Гиллиус: светлая сторона. Книга 1 - Элла Вольф

Ну вот, я и добрался до, можно сказать, самого начала своего рассказа. До того самого момента, когда я появился в Эльвараже, мое сознание, мои мысли и вообще весь я был абсолютно другим. Я не могу сказать, что был когда-то скептиком, но согласитесь: кто из нас верит в существование другого мира? Лишь будучи ребенком и, может быть, в те моменты, когда я был в стельку пьян, я допускал такую теорию. Особенно когда смотрел на темное небо с миллионами горящих на нем звезд и думал: мы не одни в этом мире. Но когда я сам, собственными глазами, увидел то, что долгие годы скрывала от меня жизнь, я изменился. Светлые гиллы – существа, выглядящие точь-в-точь как люди, за исключением некоторых нюансов, – окружали меня в волшебном мире. В тот момент и начался мой рассказ, который стал для меня моей настоящей жизнью.

Многие осторожно подходили к нам ближе, словно я был диковинкой и все они хотели меня потрогать. Летта со всеми здоровалась, а я чувствовал, как начинаю краснеть. Они удивленно осматривали мою одежду и то, как я мялся на месте. Они все были разными, но их объединяло одно – счастливые, умиротворенные лица.

Многих я узнавал по картинкам из отцовского дневника, который после своего первого путешествия протер глазами до дыр. Во-первых, я заметил, что все гиллы мужского пола были высокими и стройными, из-за чего я выглядел нелепым недоразумением. А вот девчонки оказались примерно с меня ростом. И это ведь к лучшему: мне не приходилось смотреть ни на кого сверху вниз.

– Ты жди здесь, – сказала мне Летта. – Я предупрежу королеву, что в Эльвараже посторонний. – Развернулась и ушла.

А я остался краснеть в полном одиночестве.

– Ну, Летта, – сквозь зубы прошипел я, – удружила!

Я пытался улыбаться. Всем сразу. Оглядывался, смотря, как единственное знакомое мне существо на Гиллиусе меня покидает. А гиллы тем временем меня окружали, и уже через минуту я стоял в кругу, как первоклассник перед Дедом Морозом, рассказывающий забытый стих.

Я не знаю, кто беспокоил меня больше. Девчонки, которые перешептывались между собой, хихикая, или же парни, которые настороженно осматривали чужака.

– Всем привет, – сказал я, стараясь звучать, как можно мужественней. – Я тут со знакомыми, кхе… с Леттой, как вы все видели.

Вообще я ожидал, когда же что-то начнется. Когда кто-то из толпы покажет на меня пальцем и заорет нечеловеческим голосом. Меня схватят и… ну, не знаю, посадят в темницу. При лучшем раскладе. Или же повяжут по рукам и ногам и выкинут в реку, журчание которой я слышал все более отчетливо. Но ничего подобного не произошло. Я был тесно окружен незнакомыми существами, и они мне улыбались.

– Вы в самом деле человек? – услышал я женский голос у себя за спиной и повернулся.

Напротив меня стояла девушка, по моим меркам – лет двадцать. Перламутровая кожа, длинные до пят волосы ярко-золотого цвета.

– А то мы с девочками спорим, – продолжала она, – на самом ли деле вы человек. – Девушка обернулась к подружкам.

Те смущенно мне улыбались.

– Человек, – подтвердил я, переведя на нее взгляд.

Вроде бы она и выглядела как обычная девушка, но стоило присмотреться к ней повнимательнее, и можно было увидеть форму ее зрачков. В виде снежинок. Я немного к ней подвинулся, чтобы окончательно в этом убедиться.

Снежинки.

Она мне улыбалась и протянула руку для пожатия, прямо как мужчина из моего мира.

– Я Ферлея, – все тем же счастливым голосом, – мне очень приятно.

Я неуверенно пожал ее руку.

– Богдан, – представился я.

Ферлея была первой, с кем мне посчастливилось познакомиться из загадочного рода Тэмисс.

Давайте я немного о них расскажу.

Во-первых, все Тэмиссы наделены магическим даром (если можно так выразиться). Особо этот дар не приносит никаких плодов и не помогает жить проще, но с такой фишкой, как у них, проще всем окружающим. Их волосы меняют цвет. В прямом смысле слова. Сейчас Ферлея пожимала мне руку, и ее роскошные кудри сияли солнечным цветом. Есть и другие цвета, об этом мы поговорим позже. Во-вторых, Тэмиссы больше всех приближены к магам. (Это самые странные и таинственные жители Гиллиуса, от них лучше держаться подальше, как если бы они болели проказой.) Тэмиссы настолько спокойны и миролюбивы, что только они могли выносить так долго магов. Они сушили цветочки, измельчали травинки, записывали в книги новые заклинания и делали еще много чего, что маги ленились или не принялись делать даже под угрозой лишения дара. Например, впихнуть пять килограммов окаменелых экскрементов в малюсенькие пузырьки с таким узким горлышком, что с трудом можно было сунуть горошину! Когда меня заставили это делать, я мог думать только об одном: чье это дерьмо?

Но пока я их совершенно не знал, и Ферлея была для меня странной девчонкой со снежинками вместо зрачков.

– У вас принято жать друг другу руки? – удивился я, не выпуская ее шелковистую кисть из своей грубой ладони.

– Вообще меня научил так делать один человек, – ответила она. – Вот и подумала, что вам будет приятно, если я поздороваюсь по-вашему. Ой, а может, вы и знакомы! – воскликнула она. – Его зовут Грейдиус! Человек из мира людей.

– Человек из мира людей, – повторил я, улыбаясь. – Он мой отец.

– Не может быть! – как воскликнет.

Больше всего в Ферлее я люблю ее заинтересованный взгляд. Ее глаза вдруг могли сделаться по-детски сияющими. Я могу сравнить его со взглядом двенадцатилетнего мальчишки из 90-х, которому вдруг подарили электрического дрона. Ее сияние глаз могло меня ранить.

– Богдан! Конечно! – вдруг она обо мне вспомнила. – Ваш папа столько раз о вас говорил! Какая же я глупая, конечно, вы его сын!

И тут, кто услышал, что я сын знаменитого Грейдиуса, те стали подходить ко мне ближе, я чувствовал, как чьи-то руки ощупывают меня сзади. Наверно, они не могли поверить, что есть второй человек на Земле.

Через какое-то время парни потеряли ко мне интерес и удалились. Девчонки потянули меня к земле, посадили в круг, а сами уселись рядом. Они явно чего-то от меня ждали, но я ничего не понимал.

– Вы чего-то ждете, – начал я, видя, с каким восхищением они на меня смотрят. – Просто я не пойму чего.

– Новостей, – хором сказали.

И начали плести друг другу косички!

– Каких еще новостей? – Я сдвинул брови.

– Ваш папа приносил новости из своего мира.

– Да? – удивился я. – Например?

– Он говорил о политике, географии, биологии. Вот, например, из какого вы города?