Сердце старого Города - Софья Вель

Однако и старшей сестры не было на месте, но услужливая девочка-коббальт, представившаяся личным лирном[2] Селены, впустила Сигнорина в кабинет. Нужная книжица, казалось, сама легла в руки. Сигнорин даже удивился, что так легко нашел искомое. Книжица была старая и сильно потрепанная, Сиг хмыкнул. Неужели Кастиэль развлекал молодую супругу букинистическими изданиями

Глава Четвертая. Зачарованный Край. Голод

Солео прицелилась. Вот же он, заяц, так рядом, даже ребенок попадет! Прищурив глаз и чуть прикусив губу, она выпустила стрелу, та ушла в бок и расщепилась о камни, заяц молнией ускакал прочь. Солео даже зарычала от досады.

— Так ничего не выйдет, — Солео вздрогнула, резко оборачиваясь. В нескольких шагах от нее стоял нелюдь. Девушка нервно дернула плечами — только поучений от галлюцинации ей и не хватало! Она тихо выдавила проклятие сквозь зубы.

— И тебе здравствуй! — усмехнулся ясноглазый гость.

«Я не видела сегодня твоего брата», — Солео попробовала это представить.

— Солео, да? Кажется, так тебя зовут? Ты не заметила? — Сиг страшно гордился новым навыком и не мог не похвастать пусть даже и не перед самым благодарным собеседником.

— Чего? — в голос спросила раздраженная девушка…

— Я говорю с тобой, а не читаю мысли, — очень дружелюбно отметил нелюдь. — И ты можешь говорить, я буду понимать.

— Ваша… эм-м, магия? — Солео нахмурила лоб, пытаясь вспомнить нужное слово, досада от упущенной добычи разрасталась раздражением, так несвойственным обычно робкой девушке.

Нелюдь вздохнул.

— Пусть магия… Не очень-то умно и вежливо копаться в чужих мыслях, у нас это не принято.

— Потерплю, — буркнула Солео, думая, что спорить со своей же галлюцинацией еще глупее и невежливей.

— Прости, это только по необходимости. Поверь, это еще и неудобно. Такая путаница и каша…

Солео передернула плечами и, стараясь больше не отвлекаться на плод больного воображения, подняла расщепленную стрелу. Девушка почувствовала, что сейчас расплачется.

— Зайцев сложно ловить так, — продолжил нелюдь-фантазия. — Лучше капкан.

Солео промолчала, злясь на саму себя и свое расстройство разума. Конечно, капкан лучше! Кто бы спорил?! Вот если бы ее безумная фантазия рассказала, как капканы правильно ставить, тогда — дело другое…

— Лук у тебя ни к демону. Да и стреляешь ты просто… — Нелюдь развел руками, а Солео, напротив, крепко сжала кулаки.

— Как умею, — буркнула девушка.

Сиг окинул ее взглядом и посерьезнел.

— Сколько тебе лет? — спросил он.

— Всевышнему ведомо! — огрызнулась Солео.

— На вид не больше 15. Но даже для них ты очень маленькая. Маленькая и тощенькая, — прищурив глаза, закончил нелюдь.

Солео взорвалась. Злые слезы сами собой покатились по щекам.

— Да что вы вообще знаете?! Что я вам сделала? Оставьте меня в покое! — Солео заорала, крик сменялся всхлипами. Закрыв лицо руками, плачущая девушка развернулась и побежала прочь. Но нелюдь был быстрее — Солео натолкнулась на воздушную стену, эфир стянул ее, не позволяя бежать.

— Прости. Я не хотел обидеть, — озадаченно ответил нелюдь. — Сытый голодного не разумеет. Скажи, когда ты ела в последний раз?

Солео продолжала размазывать непрошенные слезы кулаком по не самому чистому лицу. Было гадко и стыдно. Она молчала.

