Тени над Даирнасом - Татьяна Бердникова

Но сейчас лицо Васанты осталось непроницаемым, разгадать по нему ее мысли казалось решительно невозможным, и парень, мысленно поморщившись, временно капитулировал. Приемная дочь Ноэля была, судя по всему, крепким орешком, и с наскока раскусить ее было непросто.

— Да, — тем не менее, не преминул ответить он, — Я не представлял, что такое возможно и, клянусь, еще никогда не видел подобной красоты!

Королевская воспитанница загадочно улыбнулась и, сделав еще пару шагов, вдруг оказалась совсем рядом с несколько опешившим юношей. Потянулась к нему, почти коснулась алыми пухлыми губками его щеки… и неожиданно очень ласково прошептала:

— Это место казни, место смерти, Себастьян.

Себастьян испытал мимолетное желание упасть с парапета. Васанта была очень близко, от нее пахло чем-то трудноопределимым, очень приятным, тонкие пряди волос, обрамляющие ее прелестное личико, трепетали от мягкого дыхания; вся она дышала нежностью, казалась хрупкой фарфоровой статуэткой, которую следует кутать в мягкое одеяло и бережно хранить от невзгод, и совершенно спокойно сообщала гостю дворца ужасную истину. Речи о смерти, о казни, судя по всему, нимало не тревожили это трепетное создание, и в устах ее звучали как-то по-особенному пугающе, так, что безумно хотелось шарахнуться назад, попятиться и, желая лишь быть подальше от пугающей чаровницы, благополучно упасть в реку. В конце концов, она же, видимо, для того и предназначена!

— Казни?.. — голос его сел, он растерянно переступил с ноги на ногу и попытался все-таки немного отстраниться от Васанты. В конце концов, кто знает, как отнесется Ноэль к тому, что спаситель Даирнаса флиртует с его воспитанницей!

Девушку же, между тем, ситуация, вне всякого сомнения, нимало не смущала.

— Именно так, — мягко улыбнулась она и, легко положив тонкие руки на плечи молодому человеку, заставила его повернуться лицом к величественному залу, сама легко прижимаясь к нему со спины. Руки ее теперь слегка обнимали плечи Себастьяна, и он, будучи здоровым взрослым парнем, испытал невольный трепет. Все-таки красивая женщина всегда способна сломить мужчину, покорить его и вскружить ему голову.

— Видите, вон там? — девушка вытянула одну руку и указала через плечо спасителя на волнорез, — Вода там ниспадает в бездонную пропасть, в ужасную бездну, и именно туда Вагрант сбрасывал неугодных ему людей. Они падали, падали долго, бесконечно, и когда долетали до середины скалы, неизвестно откуда вдруг появлялся дракон. Но они погибали не от его зубов, — Васанта мягко потянула Себастьяна за плечо, заставляя его вновь повернуться к себе и, подавшись вновь вперед, теперь уже к его губам, нежно прошептала, — Их сердца разрывались от страха.

Молодой человек сглотнул. Девушка, стоящая перед ним, рядом с ним, была, безусловно, привлекательна, однако, в его планы как-то совсем не входило крутить с ней роман. Сама же соблазнительница, судя по всему, была настроена довольно решительно, и как вести себя, парень не знал. Она тянулась к нему, она его обнимала, она желала его поцеловать, а он не мог позволить себе даже поднять руки, чтобы коснуться ее стана и либо привлечь к себе, либо напротив, оттолкнуть. Тем более, что он даже еще не решил, как поступить будет правильнее.

— Васанта!

Губы девушки уже почти коснулись губ спасителя Даирнаса, когда неожиданный и очень резкий окрик со стороны недавно покинутого им коридора наконец принес спасение, разбивая гибельное очарование. Королевская воспитанница без особой охоты отстранилась, выпуская совершенно деморализованного парня из объятий и, повернувшись к новому собеседнику, очаровательно улыбнулась, приветственно склоняя головку.

— Кинел, брат мой…

Лорд Кинел, бледный от гнева, очень решительный, стремительный и порывистый, приблизился к названной сестре и, грубовато схватив ее руку повыше локтя, чуть притянул к себе.

— Ваш отец ожидает вас на ужин, моя дорогая, — голос его поражал холодом, что Себастьяна с одной стороны изумило, а с другой — объяснило ему довольно многое. Судя по всему, племянник Ноэля сам имел виды на его воспитанницу, и ее заигрывания с внезапно заявившимся ко двору парнем вызывали в душе молодого лорда ревность.

Васанта ничего не ответила. Лишь натянула на личико выражение совершенно обворожительной вины и, быстро присев в книксене, как бы извиняясь, тихо ахнула, всем видом демонстрируя, как ей досадна собственная оплошность. А после, быстро стрельнув глазками в сторону Себастьяна, легко, как ящерка, вывернулась из руки Кинела и заспешила прочь по коридору.

— Вас, господин спаситель, — в голосе лорда зазвучали язвительные нотки, а во взгляде его появилось что-то змеиное, — Это касается в не меньшей степени. Его величество ожидает, что вы почтите своим присутствием нашу скромную трапезу, — последнее предложение у него получилось особенно ядовитым. «Господин спаситель» тихонько вздохнул и, не представляя, как реабилитироваться в глазах племянника Ноэля, стесненно улыбнулся, немного разводя руки в стороны.

— Я бы рад, господин лорд, но я не знаю дороги. А искать ее мне довольно трудно — спросить не у кого, и нога болит.

По лицу Кинела было видно, что от слов собеседника у него как-то разом заболели все зубы. Он выдавил из себя жалкое подобие улыбки и, вздернув подбородок, указал им в сторону коридора.

— Почту за честь проводить вас, — произнесено это было сквозь зубы, посему дальнейшие речи лорда уже не показались удивительными, — Но прежде хочу предупредить, господин спаситель, чтобы вы держались как можно дальше от Васанты. Пусть она и зовет меня братом, но волею моего венценосного дяди она означена мне в жены! — глаза его опасно сверкнули, и Себастьян нахмурился. Судя по всему, лорду Кинелу он был не менее несимпатичен, чем предателю, засевшему в стенах дворца, и это решительно не радовало. Да к тому же еще и наводило на определенные размышления…

— Я ничего не сделал, — негромко ответил он, сам приподнимая подбородок и выдерживая взгляд лорда с достоинством, — И, если уж вы так заботитесь о ее целомудрии, будьте добры в следующий раз водить ее за руку! — говоря начистоту, последнее выражение изначально он планировал более грубым, однако же, в последний миг вспомнил, что разговаривает все-таки с лордом и заставил себя сдержаться.

Кинел окатил его ледяным взором, но говорить ничего не стал, лишь резко разворачиваясь на пятках и нарочито чеканным шагом направляясь по коридору в сторону, очевидно, пресловутой залы, где должен был быть подан ужин. Себастьян, хромая, заспешил за ним, сверля сумрачным и подозрительным взглядом надменно выпрямленную спину лорда. Происходящее ему не нравилось, поощрять плохое отношение королевского племянника к себе не хотелось и он, помолчав несколько минут, все-таки решил предпринять попытку оправдаться.

— Знаете, Кинел… — негромко начал он, — У меня и в мыслях не было покушаться на вашу невесту. То, что она подошла ко мне…

— Я бы попросил вас, спаситель, более не распространяться на эту тему, — оборвал его лорд, не оборачиваясь, — Мне довольно того, что я видел.