Обряд - Константин Бояндин

Агата не сразу пришла на кухню, Владимир уже начал беспокоиться, когда услышал её шаги.

— Надо было на телефон записать, — пояснила она. — Знаете, что я заметила? Вы не так уж удивились, когда увидели, как лист срастается. То есть вы такое видели, да? Ну или что-то похожее?

— Видел, — признал Владимир. Показать ей запись или нет?

— Наверное, и запись сделали. — Агата смотрела ему в глаза. — Не буду допытываться, обойдусь без паяльника и утюга, — невесело усмехнулась она. — А знаете что, я снова попробую. Если не получится, то сама вас попрошу, чтобы в психушку меня отвезли на обследование. Только не входите, пока не позову, ладно?

Владимир вздохнул и кивнул. Ну и зачем он чай готовил, зачем наливал?

Агата позвала его через пару минут.

— Ерунда какая-то, — нахмурилась она. — Смотрите, не могу подпись поставить. В точности такой же текст написала, а подписаться не могу, как будто ручка не пишет.

Владимир посмотрел и удивился — действительно, кончик стержня двигался, словно по стеклу.

— А если текст будет немного другой? — поинтересовался он. — Ну не знаю… запятую лишнюю поставьте или другую дату.

— Лишняя запятая — это неграмотно, — возразила Агата. — Другую дату попробую.

Как бы ни так! Даты ни в прошлом, ни в будущем не помогали. На столе валялось теперь двенадцать листков, все неподписанные.

— Что за чушь! — поразилась Агата. — Вот точно глюки. Ну ладно, укажу и дату, и время.

А вот так получилось. Агата дорисовала квадрат, и отбросила лист на стол, словно он обжигал.

— Нервы, — пояснила она. — Мне страшновато. Попробуйте порвать!

Через несколько секунд широко раскрыв глаза, они оба смотрели, как срастаются обрывки.

— Сдуреть… — прошептала Агата. — А теперь на телефон запишу. Порвите его ещё раз, начинайте, когда скажу.

Записали. И затем Владимир записал на свой телефон, как обращается в пыль, и далее в ничто лист, если его разрывала Агата.

— То есть мы не спятили, — подвела итог Агата. — Слушайте, я ведь в такое не верила. Ну не бывает никакой магии! И что тогда случилось? Я ведь тысячу раз документы так подписывала. Если бы хотя бы раз они начали чиниться, как порвутся, ну точно об этом написали бы в интернете!

— Вас же нет в интернете, — уточнил Владимир.

— Я его только читаю, гадить там и без меня умеют, — отмахнулась Агата. — Ну ладно — сами поищите. Сто пудов, ничего не найдёте!

И действительно, с первого раза он не нашёл. Хотя это мало что значит, Владимир искал-то всего пару минут.

— То есть магия существует, — заключила Агата. — Или есть такие продвинутые технологии, что не отличить. Вот теперь точно крыша поедет! Расскажете мне о той девушке, с которой вы познакомились? Ну, что можно рассказать.

Владимир описал внешний вид Агафьи, упоминать медальон не стал, промолчал и про Инквизицию и подобное. Так же как не рассказал, как именно Агафья к нему обращалась.

— Голос, одежда точно те же самые, — добавил Владимир. — И… — Он замялся, не сразу решился продолжать. — Запах волос, запах кожи в точности такие же. Цвет глаз такой же. Но говорите вы с ней совершенно по-разному, тут не спутать.

Агата покачала головой.

— Что ещё знаете о ней?

Владимир некоторое время колебался, затем решился.

— Идёмте, покажу, — предложил он. — У вас паспорт с собой? Давайте сравним паспорта.

— А зачем вы её паспорт скопировали? — удивилась Агата. — Хотя какое моё дело. Да, давайте сравним.

* * *

— Нижние Озёрки, Иркутская губерния, — нахмурилась Агата, переводя взгляд со страниц своего паспорта на фотографию паспорта Агафьи. — Чушь какая-то. Точно говорю, не могли так написать. И номер, смотрите, только на единичку отличается. Липа, точно говорю!

— Полицейский ничего такого не заметил.

— Качественная липа, — отмахнулась Агата. — Ну вот смотрите там, где фото. Видите у меня на отсвет голографические маркеры? Ну, герб, двуглавый орёл?

— Ну да.

— А у неё, смотрите, другой символ. Кружочки какие-то. На российском паспорте такого не должно быть.

И верно, как он не заметил?!

— Остальное вроде то же. И живёт она у меня в квартире, так? — посмотрела Агата на Владимира. — Ни разу её там не видела. Если мы так похожи, то получается, у меня есть сестра-близнец? Как в дурном детективе! А можете припомнить, когда именно вы с ней общались? Даты, время?

— С этим сложнее, — признал Владимир. Он сел перед листом бумаги и попробовал припомнить.

— Это тот самый первый день? — указала Агата. — Когда вы впервые её увидели?

— Верно. Где вы были в тот момент?

Агата припоминала и мрачнела на глазах.

— Память у меня тогда отшибло, — призналась она. — Со мной такое и раньше бывало.

Она тогда сидела дома и вникала в заковыристый контракт, давала оценку, готовила рекомендации. Помнила, что сидела за письменным столом у компьютера со стопкой справочников… и вдруг всё потемнело перед глазами. А когда она пришла в себя, то стояла на кухне с чашкой кофе в руке. Чуть на себя всё не вылила. Посмотрела на часы и направилась в свой кабинет, записала время и дату инцидента.

— С вами такое уже бывало?

— Много раз, — подтвердила Агата. — Обычно это ненадолго. Но я чётко помню каждый момент, когда приходила в себя, я никогда не могла понять, где оказалась, и почему именно там.

— Вы поэтому столько раз упоминали психиатрическую клинику?

— Верно. Меня несколько раз туда отвозили, там и просыпалась, ну, там память возвращалась. Я потому на удалёнку и ушла. Если шеф узнает, что со мной такое творится, может и выпереть. Хотя вряд ли, я слишком ценная работница, — признала Агата и невесело улыбнулась.

— А вот это самый длинный интервал? — указал Владимир на момент, когда они с Агафьей бросились бежать от призрака и в итоге оказались в его квартире.