Проклятый поцелуй - Дженни Хикман

Комната, за которую я заплатила у стойки, оказалась скромно обставленной, но чистой. Самое главное ее достоинство – пылающий в камине огонь. Как жаль, что ему под силу согреть лишь мое тело, но не мое заледеневшее сердце.

Медленными глотками я пыталась растянуть бокал вина на целый вечер. И почему я не заказала целую бутылку? Алкоголь помогает спать и приносит блаженную тишину и спокойствие. Но поскольку бокала вина не хватит, чтобы заглушить гудящий рой мыслей, я вряд ли усну.

Мыслей у меня действительно много, однако причина у них одна: Тайг.

Когда я увидела в окне двух серых меринов, бегущих рысью к гостинице, то тут же обулась и поспешила на улицу.

На первом этаже женщина, которая дала мне ключ от комнаты, теперь бегала между столами и разносила тарелки с беконом и моченой капустой. Когда она суетливо прошла мимо, я попросила принести в комнату ванну и наполнить ее водой.

– Все ванны уже разобрали, миледи. – Женщина провела рукой по вспотевшему лбу. – Но мы можем поискать для вас ведро. – Она кивнула в сторону мальчика лет шести-семи, который сновал между столами с веником и совком. – Как только мы закончим, он его вам принесет.

– Хорошо. Спасибо.

Я поплотнее закуталась в шерстяной плащ, спасаясь от холодного ночного воздуха. На каждый торопливый шаг натертые пятки отзывались болью. Сквозь двойные двери конюшни, подпертые тюками соломы, доносился негромкий разговор. Я вдохнула запах лошадей, сена и кожи.

О, как же я скучаю по верховой езде! Когда мне исполнилось шестнадцать, отец сказал, что я должна ездить только в экипаже, как подобает солидному человеку. Но, как только вернусь из путешествия, я продам эту проклятую карету и на вырученные деньги куплю новую лошадь.

Жеребенок с белым ромбиком на лбу моргнул, когда я прошла мимо. Патрик и мальчик лет тринадцати кормили коней, и, когда я подошла, они подняли на меня взгляды.

– Миледи. – Патрик коротко кивнул.

Мальчик не обратил на меня внимания, и кучер толкнул его в плечо, наградив суровым взглядом. Покраснев, он неловко поклонился, после чего поспешно удалился в дальний конец конюшни.

– Что привело вас сюда в столь поздний час? – спросил Патрик, с улыбкой на губах глядя вслед смущенному подростку.

Сейчас только половина десятого, но мы с Патриком не из тех, кто ложится спать поздно. Ночью слишком тревожно. Кругом тьма, и каждая тень может оказаться чудовищем.

Днем безопаснее.

Днем не приходится вздрагивать от каждого шороха.

– Как я могу уснуть, не зная, все ли с вами в порядке? – спросила я и сморгнула подступившие к глазам слезы.

Если с Патриком что-то случится, я не буду знать, что мне делать дальше. Он всегда рядом со мной. Его присутствие успокаивает меня. Благодаря его спокойствию и рассудительности я смогла пережить худшее за последние четыре месяца.

Патрик – единственный человек, на которого я могу положиться.

– Надеюсь, вы добрались сюда без происшествий. – Я спрятала трясущиеся руки за спину. Если Патрик узнает, насколько сильно я за него переживаю, он наверняка расплачется.

Кучер отошел от лошадей, почесывая редкую седую щетину на подбородке.

– Да, можно и так сказать. Колесо вернулось вскоре после того, как вы ушли. Правда, на место его поставить было непросто. – Он покосился на мальчика, который пытался достать щетку с верхней полки стеллажа. – Но мне помогли.

– Вам помогли?

Неужели так поздно вечером по дороге кто-то проезжал?

Патрик нахмурил седые брови.

– Да. И это был не человек.

У меня перехватило дыхание. Патрик в безопасности. Патрик здесь, со мной. Бояться нечего.

– А кто? – с трудом выдавила я.

Конюх погладил мерина по морде размеренными, плавными движениями.

– Такой, хм, невысокого роста, чуть выше мальчишки, – Патрик кивнул в сторону мальчика. – Воло́с на руках – как шерсти. Голос, как у мужчины, а силы – как у дюжины. Лица я его не рассмотрел из-за капюшона, но воняло от него, как от свинарника.

Таинственное существо по описанию похоже на грогоча. Я помню только то, что они наполовину фейри, которые презирают священнослужителей. Они не едят людей и по своей природе довольно миролюбивы.

– Вам было страшно?

– Я бы солгал, если бы сказал, что не испугался. Но я показал ему вот это, как наказал господин Тайг. – Патрик порылся в кармане и протянул мне золотую запонку с тиснением в виде трискелиона.

Я уставилась на узор, не в силах отвести взгляд.

– И коротышка помог мне с колесом, – закончил Патрик.

Я перевернула запонку на ладони, стараясь ее получше рассмотреть. И где только Тайг ее достал? Этого золота вполне хватило бы ему на новую одежду. Однако Тайг отдал запонку Патрику и даже бровью не повел.

– Я обязательно верну ее Тайгу, – сказала я, пряча запонку в карман; мне стало не по себе. – Вы, должно быть, проголодались? Я отдам распоряжения, и вас покормят. Сегодня на ужин подают ваше любимое блюдо – бекон с моченой капустой.

– В этом нет необходимости. – Патрик провел рукой по животу. Пуговицы на его жилете едва держались на месте. – Господин Тайг оставил для меня столько еды, что ее хватило бы на целый день.