Игра в прятки - Елена Малиновская

— Потому что долгое время он был королевским палачом.

— Что? — недоверчиво переспросила я. — Каким палачом?

— Самым обычным. — Седрик встал и принялся расхаживать по комнате, заложив за спину руки. — Трикс, об этом не принято говорить в приличном обществе. И уж тем более мне не хотелось бы обсуждать это с любимой девушкой. Но факт остается фактом: иногда люди совершают преступления. Чаще всего, к счастью, они достаточно прозаичны: воровство, мошенничество, обман. Но, увы, порой люди убивают друг друга. И тогда их приходится за это наказывать. Жестоко наказывать, чтобы другим, так сказать, неповадно было.

— Конечно, я в курсе, что такое убийство, — разозлилась я на снисходительный тон Седрика, которым он рассказывал мне прописные истины. — Не забывай, что не так давно в моем доме расправились с королевским камергером. Хотя, если честно, он не заслужил такой быстрой и легкой смерти. Но палачи — это ведь что-то из глубокой древности, разве не так? Я думала, что теперь преступников наказывают по-другому. Ну, отправляют на рудники, к примеру.

— Чаще всего так и бывает. — Седрик остановился напротив меня и криво ухмыльнулся. — Но… Трикс, порой люди в своей жестокости переходят всяческие рамки. И становятся подобными диким зверям, правда, с одним отличием: животные убивают ради пропитания, они же — надеясь утолить жажду крови. Обычно такие преступления стараются замолчать, чтобы не шокировать общество.

— Разве можно убить просто так? — Я никак не понимала, что пытается сказать мне Седрик. — Обычно на преступления идут из-за какой-нибудь выгоды. Ну, или от отчаяния, ревности, той же неразделенной страсти. Но просто так? Ты хочешь сказать, что подобное сейчас случается?

— Моя милая наивная Трикс, еще как случается. — Седрик нервно хрустнул длинными пальцами. — К примеру, пару лет назад в пригороде Арильи начали пропадать маленькие девочки. В газетах об этом особо не писали — так, было лишь несколько сообщений. Хвала небу, преступника вскоре поймали. Он заманивал детей сладостями к себе домой, а потом…

Я уставилась круглыми от ужаса глазами на Седрика, силясь разгадать, что же скрывается за этим жутким «потом».

— Знаешь, некоторые мужчины предпочитают блондинок, другие — брюнеток, а вот ему нравились девочки определенного возраста и телосложения, — сухо пояснил тот, заметив мое недоумение.

— О небо! — Я вскочила на ноги, когда до меня дошла потаенная суть фразы Седрика. Кровь резко прилила к моим щекам от негодования и стыда. — Как такое вообще возможно?!

— Увы, но возможно. — Седрик печально скривил губы. — И это еще не самые жуткие преступления, на которые способны люди. Как думаешь, тюрьма или ссылка на рудники послужили бы достаточным наказанием за подобные преступления?

— Безусловно, нет! — Я возмущенно фыркнула от смехотворного предположения.

— Ну вот. — Седрик пожал плечами. — Именно в таких случаях приходится прибегать к помощи королевских палачей. Правда, их существование не афишируется. Люди считают, что время казней давно миновало, однако нет. Просто теперь их проводят не публично, а за высокими каменными стенами тюрем.

— Вот оно как. — Я опустила голову, обдумывая сказанное. Затем исподлобья взглянула на Седрика, стоявшего напротив. — Многих людей убил Янор?

— Не людей, а преступников, — поправил меня тот. Помолчал немного и нехотя обронил: — Достаточно много.

— И все они были убийцами?

На этот раз Седрик молчал очень долго, и я было решила, что ответа вовсе не последует. И это сильно меня встревожило. Что еще он мне недоговаривает?

— Почти все, — наконец сухо обронил Седрик.

— Что это значит?

Седрик отвернулся от меня. Отошел к окну, за которым клубился влажный мрак пасмурного вечера. Со своего места я видела, что двор заливает молочно-белая река тумана, тянущаяся с болот. Седрик уставился на нее с таким вниманием, будто увидел чудовищ, под покровом сумрака подбирающихся к гостинице.

— Если действительно хочешь знать — поинтересуйся у Себастьяна. — Губы Седрика почти не шевелились, когда он проговорил это. — Думаю, он с куда большим удовольствием объяснит тебе, кого еще в Итаррии приговаривают к смерти. А я не имею ни малейшего желания озвучивать эти мерзости.

Я недоуменно нахмурилась. Вид у Седрика был такой, будто этот разговор доставил ему настоящее и неподдельное страдание. Почему? Если к смерти приговаривают только жестоких убийц, недостойных из-за своих злодеяний называться людьми, — то это одно. Пожалуй, с таким объяснением существования в Итаррии казни я бы могла смириться. Но реакция Седрика заставила меня подозревать, что в этом деле далеко не все так ясно и определенно.

— Выходит, Янор убивал не только убийц, — сказала я и сама подивилась получившейся игре слов.

Седрик неопределенно хмыкнул, не желая продолжения беседы на столь жестокие темы. Он по-прежнему стоял ко мне спиной, но в отражении стекла я видела, как его лицо исказила быстрая мучительная судорога. Хм… Как-то слишком бурно он отреагировал на мои расспросы. Словно у него есть какое-то личное отношение к подобному способу наказаний.

— Теперь понятно, почему Янор так удивился, когда я подала ему руку, знакомясь, — задумчиво протянула я, делая мысленную заметку по поводу непонятного поведения жениха. Пожалуй, стоит в дальнейшем постараться выяснить этот момент.

— Обычно люди брезгуют прикасаться к представителям подобной профессии, — спокойно подтвердил Седрик. Сделал краткую паузу и совсем тихо добавил: — И я вполне понимаю их.

Я покачала головой. Нет, зуб даю, тут точно кроется нечто личное. Еще бы понять, что именно.

— И что мы дальше будем делать? — миролюбиво спросила я, желая сменить неудобную тему.

— Думаю, смысла нет ехать в поместье загадочной Аделины сегодня, — с немалым облегчением ответил Седрик, видимо сам обрадовавшись прекращению разговора, оказавшегося по какой-то причине болезненным для него. — Уже достаточно поздно, да и туман такой, что дороги не видно. К тому же я не собираюсь соваться туда, прежде не собрав хоть каких-либо сведений о той девушке. Поэтому сегодня вечером мы будем отдыхать. Поговорим со сьеррой Вайлет, ее внучкой и местным конюхом. Возможно, они в курсе событий, которые произошли здесь некогда. А завтра с утра пораньше двинемся уже в имение.

— И я с вами? — глупо спросила я, больше всего на свете надеясь получить отрицательный ответ.

Если честно, я не испытывала ни малейшего желания шляться по каким-то руинам. Тем более у меня не было сноровки в подобного рода делах, а значит, я сильно рисковала переломать себе ноги, а то и шею.

А еще меня заранее бросило в холодную дрожь от ужаса при мысли, что я опять могу столкнуться с тем самым призраком. Эдак я снова свалюсь в бесславный обморок.

— Боюсь, без тебя мы не обойдемся, — подтвердил мои наихудшие опасения Седрик и виновато усмехнулся. — Трикс, во-первых, я бы не хотел оставлять тебя здесь одну. Мало ли что? Если Себастьян приставил к тебе для охраны Янора — значит, у него были веские основания беспокоиться о твоей безопасности. — И замолчал, вновь уставившись в окно и задумчиво покусывая губы.