— Подожди здесь, — нелюдь скрылся. Солео попыталась вырваться из воздушных тенет, но не тут-то было! Страх заполнил душу. А что, если это вовсе не ее сумасшествие? Солео вдруг осознала, что взаправду не может уйти, от ужаса она закричала.

Нелюдь тут же появился, в руке он сжимал еще живого зайца.

— Успокойся!

Но Солео выла горше цыганской оборванки и билась в невидимых сетях хуже дикого зверя. Ощущение реальности происходящего накрыло ее с головой.

— Тш-ш, — странное спокойствие парализовало пленницу невидимых сетей. Она обмякла и куклой осела на замшелые камни. — Успокойся. Я не причиню тебе вреда. Я просто хочу помочь.

Он вытянул руки вперед, призывая девушку к голосу разума.

— Смотри, я сейчас отпущу тебя. Я просто хочу дать тебе зайца. Честное слово! Готова? — Сиг снял чары, отпуская девушку.

— Мне не надо! — Солео оттолкнула протянутую руку с зажатыми заячьими ушами и что было духу бросилась бежать.

Вечером скудная похлебка не смогла даже притупить чувство голода. Волчонка жалась и скулила. Но у Солео совсем не было сил жалеть.

— Что ты жмешься ко мне?! — неожиданно вскинулась Солео. Она раздраженно оттолкнула и без того забитую девчушку, едва не ударив. — Уйди прочь! Нет у меня ничего!

Волчонка растерянно попыталась обнять. Но Солео так разозлилась, что все-таки ударила, и в тот же миг ощутила острый, щемящий душу стыд.

Скуля, как побитая собачонка, цыганка резко упала на землю, затем вскочила, посмотрела на Солео затравленно и убежала.

— Что, сбежала твоя зверушка!? — загоготали сидящие ближе к костру мальчишки. Им давали больше, да и делиться не приходилось. К смеху мальчишек прибавились насмешки охранников и их сытых подружек.

Солео только вздрогнула на резкий смех и побежала за растворившейся в ночи цыганкой. Она обнаружила девочку забившейся под одну из телег. Сидя в полной темноте, цыганка скулила и завывала, раскачиваясь в такт плачу. Солео стало стыдно как никогда, она забралась под телегу, ощупью нашла сжавшуюся клубком подругу и прижала к себе, гладя по колтунам никогда нечесаных волос. Цыганка продолжала выть, теперь уже прижимаясь к Солео. Солео тоже расплакалась. Но быстро отерла слезы.

— Не плачь. Я что-нибудь придумаю… Мы не умрем. Обещаю. Прости меня, пожалуйста.

Солео качалась в такт с цыганкой, пока она не утихла. Тут Волчонка порылась в своих лохмотьях и извлекла несколько тоненьких корешков.

— Это мне? — Солео одновременно расплакалась и рассмеялась, пришлось прижать руку к носу, чтобы унять снова брызнувшие слезы. — Так ты их хотела мне дать у костра?

Волчонка смотрела и робко улыбалась, едва ли понимая речь старшей подруги.

— Мне бы сейчас магию нелюдя… — Вздохнула Солео и отодвинула руку цыганки. — Съешь сама!

Губы Волчонки заплясали.

— Ладно-ладно, прости…, - девушка быстро взяла один из корешков. К сожалению, цыганочка не догадалась их помыть. Солео попробовала почистить корешок о подол платья, но песок все равно неприятно захрустел на зубах. И тем не менее, девушке показалось, что она в жизни не ела ничего вкуснее и слаще. Волчонка посмеялась по-звериному, грубо и в голос. Корешки, к огорчению обеих девочек, быстро кончились. Волчонка робко прижалась к Солео, теперь гладившей ее по голове.

— Не бойся. Мы справимся. Я сегодня… Я почти поймала зайца.

Волчонка вскоре уснула. Солео так и осталась сидеть под телегой в обнимку с цыганкой. Мысль о случившемся днем не давала покоя. Голод