Аллигат. Книга 2 - Жанна Штиль

Ольга проснулась от собственного вскрика, сбросила с себя одеяло и села в постели. В горле пересохло и першило. Она закашлялась, дрожа всем телом и хватая воздух открытым ртом. Снилось что-то страшное, леденящее душу. Что именно снилось, не могла вспомнить, как ни силилась.

Она огляделась, медленно приходя в себя. Сквозь застиранную занавеску просачивался тусклый рассвет. Проступили очертания немногочисленной мебели. В глаза бросился стул у изголовья кровати, открытый флакончик духов. События вчерашнего дня закружились перед глазами хороводом.

«На предъявителя», — замерцала неоном надпись на закладном листе.

— На предъявителя, — прошептала «виконтесса», расчёсывая ногтями зудящие ниже колен ноги. Чем больше чесала, тем сильнее они зудели. Зуд перекинулся на предплечья — под пальцами прощупывались волдыри. Зачесалось лицо, шея.

Аллергия? — обеспокоилась Ольга. На что? От воды? Возможно. Постельное бельё? Каким средством оно постирано? Ньют говорил, что его мать стирает со щёлоком.

«Виконтесса» подтянула одеяло к лицу, принюхалась. На лбу защекотало. Она машинально хлопнула по нему ладонью, заметив прыгнувшую на одеяло чёрную точку. Ещё одну. Ещё…

Блохи, — обмерла Ольга. Остатки сна улетучились со скоростью света. А клопы тоже есть?

Она осмотрела простыню, ноги и руки. Спустив ноги на холодный пол, тяжело вздохнула и нащупала ступнями шлёпанцы.

Пройдя к мутному зеркалу на створке шкафа, осторожно погладила несколько расчёсанных укусов на шее и подбородке. Неужели хозяйка не знает, что сдаваемая ею комната находится в антисанитарном состоянии?

Услышав стук на первом этаже, и решив, что миссис Фармер уже встала, Ольга надела халат и вышла на тёмную крутую лестницу.

Из открытой двери кухни в холл пробивался свет свечи; слышались приглушённые голоса.

Спустившись — едва ли не на ощупь, — Ольга упёрлась ногами во что-то большое и мягкое. Присмотревшись, различила узел с пожитками и рядом с ним саквояж и чемодан. Значит, прибыли новые постояльцы, и хозяйка беседует с ними. А она в таком виде. Ольга запахнула полы халата и развернулась в сторону лестницы, собираясь вернуться в комнату.

Послышался крип стула и стук чашки о блюдце.

— Ну и ночь выдалась сегодня. Чуть не попался, — проронил знакомый мужской голос. — Что постоялица?

Ольга невольно задержалась, прислушиваясь к звуку передвигаемой по столу тарелки.

— Ты ешь, Джекоб, ешь. Вчера вечером делала, свеженькие. Постоялица? — в голосе миссис Фармер послышалось волнение. — Спит без задних ног. Только что проверяла. От чая отказалась, да и сонный порошок не понадобился. Намаялась.

На вздох мужчины ответила обеспокоенно:

— Боязно мне что-то. Не простая мисс. Пока она мылась, я по-быстрому глянула её бумаги. Не из Франции она вовсе, здешняя. Трогать её нельзя.

Кучер засопел и, помолчав, сказал:

— Тот особняк, на Аддисон Роуд, из которого она вещи вынесла, знатный. Много золота при ней?

— Так-то немного: колечко, серьги, браслет. Фунтов сорок в кошеле будет. Вещи добротные, под заказ шиты. Лили быстро бы продала.

Голос женщины стал тише, и Ольга подалась вперёд, сосредоточенно вслушиваясь в свистящий женский шёпот:

— А вот два закладных листа банка Англии на предъявителя на шесть тысяч фунтов — редкая удача.

— Ого! — радостно воскликнул мужчина. — Говоришь, здешняя?

— Да. Обманула, что из Франции прибыла.

— Почему, думаешь, обманула?

Повисло молчание.

Ольга, задрожав, подняла воротник халата и, чуть дыша, села на нижнюю ступеньку лестницы. Куда она попала? В какое бандитское гнездо?

— Наняла она меня на вокзале, — неторопливо и едва слышно заговорил кучер. — Поехали мы на Аддисон Роуд. Она мальчишку зачем-то подобрала и в дом послала. Потом вещи вынесла. Ни на вокзал, ни в отель не поехала. При таких-то деньгах…