнее на горло, вынуждая меня лечь, нависнув сверху.

– Неправда, – уже хрипло прошептала я, прежде чем его губы накрыли мои. Впервые его поцелуй и прикосновения не вызывал ничего кроме ужаса и отвращения.

Клянусь, никакая магия больше не заставит меня желать этого мужчину.