Острова - Алекс Орлов

– Возьми мой, – сказал Джек, кладя тост на блюдце Реми.

– И мой! – добавил тост Хирш.

– И мой, – с готовностью отозвался Шойбле, хотя на этот тост у него были планы.

– Откуда же такие скорости, Реми? Как при такой скорости рулить можно? – поразился Джек.

– У нас говорят – маневрировать, – поправил его Реми, принимаясь за дареное угощение. – Но маневрирование – это еще не все, самое интересное – это средства связи, которые используются при включении скорости «марш-два».

– И что же за средства?

– А хрен его знает, что там в коробочке находится. В инструкции говорилось про какие-то прерывания, обратные волны, стоячие волны… И это…

Джозеф перестал жевать, пытаясь вспомнить трудное название.

– Внепространственный импульс нелинейной формации!

– И все в этой коробочке? – уточнил Шойбле.

– Все в ней. И включается она, заметьте, тоже вместе с джи-панелью.

– Лейтенант Ренатто! – послышался вдруг строгий начальственный голос, и все повернулись в сторону выхода. За столиками воцарилась тишина, завтрак прервался.

– Это полковник Стоун… – прошептал Реми и стал торопливо вытирать руки салфеткой.

– Продолжайте трапезу, господа, все в порядке! – объявил майор, пришедший с командиром летного отряда. И все снова вернулись к своим тарелкам.

– Сэр, прошу прощения, я вспылил, – промямлил Реми, поднимаясь из-за стола.

– Мы принимаем ваши извинения, лейтенант. Можете возвращаться в кают-компанию, лейтенанту Скунлаку уже вынесено устное замечание. Он не имел права на такие обвинения.

– Благодарю вас, сэр.

Реми бросил прощальный взгляд на недоеденные тосты и направился к выходу. За ним, коротко взглянув на компанию за столом, направился и командир летчиков, а вот пришедший с ним майор с хитроватой физиономией подошел к столу и уселся на место Реми.

– Не возражаете?

– Возражаем, – сказал Джек, заставив Хирша покачать головой.

– А вы кто такой, капрал?

– Вы знаете, кто я такой, вы читали мое досье.

Майор на мгновение смутился, но лишь на мгновение.

– А с чего вы взяли?

– С того, майор Браун, что все досье с пометками вам необходимо читать по служебной необходимости. На корабле десять тысяч пассажиров, но досье с пометками имеют едва ли полторы сотни.

– А вы, Стентон, еще тот фрукт, – заметил майор.

– В досье и об этом написано, сэр.

– Ладно, дело не в этом. Что вам удалось выведать у лейтенанта Ренатто?

– Он боится, что его спишут, – вмешался Хирш, чтобы Джек не наговорил лишнего.

– И все?

– Не все, – сказал Шойбле, кладя локти на стол. – Он сообщил нам, сэр, что в летной столовой вместо тостов дают икру, я даже подозреваю, что черную.

– Это не тайна. Им это положено по тарифу снабжения. А больше вам сообщить нечего?

– Нечего, майор Браун, – сказал Джек все так же неприветливо.

– А откуда, позвольте узнать, мистер Стентон, вы узнали мое имя?

– А вам не приходило в голову, сэр, что когда вы читаете чье-то досье, кто-то читает ваше?

– Ага, – неопределенно произнес майор, поднимаясь. – Ну ладно, сейчас я уйду, но наш разговор не окончен.

И майор вышел из столовой, а Хирш промокнул салфеткой лоб и сказал:

– Ты всех нас подставляешь, Джек. Откуда ты узнал, кто он и как его зовут?

– Ну, ты же видел, какая у него самодовольная физиономия. И ботинки не от летной формы, а от той, в которой он ходил прежде, – растоптанные, удобные. Из-под штанины торчит тоненькая бирочка от химчистки – «Браун».

– Я тоже заметил, – обронил Шойбле, забирая свой нетронутый тост.

– Но он-то подумал… Страшно даже подумать, что он подумал, Джек!

– Ничего он нам не сделает, Тедди. Пока мы здесь, мы всем нужны, а Брауна мы крепко напугали, он теперь будет думать, что мы какие-нибудь параллельные агенты СГБ.

– Агенты СГБ столько не жрут, – заметил Хирш в адрес Шойбле, который торопливо дожевывал тост.

– Откуда ты знаешь? – возразил тот.

– Я пойду, – сказал Джек, поднимаясь.

– Подожди, сейчас чаек принесут! – сказал Шойбле. – Настоящий листовой, никакого порошка!

– За какие такие заслуги? – спросил Хирш.

– За двадцать ливров на весь рейс.