Летающая академия. Приспешница - Ева Финова

— Стойте, это кого он сейчас призовет? — насторожился Вирфольц.

— А никого, это он хвалу богам воздает, — уверенно произнесла Эвина, разглядывая страничку талмуда, ныне покоящегося у неё в руках.

— И откуда ты… — обернувшись с этими словами Вирф прервал свой вопрос возгласом: — А-а-а.

— Окуляры не жмут, — подтрунил сестру Слид.

— Ну вас, следите, сейчас четвертый стих пойдет… — отмахнулась та в ответ, поправляя означенные увеличительные стекла в металлической оправе, как назло сползающие по щеке.

И действительно, после завершающих слов Моди вода в кубке закипела, забурлила, и неожиданно для всех раздался протяжный свист, оглушая до звона в ушах.

Затем все так же быстро стихло, как и началось, и лишь отдаленное слабенькое журчание позволило понять, что ритуал еще не окончен. Вдобавок по жидкости в кубке и вовсе прошла сильная рябь. Громкий мужской голос разнесся по всему помещению вместе с шумным вздохом облегчения:

— Ну-у-у… на-ко-нец-то!

Вирфольц, Слид и Эвина, как по команде переместились и сели на пол подле чаши к Моди. А твиглы, беспорядочно метавшиеся за магическим барьером, остановились.

— Скаагар? — поставленным командным голосом рявкнул некромант, единственный оставшийся гордо стоять.

— Ой, а кто тут у нас? — прозвучало низеньким тоненьким голоском прямо из артефакта.

— Ция, ну-ка не встревай! — отдернул её тот, который «на-ко-нец-то».

— Да ла-а-адно тебе, все равно проиграла. Дай хоть поучаствовать, — проворчало ему в ответ.

— Ты… смертный-всезнайка, мог бы связаться только со мной? А не вызывать весь пантеон?

— Но-но… — начал было оправдываться Моди.

На что некромант довольно хмыкнул, однако предпочел промолчать. Но и ему тут же досталось:

— Что смеешься? — гаденько протянул писклявый женский голос из чаши. — Я на тебя ставила, между прочим, а ты продул.

— Так, Ция. Проиграла, вот и исполняй обещанное.

— Да Трарк с тобой, лысый… — огрызнулась та самая Ция, после чего раздался хлопок, снова закладывающий уши до звона.

— Я Лис! А не лысый, — проворчал он, однако тут же начал сыпать вопросами:

— Ну что, рогоносцы вы мои ненаглядные… соскучились по мне, да? А где ваш жнец? А где этот воришка столетия? Я плакал до слез, наблюдая за плывущими по небу замками. Гениально до невыносимости!

— Мы не дриады… — вмешался в разговор некромант, намекая на неласковый эпитет.

— Ну конечно, нет! Бараны вы, вот вы кто! Справиться с такой мелкой задачкой не смогли сами, все пришлось вам всезнаек подсовывать. А я, между прочим, до последнего не хотел раскрывать своего козыря.

Возгордившийся было Моди тут же обиженно воззрился на чашу, вопрошая следом:

— Так это вы меня сюда послали?! Направили в ту самую портальную воронку?

— О старые боги, ну конечно, я. Кто же еще? Эти рогатые топтались бы на месте еще целую декаду. И в конечном счете чашу увела бы эта, Таиша, та, на которую Трарк поставил, а после уже провела ритуал.

— А… — Вирфольц отважился встрять в разговор, однако вездесущий Лис его перебил:

— Э, не-е-е… я уже вам и так намекнул достаточно, остальное сами, да и жнец меня не впечатлил. Думал, явится, на коленях стоять будет. Выпрашивать, умолять.

— Если надо, я готов, — произнес Сегдиваль, снимая с себя полог невидимости, и подходя в центр комнаты.

— Ну хитрец… удивил! — воскликнул Скаагар, радостно хлопая в ладоши, вызывая головную боль у присутствующих, а затем и вовсе раздался странный хруст, и веселье по другую сторону чаши прекратилось. А через некоторое время Скаагар попросту недовольно проворчал: — То-то я потерял тебя из виду.

Глениус же, опустившись на колени подле чаши, продолжил расспрашивать:

— Что вы хотите за спасение Леи?

— У-у-ух какой серьезный, мне это нр-р-равится… — дрожащий от возбуждения голос Лиса разнесся по темнице, заставляя решетки дребезжать, а демонов наоборот жаться друг к другу. — Зна-ачит, — предложил он. — Да! Сейчас вы отдаете мне всех своих твиглов.

— Я не… — возразил было некромант.

— Молчать! — заткнул его Скаагар. Жидкость булькнула в кубке. — Я не все сказал, а, ты труполюб у меня еще попляшешь за свою наглость… — пригрозил бог.

— Мы согласны, дальше? — произнес Глениус ровным голосом, спеша отвлечь божество от некроманта.

— Люблю сговорчивых, — довольно прибавил Лис, резко меняя интонацию на добродушный тон. — Хм, а с тебя жнец разрыв договора со смертью.

Все присутствующие в комнате скорбно сглотнули. Сам Глениус ничуть не поколебавшись ответил лишь:

— Я согласен.

— Хоть один нормальный смертный попался… Ах, нет. Ты же бессмертный, да? Еще пока… Хм, недолго осталось… Да! Спасение твоей любви горемычной? Хм…

Подумав немного, бог тут же весело прибавил:

— А вот как спасти твою студиозу, знает всезнайка, муа-ха-ха…

Раскатистый громкий смех затопил комнату.

— Но-но… — Моди осмелился возразить.

В ответ же Скаагар недовольно прибавил, в очередной раз затыкая говорящего:

— Что «но»? Никто не говорил, что спасти жизнь, это значит вернуть все как прежде. На этом все!

Повторно раздавшийся свист заложивший уши. И в этот раз сеанс общения действительно окончился.

— Так о чем это он? — Глениус воззрился на студиоза со всей серьезностью.

— А как мы ему твиглов-то передадим? — встрял в разговор Вирфольц, глядя на магическую стену и застывших светящихся призраков.

— Э-э, насчет первого, — начал отвечать Аврин. — Я расскажу только вам ректор. Не хочу раскрывать секреты своего народа прилюдно. А насчет второго — увы, даже моих знаний недостаточно, дабы вообразить сей процесс передачи.

— Значит, устроим повторный сеанс после спасения Леи. Всё. Все свободны, а вы многоуважаемые прогульщики, скажите мне на милость, что вы тут делаете?

— М-мы? — начал было отвечать серьгастый, но неожиданно для всех в разговор вмешался некромант:

— Это Анатар их сюда притащил вместе с этим… — кивок в сторону Еримара. — Бесполезным.

Телепат тут же надулся, однако промолчал.

— Смотрите! — вскрикнула Эвина, все это время наблюдая за клеткой с твиглами.

— Они исчезают? — прокомментировал Вирф и без того открытым от удивления ртом.

— Не-е-ет, только не тви-иглы! — жалобно пропищал некромант не своим голосом.

— Вот и состоялась передача, — констатировал Моди, когда призраки исчезли. И потянулся к Эвине через чашу, дабы отобрать временно позаимствованный у Виеды талмуд и свои окуляры.