Попаданка по вызову - Таисия Васнецова

— Так выглядишь, будто ждёшь поцелуя, — шепнул он прямо мне в губы и резко отпустил меня.

— Ч-чего?.. — тот крошечный мир, мгновенье вечности, разрушился в раз и с оглушительным звоном, я даже не сразу смогла взять себя в руки, — что?! Поцелуя с тобой? Да не смеши мои подковы, сектант иномирный! Слишком много чести, чтобы прекрасная Танечка целовала тебя.

И задрала нос повыше, пряча поглубже свою обиду. Вот же… нахал! Негодяй! Мерзавец! Я буду ему беспощадно мстить, ещё пожалеет, что не воспользовался шансом, пока была возможность. Ни за что теперь не посмотрю на него как на мужчину! И с восхищением ронять слюни тоже не буду! Фр-р-р-р.

— Надо в следующий раз тебя в лошадь превратить, фырчишь очень натурально, — съехидничал лорд.

— Ты!.. Да ты!.. Да я тебя!.. — я задохнулась от злости и возмущения, — ты бессовестная скотина, Илиас Монфор! Издеваешься над бедной маленькой попаданочкой, которая ничего не может противопоставить твоему магическому террору. Нелюдь!

— Что такое террор? — пропустил мою пламенную обличительную речь мимо ушей Его Великая Мерзость.

— Устрашение вплоть до физического насилия, — огрызнулась я, — а ты — террорист. И в следственном департаменте ты явно не на том месте. Давно должны были упечь тебя за решётку за особо садистское поведение и противозаконные действия. Почему ты не отвёл меня в департамент попаданцев и не оформил по всем правилам?

— Я так понимаю, домой ты уже не хочешь? — спросил он прохладным тоном и сел за свой рабочий стол.

Это отрезвило покруче холодного душа посреди зимней тайги. Я поняла, что слишком распалилась и наговорила лишнего. Стало жутко стыдно, но извиняться я не собиралась. Гордость требовала не сдавать позиций, хотя совесть умоляла одуматься. В итоге тараканы поколотили её, привязали к стулу в тёмном углу и засунули в рот кляп, чтобы не отсвечивала.

— Хочу, — понурилась и вздохнула тяжко, — вот, хотела спросить. Можно ли будет перенестись в тот же миг, из которого ты меня забрал? Чтобы родные не беспокоились.

— Нет, — оборвал все мои надежды лорд Монфор.

— Понятно, — я ссутулилась и опустила голову, — спасибо за честность. И прости за мои слова.

Совесть, зар-р-раза, всё-таки вырвалась из тараканьего захвата и заорала так, что проигнорировать её я уже не смогла. Я развернулась и печальной тенью побрела к выходу, прокручивая в голове самые страшные сценарии. Как у бабушки остановилось сердце, как папа разбился на мотоцикле, а мама, потеряв всех, прыгнула с крыши. У неё ведь, кроме меня, папы и бабушки нет родных.

Бабуля говорила, что после войны время тоже были смутными, так получилось, что она осталась сиротой. Потом выросла, встретила дедушку и родила маму. А потом дедушка погиб на службе, он военным был. И бабушка больше замуж не выходила, его любила. И маму растила одна.

В общем, я так себя накрутила за доли секунд, что плечи затряслись от еле сдерживаемых рыданий. Мне как никогда захотелось домой, к родным. Обнять их всех, даже гадину Дашку бы сейчас расцеловала в обе щёки и задушила в объятиях.

— Эй, Тати, — позвали меня осторожно, — ты плачешь?

Но я только замотала головой и кинулась к выходу. Нет, не хочу, чтобы он видел, как я плачу. Я же сильная попаданка, умная, красивая, а не какая-нибудь там слабохарактерная сопливая плакса. Вцепилась в ручку двери, провернула, дёрнула на себя, а дверь… не сдвинулась с места.

Я даже не услышала, как Илиас оказался рядом, а его ладонь опустилась на дверь рядом с моей головой. Он удержал дверь на месте одной рукой, второй развернул к себе и прижал спиной к гладкому дереву, единственной преграде между мной и побегом в свою комнату для разведения сырости.

— Тати, посмотри на меня, — твёрдо сказал он, но я только ниже опустила голову и шмыгнула.

Уговаривать меня он не стал. Аккуратно взял за подбородок и заставил поднять голову и посмотреть на него. Золотые глаза не были насмешливы или холодны. Они были серьёзны и решительны. И это странным образом успокаивало и придавало уверенности. Плакать захотелось чуточку меньше, но на глаза всё равно навернулись слёзы.

— Тати, тебе не стоит выдавать своего иномирного происхождения. И в департамент попаданцев тебе нельзя. Когда узнают, что ты из немагического мира, то немедленно выкинуть в ближайший мир похожего типа. И в свой родной мир ты уже никогда не вернёшься, — он говорил серьёзно, обрисовывая перспективы, — но я обещаю, слышишь? Обещаю, что отправлю тебя домой. Веришь мне?

Я здраво опасалась за то, что разрыдаюсь, если открою рот. Поэтому согласно моргнула. По щекам тут же скатились слёзы, над которыми я была не властна. Илиас закусил уголок губ и аккуратно собрал пальцами слезинки с моих щёк.

— Не плачь и не волнуйся, — снова заговорил он, — вернуть тебя в тот же миг я не смогу. Перемещения между мирами вообще штука сложная. А про немагические миры я вообще молчу. Но успокоить твоих родственников можно и без этого.

— Как? — мой голос безбожно дрожал.

— Есть пара способов, — он нахмурился, думая о чём-то, погладил меня по щеке, кажется, даже не замечая своей ласки, — твой мир не магический, поэтому задача усложняется, но… Ну конечно!

— Что? — плакать расхотелось совсем, даже появился интерес.

— Послать что-то материальное в твой мир без ритуала и координат мы не можем, — начал объяснять Илиас, и глаза его горели, — но мы можем устроить сеанс связи во сне. А вместо координат будет родственная привязанность. Кому в сон ты хотела бы постучаться? Насколько я помню, у тебя будет не больше пяти минут, Тати.

— Мне этого хватит! — я чуть не подпрыгнула от радости, — приду в сон к бабушке. Она всё поймёт и прикроет! Когда сеанс связи?

— Не будем откладывать, проведём сегодня же ночью, — Илиас отстранился и отошёл к столу, а я постаралась подавить разочарование.

— Спасибо, Илиас, — запоздало поблагодарила, но он только отмахнулся.

Самый лучший на свете мужчина был занят рисованием каких-то схем на чистых листах. Потом оторвался, сказал мне сесть куда-нибудь и вышел из кабинета. Но я никак не могла сесть, меня накрыл какой-то нездоровый энтузиазм, я дёргалась от нетерпения, не могла усидеть на месте и постоянно двигалась.

— Ты всё-таки поучаствуешь в кровавом ритуале, — довольно сказал от двери Илиас, а я подпрыгнула от неожиданности.

— Зачем так пугать? — сердце грохотало как сумасшедшее, — к-какой ещё кровавый ритуал?

— Вот этот, — он показал мне книгу в чёрной кожаной обложке и демонически-кровожадно улыбнулся, — буду приносить девственницу в жертву.

— Фу ты, ну ты, — обиделась я. Опять он шутит!

Но обиделась ненадолго, любопытство победило. Пока мои обида и любопытство боролись за право вести в бой тараканов, лорд Монфор успел переместиться назад за стол, придвинуть к себе ранее нарисованные чертежи и раскрыть свою подозрительную книжонку где-то на середине.