Попаданка в стране чудес - Майя Медич

Это многое меняло. Вряд ли профессор стала бы рассказывать о явлениях, которые на самом деле не происходят в Мирабилии. Ведь такую информацию сможет опровергнуть любой коренной житель или даже давно живущий здесь попаданец. Монс, хоть и производила неоднозначное впечатление, глупой точно не казалась. Да и случай с голосами, говорящими об орхидеях, произошел всего год назад. Можно хоть сейчас найти какого-нибудь студента второго курса и спросить, правда ли такое случилось. Вита не сомневалась, что студенты подтвердят историю. Они наверняка расскажут ее более красочно и напридумывают лишнего, однако в целом это будет та же история.

Вита подумала еще немного. Ее никто не торопил.

— Можно еще вопрос? — обратилась она к профессору, немного помолчав.

— Конечно.

— Правильно ли я понимаю, — Вита формулировала свои мысли, которые формулировались с трудом. — Что вопрос числа попаданцев беспокоил кого-то в институте раньше? Ведь я слышала, как кто-то хочет избавиться от части попаданцев…

— Увы, — от пугающей Монс не осталось ни следа. В таком своем виде она нравилась. Вита могла бы с легкостью проникнуться уважением к красивой и умной женщине, но произошедшее все еще мешало ей это сделать. — Институту много веков, и за эти века его стены видали всякое. На уроках истории нашего мира тебе и другим студентам, безусловно, расскажут о том, что двести лет назад двери института были полностью закрыты для попаданцев. Это было сделано по инициативе ректора, который относился к людям из других миров с большим недоверием. Он стоял во главе института восемнадцать лет, а после его выхода на пенсию попаданцы вновь вернулись в наш мир. Не удивлюсь, если ты слышала разговор, предшествующий эпохе отсутствия попаданцев. У ректора было много сторонников. Мужчин, женщин, всех. Голоса могли принадлежать кому-то из них.

— Вы говорите страшные вещи, — заметила Вита. — Ну… Голоса из прошлого, темные времена в истории, нелюбовь к попаданцем и все такое… Но от этого ваш мир почему-то кажется мне все более привлекательным.

Голоса из прошлого по-настоящему взволновали Виту. Теперь она собиралась прислушиваться к стенам, проявлять больший интерес ко всем помещениям, бережнее относиться к мебели. Замок в одночасье стал для нее не просто куском камня, а куском камня с большой душой. Ради этого понимания стоило ввязаться в изначально неприятный разговор.

— Рада это слышать, — сказала профессор Монс. — И раз уж этот мир кажется тебе привлекательным, давай договоримся не омрачать его неприятными эпизодами из нашего настоящего. Наш мир в целом и конкретно этот институт достоин того, чтобы в нем проявлялось взаимное уважение.

— Вы правы, профессор, — Вита виновата поджала губы. Ей позволили стать частью чего-то невероятного. Нужно было просто потерпеть и пережить несколько неприятных процедур, и все… Не такая уж большая жертва. Вите стало стыдно. — Мне искренне жаль, что все так вышло. Впредь я буду уважительнее и сдержаннее. Мне очень понравился урок, который Вы провели. Я никогда не тяготела к знаниям по ботанике, но теперь мне захотелось поскорее узнать о горных орхидеях и всем остальном растительном мире. Обещаю проявлять уважение и ценить все те знания, которые Вы даете.

— Это именно то, что я хотела услышать, — в это сложно было поверить, но Монс улыбнулась. — И я приношу свои извинения за то, что иногда вынуждена быть строгой. Моя профессия обязывает меня к этому.

— Я все понимаю, — кивнула Вита.

— Замечательно. Тогда не смею больше тебя задерживать. Ты и без того пропустила обед и не сумела прогуляться.

— Ничего страшного, — тут же ответила Вита со всем энтузиазмом, который успел пробудиться в ней вновь. — Этот разговор был для меня гораздо полезнее обеда и прогулки.

Она попрощалась с Монс и вышла из ее кабинета. Чувства Вита испытывала противоречивые. На то, чтобы полностью разобраться в них, потребуется время, но пока Виту ждали другие занятия, а увлекательные занятия, как известно, способны отвлечь от чего угодно.

Следующие дни и недели проходили вполне спокойно. Занятия, выходные дни, домашняя работа, прогулки, приятное времяпрепровождение. Все выглядело очень мирно и воодушевляюще. Вита не испытывала головных болей, не слышала постороннего звона в ушах, не чувствовала озноба. Ее тело было в полном порядке. Правда однажды Вита умудрилась оцарапать себе локоть, но никого, кроме самой себя, в этом инциденте попаданка не могла обвинить.

Как-то раз она шла по коридору и заметила, что навстречу ей движется та самая черная кошка, которую она уже когда-то видела. Только на этот раз кошка была не одна, а в компании с самой настоящей рысью.

Рысь, как и положено этому животному, была значительно больше кошки, но у Виты создалось полное впечатление, что эти два представителя кошачьих не просто случайно пересеклись в коридоре, а целенаправленно шли куда-то вдвоем.

Когда они дошли до очередного поворота, кошка указала головой вбок, а рысь кивнула в знак согласия. После этого обе свернули за угол. Никаких «мяу» или других звуков животные не произнесли, да и ступали они настолько тихо, что заметить их можно было лишь глазами.

Именно в момент поворота животных за угол Вита и налетела на стену, поцарапав локоть. Слишком уж сильно девушка засмотрелась на немой диалог.

Вита ни секунды не сомневалась, что это кто-то из преподавателей. Анимагия изучалась лишь на старшем курсе, поэтому подробности такого рода магии Вите известны не были. Она могла зацепиться лишь за то, что рысь носила темно-зеленый медальон в форме выпуклого ромба. Стоило присмотреться к учителям, чтобы понять, как эта самая рысь выглядит в человеческом обличии. Присущее Вите любопытство то и дело вырывалось на свободу. Новый мир дарил ей новые впечатления, ей хотелось знать все больше и больше, поэтому Вита даже училась намного старательнее, чем в том мире, в котором родилась.

Правда до уровня отличников Вита все равно не дотягивала. Ее это, впрочем, не расстраивало. Достигнутые успехи и положительные оценки ее вполне устраивали, хотя экзамены в конце семестра пугали, наверное, всех студентов. Экзамены для того и созданы, чтобы пугать. Вита надеялась не завалить сессию.

Роуз считала, что Вита ничего не завалит, а в вопросах обучения Роуз обладала несокрушимым авторитетом. Одна из лучших на потоке, одна из лучших студентов в принципе.

Посоперничать с Роуз мог разве что Адам. Он тоже демонстрировал невероятные успехи. Его знания по драконологии впечатляли всех, включая преподавателя, а в остальных предметах он, как правило, превосходил многих в таланте и трудолюбии. При этом его никто не мог назвать ботаном. Адам учился легко и непринужденно, не погружался в учебу с головой, умудрялся выделять время всем своим многочисленным друзьям.

На уроках заклинаний студенты продолжали учиться правильно генерировать и направлять магическую силу. Вскоре сотканные из магии нити от одной ладони до другой получались уже у всех учащихся без исключений. Нити были не такими плотными и прочными, как у закончивших институт волшебников, но все же с ними уже можно было работать. Когда первая полноценная нить получилась у Виты, она едва не вскрикнула от удовольствия. Ощущения от того, что она фактически держит в руках магическую силу, она запомнила на всю жизнь. Выбивающаяся из ладоней энергия немного щекотала кожу, но Виту это не волновало. Она не могла дождаться того момента, когда ей и другим студентам разрешат сотворить первое настоящее заклинание. И этот момент приближался.