Посох старой ведьмы - Михаил Бабкин

– Тьфу ты. – Боня неохотно застегнулся.

– Извините, что вмешиваюсь в ваш разговор, – подал голос Средний, – но, по-моему, вы зря нервничаете. Если я не ошибаюсь, а я никогда не ошибаюсь, то впереди берег. Мы летим как раз в его сторону. – «Палец» махнул рукавом, показывая направление. Тим приложил к глазам кулаки на манер бинокля и вгляделся – действительно, впереди был берег. И не просто берег, а густой высокий лес или, может быть, джунгли, отделенные от моря узкой полосой песчаного пляжа. Где-то глубоко в лесу, на пределе видимости, сквозь дымку расстояния виднелось необычное сооружение – что-то поразительно высокое и цилиндрическое, с корявыми обрубками выступов по бокам.

– Башня? – недоуменно спросил сам у себя Тим. – Они тут что, помешались все на башнях?

– Не-а. Это дерево, – Боня, прищурясь, внимательно разглядывал лес, – обычное сухое дерево. Только большое.

– Никогда таких не видел, – Тим задумчиво потер щеку, – ничего себе баобабчик вымахал!

– Не видел, так увидишь, – пообещал Хозяйственный, – нас как раз ветром к нему несет.

Внизу раскинулся лес. Острые верхушки деревьев угрожающе проплывали под ногами: Тимка не знал, где кончается граница спасательного пузыря и вправду ли его можно проколоть, но рисковать не хотелось – он достал блокнот и стал искать в нем другое заклинание, посадочное. Или, если совсем не повезет, парашютное.

– Ба! – весело крикнул Боня, показывая пальцем вниз. – Лес-то обитаемый! Живой лес, взаправдашний. Вон, птички над поляной кружат. К нам полетели… – Хозяйственный осекся, понизил голос:

– Неправильные какие-то птички. Лохматые, с усами… Летучие кошки? В смысле – кошачьи птички?

– Грызофеи, – коротко сказал Средний, – те самые. Потрошить нас летят.

– Ой! – Боня суетливо схватился за рукоятку меча, отпустил ее, взялся за рюкзак, тоже бросил – Ворча вывалился из мешка, но не проснулся; Хозяйственный в панике повернулся к Тиму:

– Пульт, где пульт?!

Тимка нехотя вытащил из кармана пультик и протянул его Хозяйственному.

– Ты, Боня, подожди страхи нагонять. У пузыря стенки крепкие, авось грызи до нас не доберутся. Кошки все же, не драконы. И вот что – поостерегись пока кнопки жать. А то вместе с грызофеями и наш пузырь запросто уничтожишь. Понятно?

Боня в бессильной злости погрозил летучим кошкам кулаком и сунул пульт в нагрудный карман, от греха подальше.

Грызофеи облепили спасательный пузырь со всех сторон, как муравьи кусок сахара. Даже темно стало. Тим с любопытством рассматривал невиданных зверьков: грызофеи действительно походили на кошек. Точнее, на помесь кошки с обезьяной – верткие, маленькие (Ворче по колено), покрытые густой белой шерстью, с короткими черными хвостиками и длинными когтистыми лапами, с острыми клыками и яркими голубыми глазами – зверьки выглядели почти как сиамские кошки. И вдобавок ко всему у грызофей еще были прозрачные крылышки. Как у стрекоз.

Грызофеи тоже с живым интересом разглядывали людей, изредка издавая протяжное мяуканье и шипение – точь-в-точь голодные кошки вокруг наглухо закрытой стеклянной банки с мышками внутри.

– Что, не достали? – злорадно спросил у зверьков Боня. – Нате, выкусите, кошки драные, грязи поганые, феи недоделанные, – и, скрутив фигу, потыкал ею во все стороны прямо в усатые морды. Грызофеи от обиды дружно завыли противными голосами.

– Боня! – предостерегающе крикнул Тим. – Не двигайся! Не то к стенке может прибить. Вдруг когтями тебя зацепят?

