Лед - Павел Корнев

— Не откажусь. — Фуфайка полетела на паркет. Положив меч сверху, я передвинул кресло к столу и плюхнулся в него. Ян Карлович набулькал полрюмки янтарной жидкости, немного плеснул и себе. По кабинету распространился восхитительный аромат коньяка. Я приподнял пузатую рюмку на уровень глаз и слегка склонил голову. — Ваше здоровье.

Ян приподнял в ответ свою и пригубил коньяк. Я сделал куда больший глоток. Замечательно. Не часто удается отведать такой замечательный напиток. Уже только ради этого стоит заходить к Яну почаще. В голове слегка зашумело. Увлекаться не стоит, сначала надо с делами разобраться.

— Перекусишь?

— Нет, пожалуй. Закуской такой коньяк только портить. — Я отпил еще и откинулся в кресле. — Что в Форте творится?

— А ничего хорошего. Гимназия с Лигой опять поцапались, с Городом какие-то проблемы начались. Сергей Петрович, воевода наш несравненный, грозится все утрясти, да только непохоже, чтобы у него хоть что-то путное выходило. — Ян снова поднял рюмку, но пить не стал, наслаждаясь ароматом.

— Все как обычно, значит.

— Да нет. Что-то непонятное затевается. Словно все чего-то ждут. Только непонятно чего. Такое впечатление, что послезавтра конец света, и мне об этом сообщить забыли. А остальные уже в курсе и отрываются на всю катушку. Долгосрочную перспективу никто в расчет не принимает, о последствиях не думают совершенно. На грубую силу ставки делают. Кириллов даже новый набор в Дружину объявил. Заметь, не в Гарнизон и даже не в Патруль, где хронический некомплект, а в Дружину, которая напрямую воеводе подчиняется и от недостатка личного состава отнюдь не страдает. — Торговец снял очки, потер виски и задумчиво продолжил: — Неправильно люди себя ведут, неправильно. Сестры вконец обнаглели, а Братство, наоборот, сидит ниже травы, тише воды. Создается впечатление, что они свои операции в Форте потихоньку сворачивают. И только Цех пока еще ведет себя так, будто ничего не происходит. Но исключения, как известно, лишь подтверждают правила.

Надо же, всего две недели в патруле был, а какая каша успела завариться! Что же такое случилось, если Кириллов в своих силах засомневался? Начальники Патруля и Гарнизона хоть и выполняют распоряжения воеводы, но подчиняются напрямую Совету. До сих пор позиции Кириллова в нем были непоколебимы, да и теперь его положению ничто не должно угрожать. Герман Бергман — директор Гимназии — всегда поддерживал воеводу. Торговый Союз в политику не полезет ни за какие деньги. Сестры Холода ничего не могут противопоставить альянсу колдунов и дружинников, а Братство еще не настолько сильно, чтобы действовать с позиции силы. Цех в таких играх никто в расчет не принимает. Он по сравнению с остальными не более чем уличная шпана.

— У Братства, похоже, интересы на севере появились, но что-то у них там не клеится. — Я вкратце рассказал о встреченном нами обозе.

— Думаешь, некромант ждал именно братьев? — Ян смочил губы в коньяке.

— А кого еще?

— Это не аргумент. Не одни же братья по той дороге обозы отправляют. Крыс мог месяц в засаде сидеть, добычу поджидать. Некроманты, они ж упертые.

— Ага, и за это время не удосужился своих мертвяков обобрать? — Я вытащил кошель, развязал его и высыпал на стол кольцо и цепочку со свастикой. — А покойнички ему богатенькие попались. Очень интересное, надо думать, захоронение было.

Ян приподнял цепочку, посмотрел на болтающуюся свастику и отложил в сторону:

— Тут ты, скорее всего, прав. Обычный некромант первым делом зомби своих проверяет. — Торговец достал лупу и, как заправский ювелир, начал внимательно обследовать кольцо. — Странная техника, не встречал такой еще. Не зря, видно, про дольмен на болотах болтали…

— А чего необычного-то? Сапфир, кабошоном ограненный, не такая уж и редкость, — перебил я Яна. Сейчас он задумался, сам с собой разговаривает — ничего серьезного, конечно, не скажет, а вдруг? Может, мне и про дольмен знать не надо? А у нас как принято: нет человека, нет проблемы.

— Во-первых, не сапфир, а аквамарин. Во-вторых, я про гравировку на платине. — Ян отложил лупу и уставился на меня. — Ну а, в-третьих, судя по твоему рассказу, братья разделали бы некроманта под орех. Это больше похоже на ловлю на живца, знаешь ли. И наконец, в-четвертых… все это наши измышления, а фактов, фактов у нас нет. Может, Братство решило частично перебазироваться на север. Может, это вынужденный отход на заранее подготовленные позиции. В конце концов, просто попытка спровоцировать кого-то на активные действия. Сплошные «может», «если» и «или». Делать на основании имеющейся информации выводы сродни гаданию на кофейной гуще. Ты согласен?

— Вам виднее. — Не соглашаться с очевидным смысла нет, открыто признаваться в собственной тупости — тоже.

— Вот видишь… Точные сведения нужны. Кольцо продать принес? — Сменив тему разговора, Ян Карлович перестал вертеть перстень в пальцах и положил его рядом с цепочкой.

— Угу, — промычал я, уткнувшись в рюмку с коньяком. — И цепочку тоже.

— Червонец за цепочку, еще три за кольцо.

— Что?! — Возмущение вышло у меня вполне естественным. — Да в цепочке раз в пять золота больше, а то и в шесть. Про кольцо я вообще молчу, уж если вы его интересным нашли, то что про других скупщиков говорить? С руками оторвут! Да и платина — это не золото. Плюс прекрасно ограненный камень и, заметьте, без малейших дефектов. Девяносто рублей золотом за все.

— Не надо передергивать. — Торговец покачал головой. — Кольцо я назвал не интересным, а странным. Это, согласись, вещи разные. И какое содержание золота в твоей цепочке «желтого металла», мне неизвестно. Полагаю, и тебе тоже. Или ты можешь показать пробирное клеймо? Нет? Тогда за цепочку империал, за кольцо тридцать пять.

— Маловато будет. Хоть червонец накиньте.

— Только из уважения к тебе накину еще пятирублевку. Больше не дам, и не проси.

— Добавьте пол-империала и забирайте.

— Ну что с тобой делать? Добавлю, куда деваться. — Ян сделал вид, что крайне расстроен слишком высокой ценой.

— По рукам. Двадцатку золотом, остальное серебром. — Я пригубил коньяк. Удачная сделка для нас обоих. Я быстро и по хорошей цене пристроил трофеи, Ян наварит на перепродаже не меньше меня. Надо бы успех закрепить. Я поднялся из кресла и взял с фуфайки клинок. — Меч посмотрите?

Хозяин кабинета осторожно принял протянутый клинок, внимательно осмотрел, повертел в руках и отложил на стол:

— Неплохая сталь; да и исполнение вполне приличное. За меч еще три империала добавлю. Или серебром?

— Серебром, — подтвердил я.

— И куда тебе столько? — Ян одним глотком допил коньяк и убрал пустую рюмку в бар. — Если не секрет, конечно.

— Да какой секрет? Патроны начинять буду. У меня только один с серебром остался.

— А что так?

— На той неделе нашу тройку бандиты прижали, пока отряд не подошел, пришлось почти десяток патронов с серебром расстрелять. Как вспомню, не по себе становится. И серебро жалко на бандитов тратить, и других патронов по оконцове уже не оставалось. До сих пор жаба давит.