Хозяйка магической академии - Алла Биглова

А у неё неплохо получалось обучать меня эмпатии. Я быстро начала разбирать некоторые спектры эмоций буквально на себе. В основном это были скука, злость и радость. Не знаю почему, но именно они удавались мне лучше всего.

Я верила, что ещё пару недель, и у меня получится гораздо больше и гораздо лучше. И тогда я смогу понять, права Мира или ошиблась. Сказала правду или соврала.

Мира продолжала не доверять Конкордии, старательно изучая её под личиной девочки-первокурсницы. Конкордия молчала, но я начинала замечать напряжение, которое появлялась у неё рядом с Мирой.

Мира явно была против моего доверительного отношения к соседке, намекая на то, что враг мог затаиться где угодно.

Но я не поддавалась: всё ещё сама решала, с кем мне дружить. Всё-таки Мира, хоть и была старше меня, не являлась мне матерью. Если ей так хотелось меня воспитать – стоило забрать из приюта.

– Первая лекция у Альцины. Мне от этого знаешь как тревожно? – фыркнула я, отбросив прядь светлых волос.

Мерлин неодобрительно мяукнул, сидя у меня на кровати. Похоже, он очень хотел что-то сказать, но жалел, что всего лишь кот. Думаю, это было бы что-то очень умное и поучительное.

– Это тебе только первая лекция кажется страшной. Поверь мне, последующие у неё же будет только страшнее, – рассмеялась подруга, а я закатила глаза.

– Вот ни разу не поддерживаешь!

– Это Альцина, – развела она руками.

В конце концов, мы собрались, позавтракали в трапезной, где меня встретила Мира вновь в образе наивной первокурсницы.

– Ну что? Идём? – воскликнула она преувеличенно восторженно.

– Пожалуй, я тут лишняя, – буркнула моя соседка, – удачи на лекции, – и поспешила ретироваться.

Мира лишь пожала плечами, и мы двинулись в сторону лекционного зала. Нервы сдавали всё больше, а руки и вовсе вспотели от перенапряжения.

В аудитории было человек тридцать, и что-то подсказывало мне, что их станет только больше. Причём новые студенты прибудут ещё и в сентябре-октябре. Не всех волшебников можно распознать так просто. Мне повезло: обо мне знали. А вот рождённых среди простых людей найти гораздо сложнее...

Осмотрелась по сторонам: кабинет был довольно мрачный и неприятный, как будто мы здесь таинственные и страшные обряды какие будем проходить, или даже тёмные силы вызывать.

Но нет.

Здесь меня ждало куча неинтересной теории, о которой я уже знала. Не выдержала и с упоением изучала весь август, поглощая всё, что могла найти.

В аудиторию зашла она. Альцина. Властным тоном она сообщила:

– Попрошу тишины, первокурсники. Вас ждёт начало чего-то нечто большего и великого, так что сосредоточьтесь.

И я поняла, что это будет не самый лёгкий семестр.

– Для начала, представлюсь. Меня зовут Альцина, я преподаватель Мироустройства – самого важного теоретического предмета, знать который вы обязаны на «отлично». Я буду очень требовательной в плане зачёта и экзамена, – её вступительная речь не предвещала студентам ничего хорошего.

Мира лишь улыбнулась, прошептав:

– Опять страху нагоняет. Актриса! Смотри, чувствуешь? Прислушайся к окружающим, позволь эмпатии действовать.

Я послушалась и позволила своему дару ощущать. И действительно: в воздухе витал страх, от которого даже я была закрыться не способна.

Но уловить чьим он был пока не могла.

Кто-то поднял руку. Она тряслась от страха, и это было видно даже невооружённым взглядом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Чтобы спросить, нужно поднять две руки, – снисходительно заметила Альцина.

Напуганный мальчик послушался и поднял вторую.

– Слушаю, – кивнула женщина.

– А как к вам обращаться? По фамилии? Или…

Вздохнула. Видимо, парень, как и я, вырос среди людей и не знал правил магического сообщества. Мне и самой многие вещи казались дикими.

– «Профессор Альцина», обращайся так. Фамилии у магов нет, только имена. Имена, которые даются с рождения и которые можно поменять за заслуги перед обществом. Только сильнейшие волшебники получают фамилию – обозначение рода, – её сверлящий взгляд прошёлся по мне.

Вздрогнула от такого внимания: по моей коже побежали неприятные мурашки. И зачем она привлекает внимание ко мне?

Или я стала слишком мнительной?!

– Кроме того, в знак приветствия преподавателя надо подниматься и хлопать в ладоши: так вы обновляете энергетику вокруг себя, очищая аудиторию от предыдущих студентов. Сегодня вы здесь первые, так что простительно обойтись без приветствия. Но на будущее прошу вас запомнить это.

Об этом я тоже слышала. Это был очень интересный ритуал, который получался лучше у студентов, которые уже познали магию. Те, кто ещё не дотронулся до своего источника магии, делали это механически и вряд ли осознавали, что делают.

– Начну сегодня с азов, потому что иначе, боюсь, запутаю ваши наивные головушки, – усмехнулась Альцина, а мне её насмешливая улыбка ой как не понравилась. – Мы, маги, скрываемся от не волшебников ещё с древних времён, потому что…

Девушка с передних рядов подняла обе руки, явно настроенная перебить Альцину и поспорить с ней. Хмыкнула: вот у кого точно будут проблемы на зачёте.

– Да? – недовольно хмыкнула профессор.

– А зачем скрываться? Не проще ли выйти из тени? Не проще ли, если не поработить людей без магии, так хотя бы не скрываться, жить без страха?

– О, это вам подробнее объяснят на Истории магии. Но коротко я расскажу, – Альцина кивнула, и я выдохнула: пронесло.

– Да чего ты дёргаешься, – прошептала Мира. – Альцина любит любознательных.

– В Средневековье волшебники пытались выйти из тени, чтобы не бояться. Жить как обычные люди в гармонии с собой и природой. Но простым людям это не понравилось: не маги вообще боятся того, чего не понимают и не умеют. Начались гонения. Святая инквизиция, ведьм сжигали на костре. Колдуны ещё успели спрятаться и затаиться. Женщины же хотели справедливости и пойти против системы, но, увы, ничего не вышло. Вскоре Инквизиция и вовсе начала сжигать «своих», людей без магии. А мы, волшебники, отложили идею выйти в свет. Жить своей жизнью.