– Нет. – Хозяйственный зло рассмеялся. – Куда им! Лапы у них коротки меня, короля, безнаказанно царапать. Поотрубаю лапы-то, и вся недолга!

– А что у нас, собственно, происходит? – Ворча открыл глаза, потянулся со сна и сладко зевнул. – Почему шум, почему визги? О, кошечки! Цыпа-цыпа-цыпа… То есть кис-кис-кис!

– Нашел кого кискискать. – Тим подтянул карлика к себе за рукав и прошептал ему на ухо:

– Ты только не дергайся и не ори, хорошо? Так вот, это – не кошки. Это – грызофеи.

– Да ну, – неприятно поразился Ворча, – правда? Непохоже, однако. Те, которых я однажды видел в городе, были серыми и полосатыми. И помельче.

– Так то городские грызи, – громко пояснил Тим, – а это лесные. Дикие!

– Сам ты дикий, – с кошачьим акцентом, подмявывая в конце слов, пропищал чей-то голосок, – вот съедим тебя, будешь тогда знать, как обзываться. И друга твоего усатого тоже съедим, вместе с его дурацкими дулями. Всех съедим, мяу-р-р-р!

Тим поискал взглядом того, кто их так грозно пугал, но не нашел – все грызофеи были совершенно одинаково возбуждены, все разевали пасти, все шипели и фыркали.

– Гляньте на них, они еще и выступают! – возмутился Ворча. – Пугать меня вздумали! Да вы знаете, что с вами будет, если и впрямь перепугаете меня как следует! Я вам такое устрою! Меня морские колдуны – и те боятся! Вот как. Я в страхе страшен!

Грызофеи встретили это правдивое сообщение дружным писклявым хохотом.

– Не верят, – изумился карлик. – Тим, глянь-ка, мне не верят! Ну, все. Теперь я разозлился. Вот вам! – и с силой метнул в особо наглую грызофейную морду рюкзак.

– Стой! – Боня отчаянно рванулся за рюкзаком. – Там чаек остался, аж два пакета! Расфасованный!..

Но было поздно. Грызофеи вцепились в нежданный подарок намертво – брезентовые лямки свободно вылетели за стенку пузыря, а вот сам рюкзак в ней застрял: недоколдованный пузырь в довершение всех бед оказался к тому же и малость дырявым – грызофеи и так и сяк дергали за лямки, но мешок прочно завяз в невидимой преграде.

Ворча, откинутый назад собственным броском, крепко врезался задом в Боню, по пути зацепил ногой Тимку, а напоследок боднул Среднего головой в спину. И внутри спасательного пузыря началась кутерьма – все летали куда попало и как попало, сшибались на лету, врезались в стенки, опять сшибались. Суматоха тем более усилилась, когда грызофеи, всласть нахохотавшись над своими незадачливыми пленниками, всем роем ухватились за лямки и рывками потащили за собой рюкзак вместе с пузырем в сторону гигантского дерева.

– Замрите! – не выдержав, крикнул Тим, когда его в третий раз стукнуло о Бонифация и в шестой о Ворчу. – Не шевелитесь. Вот как есть сейчас, так все и замрите!

И все замерли: Хозяйственный, застывший в позе боксера и почему-то в одном сапоге, Ворча, сжавшись в комок, и Средний, сложенный пополам в немыслимо низком поклоне. Словно рыбы в аквариуме, неподвижные фигуры тихонько плыли кто куда; отдельно, аккурат посреди пузыря, австралийским бумерангом крутился на месте бонин нечищеный сапог. Грызофеи с дружным мявом в очередной раз дернули рюкзачные лямки, Тимку и остальных немедленно снесло в дальний конец пузыря; сапог пропеллером пронесся над Ворчей и звучно хлопнул Боню голенищем по затылку. Хозяйственный, бормоча ругательства, поймал сапог и натянул его на ногу.

– Смотрите. – Средний протянул рукав вперед. – Вот куда они нас тянут! Грызофейное дерево!